Медоед 12 (СИ)
И магнитола заговорила и начала даже показывать:
Личное дело № 45-Т/2022. Дворцов Николай Аркадьевич. Дата рождения: 14 августа 1990 года. Место рождения: город Кемерово, РСФСР. Образование: высшее юридическое, Кемеровский государственный университет 2007–2012 годы, факультет права, специализация «оперативно-розыскная деятельность». В органах с 2013 года.
Служба: 2013–2016 — младший оперуполномоченный УФСБ по Кемеровской области. Работа по линии бандитизма и незаконного оборота оружия. Провёл более двадцати успешных задержаний. В 2016 году переведён в отдел по борьбе с терроризмом.
А Ястреб сидел рядом, молча слушал, но по лицу было видно, что он удивлён.
— Боевой опыт: 2017–2018 — командировка в Сирийскую Арабскую Республику. В составе оперативной группы ФСБ участвовал в зачистках и точечных ликвидациях. За время командировки — двадцать три выхода на боевые задачи. Имеет три лёгких ранения, одно — осколочное. Награждён медалью «За отвагу» и ведомственной медалью «За боевое содружество». После возвращения — повышение до старшего оперуполномоченного.
— В 2020 году — вторая командировка, Северный Кавказ, операция по нейтрализации бандгрупп. Работал в плотной связке с СОБРом. Имеет благодарность от командования округа. С 2021 года — получение капитана. Перевод на должность начальника сектора оперативного реагирования УФСБ по Кемеровской области. Специализация: экстремизм и терроризм, работа с силовым блоком. Характеристика от психолога — «ответственный, инициативный, хладнокровный». Семейное положение: женат, двое детей — 2015 и 2019 годов рождения. Жена — учительница младших классов. Психологический портрет — устойчив к стрессу, склонен к аналитике, неконфликтен. Допуск — «особой важности».
— Слушай, Ястреб, а в курсе ли твоя жена, чем ты реально занимаешься? — спросил я.
— Догадывается, — коротко бросил он. — Но мы не говорим об этом дома. Моя личная легенда — «работаю с документацией». Она умная, не лезет.
— Это хорошо, — кивнул я. Где-то глубоко в душе возникло желание поныть, что, «а вот моя не понимает». Но его жену дроном не пытались подорвать, а вот моя ездит по шарику как заведённая последние четыре месяца. И, конечно же, я промолчал.
Однако вокруг пошёл частный сектор — деревянные дома с заборчиками и заснеженными огородами. И где-то вдалеке я разглядел машину. Со включёнными габаритами она стояла, криво припарковавшись в сугроб. В машине кто-то был, но, судя по тому, что он не двигался, это был водитель такси. А цель скрывалась в «деревяшке», туда, куда уходили следы по снегу.
Я остановился и выключил фары.
«Оружие», — мысленно произнёс я Следопыту и обернулся.
В видя сквозь железо и ткани обшивки я заметил в багажнике «Гелика» СР-3М.
Я вышел, и Ястреб тоже.
— Цель в том заднем, — произнёс я буднично.
— С-сука, — выдал Ястреб. — Это у тебя что — меч на бедре?
Видимо неоотргаемое оружие только сейчас появилось для всех окружающих.
— Меч, — кивнул я, открывая багажник и доставая броню. Накинул её на себя. Был тут и шлем — не мой «Ронин», а обычная каска, чёрная, безухая, под активные наушники. И СР-3М, который я взял, отомкнул магазин, посмотрел на патроны и примкнул обратно.
— Как работаем? — спросил меня Ястреб.
— Работаем? — удивился я. — …
Глава 11
Донор
— Я работаю первым номером, и единственным. Прикрытие не нужно. Видимо, он устал бежать — на регенерацию тканей тоже силы нужны. А вот с мёртвым таксистом что-то надо делать, — произнёс я, направляясь к зданию по укатанному снежному насту дороги.
Одноэтажный домик, с двумя окнами на дорогу, одним окном во двор и жидким периметром, не был неприступной крепостью. И в один из шагов я услышал присутствие вечного, стрелявшего в меня, а значит — по этим странным правилам наша дуэль начата, но не закончена.
И сейчас преимущество в огневой мощи было на моей стороне. Вскинутый СР-3М целил в окно, особенность же Следопыта показывала его метание по дому. Не успел я подойти к калитке, как существо, именуемое ранее Жнецом, выглянуло в двойное стеклянное окно. И тут же получило короткую очередь в его фигуру. Завалившись назад, оно поползло куда-то в даль дома, а я уже открывал калитку и, подходя к внутреннему окну, выставил в него ствол по-сомалийски и дал ещё одну очередь. Внутри дома раздался рёв. И, поднырнув под рамой окна, я подошёл к дери и дёрнул рукоять на себя.
Отойдя от неё на шаг и «видя» маленький кованый крючок, запирающий дом изнутри, я зажал спуск в место крепления запора и ещё раз дёрнул дверь. Целя одной рукой в темноту здания, видя сквозь стены, как тварь изнутри отползает и даже приподнимается на корточки.
И тут грянула очередь из АКС-74У. Это существо повернулось к улице и по кому-то начало огонь. Известно по кому, видать Ястреб не послушался невербального намёка — ждать и не лезть.
Вбежав в здание без предварительной гранаты, потому что их не было, я непрерывно поливал его очертания из СР-3М. Жнец, многократно раненный, сползал по стене на пол, выпуская из ослабших рук «рогатку». А я перезарядил магазин и, отпустив оружие висеть на ремнях, подошёл ближе, извлекая из ножен меч.
Он казался мёртвым, он был весь изрешечённый, но я больше не упускал его из вида во мраке этого здания.
И вот его глаза дёрнулись, а я ударил мечом по его правой руке людоеда в районе локтя, оставляя глубокую, хлещущую кровью зарубку. Жнец вскочил на меня, но я, пнув его в грудь, ударил мечом по коленному суставу. И до моих ушей донёсся его рык, смешанный с сипящим шипением. Тварь даже сейчас не выходила из образа. И я снова ударил уже по другой ноге, подрезая второй сустав.
Почему-то в фольклоре бытует мнение, что отрубить человеку голову легко, как и руки и ноги. Я же скажу так: даже афганские моджахеды, имеющие большой опыт в отрезании голов у домашнего скота, так как многие были пастухами, делали это по особой схеме. Кость распилить ножом практически невозможно, поэтому при отрезании головы нож, прорезая мягкие ткани, в момент соприкосновения с костью изгибается под особым углом, находя подвижную — межпозвоночную часть. Поэтому в плен к ваххабитам лучше было не попадать, потому что в родоплеменном строю, раб не более важен чем тот же баран. Храни Боже всех кто прошёл через плен у бусурман. Но я не они и рубить голову Жнецу даже и не собирался, мне эта скотина нужна была живым.
Он зажался в углу, и я, ударив по ещё целой руке, которая закрывала от меня его голову, в первый раз отсёк предплечье. Всё потому, что меч тяжелее ножа.
— Не надо, пожалуйста! — заговорила тварь человеческим голосом.
— А-а! — прорычал я, нанося удар по другой его руке, раз, а потом и другой, пока и вторая рука не отделилась от тела.
— Я ничего тебе не сделал! Зачем ты⁈.
— Заткнись, бля… — и я вонзил клинок твари в грудь, в момент удара ощущая, как эфес твёрдо ударился в мою кисть. Протыкать грудную кость тоже оказалось не так просто.
И, вытащив клинок, я отрубил Жнецу и ноги. В какой-то момент в ходе этого расчленения доме включился свет.
И я обернулся — с мечом в руке, в броне и весь в крови, — взглянув на вошедшего. Это Ястреб включил, заходя в дом и сжимая пистолет в правой руке.
— Что ты с ним делаешь? — спросил он.
— Замедляю регенерацию, — произнёс я и, завернув корпус Жнеца с заживающими на глазах культями в его же «клоунский» плащ, поднял тело с головой и понёс его прочь.
— ОСБ с тебя с живого не слезет, — покачал головой мой новый напраник.
— У меня особые полномочия, — вдохнул я, выходя на свежий воздух и идя к «Гелику».
— Настолько особые? — спросил у меня Ястреб.
— Таксиста жаль, но это всё надо будет засекретить, — произнёс я, подходя к такси и видя труп с выдранным куском из шеи.