На дальних берегах. Том второй (СИ)

— Значит так… — подозвав Ура поближе, зашептал Михай, — там крюка за который веревка цепляется, чтобы регулировать длину было удобнее. И е у мени думка, як ту веревку перебити. Люк де нам и треба, но перед казнью можут полезти проверяти, так шо надо придумати шо-то, шоб скорише решетку видкрыти, бо оставлять её так не можно. Потим отход. Предлагаю драпати вверх на том же корыти.
  
— А противовеса хватит? Боцман примат здоровый.
— Добавим еще. Сейчас я мало поставив шоб и шума тот делав поменьше, та и весим мы немного. А тады на шум буде вже похуй и ехати треба тильке вверх, так шо прицепим скильке потребно. Я не зря бочки вси забрав.
— С бочками возни много. Может проще вниз скатиться, да на лодке?
— Добро бы ночью его вешати стали, а то ведь днем! А днем в той бухти народу полно, та ще Инспектора стоят, та с форту пробивають. Ни! Через верх надежнее. Подымаемся, вылазим и деру! А шо до бочек, то вони, як пусты, то легки! Спустим порожними и тут жижею нальем.
— Ладно. Только поторопись. Времени у нас немного.
— Но е! А ще и материал з инструментом е! Зараз усе зробим.
— Главное — тихо и незаметно.
— Не хвилюйтесь, пан — не первый раз шинок обносим…
Довольно оскалившись в предвкушении интересной работы, Михай поднял снизу ведро с инструментом, пачку разнокалиберных досок, моток троса, и приступил к техническому творчеству. Ур, контролировавший обстановку, периодически поглядывал на работающего Михая и пытался понять задумку. Перед казнью систему наверняка будут проверять и отлаживать, поэтому вмешательства должны быть незаметными и до последнего момента никак не влиять на работу виселицы, но в нужный момент легко приводиться в боевую готовность. Это выглядело сложной задачей, так что первое время понять, что и зачем делается, не получалось.
Но постепенно начала вырисовываться весьма элегантная схема. Её основой был тросик от тормозной системы, который, будучи уложенный в щель между досками, мог оставаться незамеченным, даже если специально искать. Одним концом он был прикреплен к заряду, сделанному из гранаты и заложенному между державших трос гвоздей в прорезанный самодельной стамеской паз. Сверху заряд закрывал подогнанный кусок доски, в котором Михай не поленился сымитировать фальшивые загнутые концы, сделанные из толстой проволоки.
Второй конец тросика был снабжен петлей и, до поры до времени, лежал свободно, позволяя проверять виселицу сколь душе угодно. Но в нужный момент было достаточно зацепить его за решетку длинной проволокой с крючком и в таком положении он блокировал засов, натягиваясь при его отодвигании, после чего приподнимал решетку, и продолжая тянуть наискосок и вверх, сдвигал её в сторону.
Посередине троса был закреплен стопор, лежавший в пазу и мешавший активировать заряд до момента, когда засов выдвигался полностью. Тогда он выпадал, тросик под весом решетки выдергивал чеку, заряд перебивал веревку ну или как вариант, отрывал крюк вместе с ней, и приговоренный, вместо того, чтобы повиснуть в петле, летел в заботливые руки ожидавшего его в ливневке спасителя. Возможности полностью проверить это, по понятным причинам, не было, но Михай заверил, что все сработает как надо.
…
Бар Девлина, как и положено любому уважающему себя заведению подобного типа, имел несколько входов. «Парадный» даже без дверей, чтобы сподручнее было выкидывать подгулявшую голытьбу. Но был и еще один: для своих. Подойдя к нему, Захария некоторое время раздумывал, потом все-таки постучал. Отворилось окошечко, через которое его внимательно изучили, после чего дверь отворилась. За ней находился небольшой пятачок со стулом где дежурил охранник и еще одна дверь, на этот раз железная, снятая, судя по форме, с какого-то судна, которая вела в небольшой зал с стойкой и парой столов окруженных диванами. Народу внутри было немного. Девлин, сидевший в окружении своих соотечественников, приветливо махнул Захарии и лично встал за стойку. Остальные, повинуясь молчаливому приказу, вышли.
— Будем пить в одиночестве? — кивнул им вслед Захария. — Или ваши разговоры не для моих ушей?
— Просто увидел предлог отправить парней работать. По другому из бара их не выгнать.
— Ясно… Так что ты хотел обсудить?
— Не торопись. Давай, сперва, выпьем, — Девлин поставил перед Захарией стакан и наполнил его на треть, — Кстати, самое смешное, я так и не знаю твоего имени. Все называют тебя либо «Захария», либо «Костюмчик», но данное прозвище, как я понял, ты не жалуешь.
— Называй меня хоть «Сюзанной», если тебе так больше нравится. Мне плевать на эти прозвища.
— Мудро… Но все-таки, как тебя зовут?
— Захария. Это мое имя.
— Серьезно? А как, тогда, фамилия?
— Оденхой… Захария Оденхой…
— Оденхой?
— Это нормальная эрецкая фамилия.
— Да, я понимаю, но почему все зовут тебя по имени?
— На залесском есть матерное выражение «один хуй», что значит «все равно», или «то же самое», — Захария со вздохом выпил, — так что мне надоело смотреть, как босса корчит от смеха, когда он её произносит. Лучше я буду просто «Захарией».
— А у меня ситуация наоборот… Я — Микки. Нормальное было имя, пока им не назвали мультяшную мышь.
— Соболезную… Так о чем ты хотел поговорить? Ты намекал, что знаешь что-то о взрыве на пляже.
— Да. Кулак сказал, что это была ловушка, но я в этом не уверен.
— Почему?
— Слишком сложно. Я бы понял, если бы стояла машина и, когда они подошли, все рвануло. Или груда золота. Но так, как он это описал… слишком много не стыкуется.
— Твоя версия?
— Видишь ли… у меня есть знакомые ребята в форте. И они рассказали, что парни Чойса ходили искать своего босса. Но нашли кое-что неожиданное.
— Где?
— На месте засады. Там, где машина съехала с дороги, они нашли битые стекла и следы. Но это были не следы киттов. Там оттоптался кто-то в обуви с подошвами из покрышки. А еще они нашли там пистолет. Дешевая поделка с Сараманки. Моряки, у которых оружейка забита фабричными стволами, такое в руки не возьмут.
— Что ты хочешь этим сказать?
— Ничего. Просто ты точно уверен, что там, в бункере, были китты?
— Были… Затоптали следы изрядно, однако я нашел несколько. Они у них весьма приметные. А еще обнаружил деталь от запала гранаты их производства. Причем гранаты сигнальной. Парни Кулака в неё вляпались, после началась стрельба.
— И они что? Не смогли толпой подстрелить киттов в помещении такого размера?
— Ты думаешь, это так просто?
— Я думаю, что там было легче попасть, чем промазать.
— Просто попасть недостаточно.
— Но они же вот такие? — Девлин показал метр от пола. — Им должно двадцать второго калибра хватать!
— Если тут был «Стальной шеврон», а я почти уверен, что это он, то на нем наверняка был полный комплект снаряжения. Включая пулестойкий жилет и шлем.
— Пулестойкий?
— Да. У киттов есть материалы, способные остановить пулю. И они шьют из них защитные жилеты. Так что подстрелить их не просто. Да еще и при плохом освещении.
— То есть ты думаешь, что Кулак не врет?
— Да, я думаю, что Кулак не врет, и они действительно столкнулись с киттами.
— То есть ты так боссу и доложишь?
— Да. Именно так и доложу.
— Ладно, как знаешь… Просто учитывая следы и оружие… Возможно за нападением на Чойса стоят не китты.
— Ты, видимо, не понял мой намек… — Захария допил выпивку и внимательно посмотрел на Девлина.
  
— Какой именно? — в притворном удивлении вскинулся тот.
— Перестать копать под Кулака.
— А под кого мне тогда копать? Ты умный — может подскажешь? А то я всю башку уже изломал.
— По поводу?
— А ты не в курсе? Кто-то пытается выдавить меня из дела. Кто-то, кто знает мои схемы. А это либо Кулак, либо ты. С одной стороны, у Кулака на такое не хватит мозгов. Но и с тобой мы, вроде, не ссорились… — отодвинув бутылку в сторону, Девлин перегнулся через стойку пристально глядя Захарии прямо в глаза, — но если что, ты скажи, я пойму…