На дальних берегах. Том второй (СИ)

— Значит входить будем быстро, чтобы никто не успел ничего понять.
— О детях вызвался позаботится вон тот черномазый, — Гюнтер кивнул в сторону «Икана».
— И ты согласился?
— Он сам предложил и сказал, что поработает бесплатно.
— «Черномазый», «работать» и «бесплатно». Ты сам себя слышал?
— Мы не похожи на покупателей. Скорее — на большие неприятности. «Клиенты» могут запаниковать. Если черномазый их отвлечет, все сильно упростится. Это похоже на толковый план. А если план толковый, мне плевать, кто его предлагает. Я, ты, черномазый или говорящая собака.
  
— Как скажешь… Тем более у них свой катер. Можно будет зайти с разных сторон. Ты сказал парню, куда плыть?
— Он слышал того ублюдка. Ты же слышал?
— Ага… — кивнул Бьернсон потягивая жиденький местный ром прямо из горла, — На Шпиль и три пальца левее.
— Хорошо. Вопросы какие-нибудь есть?
— Ну… Только один. Вы как в островах за головами охотитесь без катера?
— А у нас был катер, — хохотнул Олаф хитро косясь на командира, — Хороший такой… Да, Гюнтер?
— И что с ним случилось?
— С катером? С ним все в порядке. Просто Гюнтер посрался с Эйнхен и та выставила нас вон. Теперь вот приходится искать попутные суда.
— Я. С ней. Не. Посрался… — давя через зубы каждое слово отчеканил Гюнтер.
— Серьезно? Вы просто два часа орали друг на друга, а потом мы оказались на берегу с вещами. Вот я и решил…
— Прекрати! Я не хочу об этом говорить!
— Ладно… Просто отвечал на вопрос.
— Лучше проверь оружие. Сейчас я возьму еще припасов и выдвигаемся. До туда не далеко — но лучше быть готовыми к неожиданностям.
— Принял. Тогда мы ждем тебя на борту… — встав, Олаф хлопнул Бьернсона по плечу, — Ну что, надеюсь Ньерд придержит свою месть пока мы на твоей палубе.
— Пошел он в сраку…
— Идешь по стопам предков? Похвально. Но ссыкотно…
Заржав, Олаф с Витольдом закинули на себя свое снаряжение и пошли к «Ежу». Навстречу им, нетвердой походкой, топал Семеныч. Узнав, что Бьернсон планирует сюда еще вернуться, он решил сойти на берег и осмотреть местные «достопримечательности». Ввиду того, что от безделья Семеныч всю дорогу пил, а в пьяном виде лез ко всем с разговорами, никто против не был.
…
Плыть до места пришлось часа два. Гюнтер все это время, сидя на баке с мрачным видом, чистил свою винтовку. Олаф и Витольд оказались более общительны. Витольд немедленно сошелся с Бравой. Они оба были вроде как механиками, причем оба были назначены на эту высокую должность потому, что остальные разбирались в вопросе еще хуже. Олаф же бродил по палубе высовываясь то с левого борта, то с правого, то прислушиваясь к стуку двигателя, то заглядывал в рубку, глядя как Бьернсон ворочает штурвалом.
— Не ссы — не потонем… — успокоил его Бьернсон, которого эти шарахания одновременно раздражали и забавляли, — Я же сказал — Ньерд признал поражение.
— Ты уверен? Проклятье бога — это не насморк подхватить.
— Уверен… Удача снова со мной! Я нашел свой катер, я нашел Кубу… Верный знак!
— Так-то да…
— Лучше залезь наверх и смотри по сторонам. Нам бы на инспекторов не нарваться.
— Не нарвемся… — отмахнувшись, Олаф уселся на комингс рубки и закурил, — Месяц назад кто-то отметелил «Джебадаю» по взрослому. Остальные до сих пор не рискуют выходить в море.
— «Джебадая», это кто?
— «Джебадая Слим» — самый здоровенный инспектор в этих водах. Пушек — как у эсминца. Четыре стодвадцати семи миллиметровки.
— Звучит серьезно. Его утопили?
— Нет. Но, когда он приполз в порт без половины команды, артиллерии и надстроек, остальные инспектора решили не рисковать.
— Здорово! И кто это сделал?
— Неизвестно. «Юнайтед Фрутс энд Гудз» предлагает сто голдмарок за любую информацию об этом.
— Как неизвестно? Они что — не видели, кто в них стрелял?
— Там даже понять никто ничего не успел. С ними были ребята Друма и один, по пьяни, разболтался. Говорит, что это была засада. Сперва всю банду, при высадке на какой-то транспорт, накрыли пулеметами. Один из катеров размолотили в щепки и положили всех на палубе, кто за борт не попрыгал. «Джебадая» попытался их прикрыть артиллерийским огнем, но в него самого начали так наваливать, что он еле ноги унес.
— Сурово… — Бьернсон нахмурился, потом стрельнул глазами по сторонам, словно опасаясь, что в проплывавших мимо зарослях тоже прячутся пулеметчики, — Но как они не видели, кто в них стрелял?
— Может те, кто на корме был, что-то и видели… Но уже никому не расскажут. Там всех перемолотило в фарш. Вода вокруг сплошь в столбах от разрывов была, дым, снаряды рвутся… Пиздец, короче…
— При такой плотности огня… — Слободан отвлекся от изучения карты, — Скорее всего, было несколько кораблей. Не меньше двух, учитывая скорострельность артиллерии крупных калибров.
— Или один большой… — Витольд, услышавший, что на мостике говорят на интересные темы, немедленно перебрался туда, — До войны, сюда перебросили довольно много устаревших броненосцев и крейсеров для охраны колоний. А на них могло быть больше десятка орудий.
— Я слышал об этом. Они все считаются потопленными, разве нет?
— Да. Но если кто-то сумел найти или поднять такую штуку и привести её в рабочее состояние… — Витольд мечтательно присвистнул, — Даже старый крейсер может дать просраться любому в этих водах. Тем более, что тот хер говорил, что «Джебадая», ответным огнем, попал в него не менее десяти раз, но все снаряды отлетали как мячи от стенки. Сто двадцать семь миллиметров должны дырявить навылет даже эсминцы. Тут точно было что-то бронированное.
— Починить потопленный крейсер? — Олаф с задумчивым видом затянулся, — Вряд-ли… Не на местных верфях. Я, лично, думаю, что это были залесцы.
— Им-то тут откуда взяться?
— А хрен его знает, откуда они постоянно берутся? Но тут явно есть что-то для них интересное, раз они послали сюда корабль в разгар Штормов.
— Ты имеешь ввиду ту хрень, про которую болтали те рыбаки?
— Да. Корабль с «плавником». Это залесские — я про них слышал. Могут ходить даже в Шторма.
— Вот это точно пиздежь.
— Почему?
— Потому, что эти басни давно ходят. Типа где-то там, за Даланаем, еще с войны, стоит залесская «сотка», которая до сих пор выглядит как новенькая, а все, кто пытаются подняться на борт, бесследно исчезают.
— Она что? Проклятая?
— Типа того. Говорят, её капитан торпедировал гражданское судно и теперь и он, и его корабль прокляты навеки.
— Как тот парусник, что является судам, которым суждено утонуть?
— Ну да. Вроде того.
— Ну так «сотка» же, вроде, стоит, а не плавает?
— Да какая разница. Местным просто обидно, что там есть жуткий корабль-призрак, а у нас — только неупокоенный купец, который свой сундук с золотом ищет. Вот и придумали свою «сотку», только плавающую, для разнообразия.
— Ну не знаю — может ты и прав. Тогда кто «Джебадаю» разделал?
— Я же говорю — броненосец. Друм и его парни говорили, будто на транспорте были станки. Много станков спижженых с какой судоремонтной мастерской. Ты же сам сказал, что местным верфям оборудования не хватает?
— Так он у них уже и ходит и стреляет… — Олаф постучал костяшками пальцев по лбу, — Нахера им теперь станки?
— Ну может не все восстановили? Да и обслуживать — тоже станочный парк нужен. А нахера залесцам станки? У них своих хватает, — Витольд повернулся к командиру, — Гюнтер, а ты что думаешь?
— Я думаю, что надо заканчивать чесать языками, — собрав винтовку, Гюнтер сделал контрольный спуск и принялся набивать магазин, — И готовится к делу. Долго там еще?
  
— Почти пришли, — покосившись на Слободана, заверил Бьернсон, — Вон за тем островом.
— Тогда причаливайте. Не стоит показываться раньше времени. Сперва посмотрим, что нас ждет. И черномазого позовите. Ему первому туда лезть…