На дальних берегах. Том второй (СИ)

— Не. Уже нет.
— Работу нашел?
— Да. Нас один человек нанял.
— Вас?
— Ну меня с сестрой. Машину водить, в делах помогать.
— Богатый?
— Богаче нас с вами.
— Понял. По делу послал?
— Да.
— Тогда ты, наверное, торопишься?
— Не — я уже все сделал, — Киллиан уселся на бордюр, показывая, что ему спешить некуда и он готов обстоятельно все выслушать, — Сигареты тоже есть. Вы интересно рассказываете. Мне понравилось про руки. Расскажите еще что-нибудь? Наверняка много интересного тут, да и вообще, видели…
  
— А то!
Взяв еще одну сигарету, польщенный такой незамысловатой лестью дворник прикурил её от окурка и, опершись на метлу, принялся болтать.
…
«Ты не поверишь, сколько я всего узнала!» — Килли резко оттормозилась перед братом который, сидя на граните фонтана, жевал бутерброд с сыром и ветчиной, купленный неподалеку. Потом ревниво посмотрела на исчезающую во рту еду и, соскочив с велосипеда, требовательно протянула руку. Киллиан отвернулся, закрывая бутерброд собой.
— Жадина! Ну дай укусить!
— Купи себе сама!
— У меня денег нет!
— Мы же их пополам поделили⁉ Ты чего? Уже все проела?
— Конечно! Там знаешь сколько до той лаборатории педали крутить⁈ Я по пути туда в кафешке дух перевела и обратно — тоже…
— И все равно голодная? — Киллиан с подозрением посмотрел на сестру, — Ты там что ела то?
— Шоколад…
— Ты все деньги спустила на шоколад?
— Ну да… Он такой вкусный…
— Ладно… — вздохнув, Киллиан отдал ей остаток бутерброда, — Доедай и поехали.
Старпома, как тот и обещал, еще не было, так что они принялись думать, чем заняться. Киллиану пришла в голову мысль, что недурно было бы записать все, что им сегодня удалось узнать. С грамотностью у обоих было не очень, однако иного способа зафиксировать данные, чтобы не забыть, не наблюдалось. Налив себе по стакану молока, близнецы нашли письменные принадлежности и, сев за стол, принялись неуклюже выводить карандашами корявые печатные буквы, периодически интересуясь друг у друга, как пишется то или иное слово.
Этот процесс занял у них почти час и утомил больше, чем весь остальной день, поэтому, закончив и с тяжким вздохом откинувшись на стуле, Киллиан потянулся и предложил: «Искупаемся»? Килли согласно кивнула. Спуск до воды был довольно крутым и, по всей видимости, это служило главной причиной, почему виллу сдали по довольно скромной для этих мест цене. Пляж входил в землевладение и был огорожен с двух сторон забором, уходящим метров на десять в море. Сделано это было для того, чтобы купальщик или купальщица без пляжного костюма могли войти под его прикрытием в воду, не смущая своей наготой соседей. Чем Килли с Киллианом и воспользовались.
Морская вода освежала. Поплескавшись, они выбрались на пляж и принялись обсыхать глядя в темное небо с разводами подсвеченных Гало облаков. Потом оделись и не торопясь пошли наверх. Войдя в дом они увидели Старпома, который с бокалом в руке читал их писанину и Татьяну, поприветствовавшую близнецов короткой грустной усмешкой. Килли, увидев её, расплылась в улыбке, а Киллиан, который на пляже натянул только штаны и щеголял голым торсом, начал торопливо надевать и застегивать рубашку.
— Здрасьте… Мы это — купались.
— Я понял… — отложив листки, Старпом налил себе еще вина из стоявшей на столе бутыли и отсалютовал бокалом, — С правописанием у вас, конечно, беда, и в паре мест мне пришлось гадать по контексту, но в остальном — неплохо.
— Он хочет сказать, что впечатлен… — поправила Старпома Татьяна, — Я ведь права?
— Можно и так сказать. Откуда информация?
— Я с охранником поговорила! — похвасталась довольная Килли, — Ну как утром обещала. Охранники всегда сидят одни целыми днями и им скучно. Только повод дай и будут болтать целый день.
— И какой ты ему дала повод?
— Я цепь со звездочки сбросила. И попросила помочь.
— «Дева в беде»?
— Че?
— Прием называется «Дева в беде». Мужчины клюют на такое очень легко.
— Ага! А там само пошло. Болтали часа два. Он и про лабораторию рассказал, и про профессора, и про остальных. Смешной дядька.
— Ты? — Старпом перевел взгляд на Киллиана, — Кто был твой информатор?
— Дворник. Сделал мне замечание, когда я спичку выкинул. Я спичку подобрал, извинился, сигаретой его угостил и он тоже не два часа, конечно, но час точно языком чесал. А адрес я у торговца газетами выяснил. Ну, как вы и говорили — обслуга очень много знает.
— Это хорошо. Применять знания на практике важно для их закрепления.
— Да, босс. Мне даже понравилось. А вы чем сегодня занимались?
— Уточнял кое-какие вопросы. Почитал работы профессора, чтобы было с чего завязать разговор, потом уточнял расклады в среде местных элит. Скоро мы начинаем опасную игру на серьезные деньги, поэтому следует быть готовым.
— Хочешь и их в это втянуть? — уточнила Татьяна.
— Ты же знаешь — одежды с самой большой мишенью на спине мне нравится носить лично. Чем больше риск, тем острее чувствуется вкус жизни.
— Им может хватить и малого.
— С малым они справлялись без меня и, прошу заметить, вполне успешно.
— Поэтому, мне кажется, что с них хватит.
— И что ты предлагаешь?
— Ничего. Я слишком хорошо тебя знаю, чтобы надеяться, что ты найдешь себе занятие поспокойнее, — протянув руку, Татьяна нежно погладила Старпома по щеке, — Просто, надеюсь, ты будешь не против, если я тоже за ними прослежу?
— Разумеется. Все, что пожелаешь…
— И, кстати, тебе надо побриться.
— Как раз хотел этим заняться, — допив вино, Старпом решительно поднялся и подмигнул Килли, — Я в душ. Если кто-то хочет составить мне компанию, то жду его наверху.
— Поняла! — Килли, хитро улыбаясь, побежала по лестнице на второй этаж, — На всякий случай, всем спокойной ночи!
Старпом поднялся следом. Татьяна, пододвинув к себе бутылку, оценила, сколько там осталось, потом, взмахом руки подозвала Киллиана к столу.
— Можешь составить мне компанию?
— Конечно, мадемуазель…
— Просто Татьяна… Мне до смерти надоели всякие расшаркивания. И барон. Надеюсь, что скоро, так или иначе, это закончится.
— Барон? — не найдя бокала, Киллиан принес себе стакан.
— Я — любовница барона Дэ Эгюра, — снова грустно усмехнувшись, Татьяна принялась разливать вино, — Извини за такую откровенность, но мне хочется с кем-то поговорить, ничего не утаивая и не следя за словами. Это очень утомляет.
— Понимаю… А этот барон… Это тот самый Дэ Эгюр?
— Да.
— Он же очень богатый?
— Сказочно.
— Про него писали, что он нажил состояние нечестным путем.
— Любые крупные состояния нажиты нечестным путем. За любыми большими деньгами всегда стоят большая кровь и большая подлость.
— Во как? Ну да… Наверное. У меня-то больших денег никогда не было.
— Возможно, это и к лучшему… — подняв свой бокал, Татьяна предложила чокнуться, — Может поэтому вы двое мне так нравитесь.
— Мы вам нравимся?
— Я вас понимаю. Я сама проходила через подобное много раз…
Сверху раздался вскрик, перешедший в еле слышный ритмичный стон. Татьяна подняла взгляд, потом перевела его на покрасневшего Киллиана.
— Извини, что, возможно, лезу не в свои дела, но твоя сестра и он…
— Все нормально. Босс сразу сказал, что прислушается ко мне, если что.
  
— Разумеется. И, разумеется, ты не смог ему отказать.
— Ну да. Но я поговорил перед этим с Килли. Она сама хотела. Очень.
— Она тоже не смогла ему отказать.
— Да не в том дело. Просто… Ну, я не знаю, как объяснить… У нас не так много было хорошего. У неё — особенно. Все эти её ухажеры — они относились к ней как к грязи. А босс сделал все красиво. Такое будет приятно вспомнить. Это Килли так сказала.