На дальних берегах. Том второй (СИ)

— Н-не, н-на… Н-нахуй н-надо, н-на…
— Почему? Вы, просто из гордыни и чувства противоречия, хотите обречь себя на вечность в Бездне?
— Я, н-на, этот развод знаю… Н-на…
— Развод? Вы думаете, что я вас обманываю?
— Не думаю, на… — спрыгнув после серии подтягиваний так, что вздрогнула палуба, Тайга потрясла руками, чтобы кровь прилила к мышцам, — Я знаю, на. Вот скажи — от меня че надо, на?
  
— Ничего. Просто принять учение Святого Сына и выполнять его заповеди.
— Вечная жизнь за бесплатно, на?
— Ну, Всемогущий не нуждается в материальных благах. Он, как творец всего сущего, обладает неограниченной властью над своим творением и может себе это позволить.
— Хули он тогда всем не даст, на? Если ему это нихуя не стоит, на?
— Потому что дары должны получить только достойные. Было бы несправедливо одинаково одарить как тех, кто прожил жизнь праведно, так и тех, кто предавался мерзостям.
— А че он всех правильными не сделал, на? У него же власть, на?
— Потому, что он уважает свободу нашей воли. Мы свободны сами выбирать между праведностью и мерзостью, и сами несем ответственность за свой выбор.
— Заебись свобода, на. Ты можешь подарить мне свою шляпу, на, а можешь не дарить, на. Но тогда я тебя за борт выкину, на.
— Свобода воли не означает свободу творить мерзости.
— Але, на? Ты решил, что я шучу, на? Время пошло, на…
…
Йоши недоуменно покрутил врученную ему шляпу и покосился на миссионера, который сидел за своим столом словно насаженный на кол и принципиально не смотрел в их сторону.
— Я очень благодарен вам за подарок, но, простите за вопрос, разве она не принадлежала вон тому господину?
— Ага, на… Он мне её подарил, на. Сам, на… По своей воле, на…
— Ну раз так, тогда, — миссионер не выглядел довольным своей щедростью, поэтому Йоши нерешительно потеребил шляпу в руках. — Просто на всякий случай: у вас есть свидетели?
— Конечно, на! Вот он, на! — Тайга ткнула пальцем в капитана Ченя, который поперхнулся дымом из трубки. — Таращился на нас с мостика, на…
— Не таращился, а следил чтобы вы, госпожа, не раскурочили судно мне и голову господину проповеднику.
— Да не вопрос, на. Твой корабль, на. Делай че хочешь, на. Но ты свидетель, на.
— Свидетельствую: шляпу он отдал собственноручно.
— Спасибо, господин, — Йоши вежливо кивнул Ченю и снова с сомнением покосился на миссионера. — Прошу прощения, что утомляю вас расспросами, но это же было сделано добровольно? Я просто хочу убедиться, что у нас не будет недопониманий с властями в порту прибытия.
— Скажем так: это был его выбор в духе проповедуемых им Священных Текстов. Там подобное принуждением не считается.
— Они спорили о религии? Извините, но я просто до этого не замечал в госпоже тяги к религиозным диспутам.
— Серьезно? Странно, потому что ведет она их мастерски — чувствуется опыт.
— Ну а хули, на! — гордо вскинулась Тайга. — В Порто таких мудозвонов целые стада, на. Мы, когда девок крышевали, постоянно их гоняли, на.
— Девок? Тех, которые торгуют любовью?
— Ага, на… Мне просто их шлюхами называть нельзя, на.
— Почему?
— Невежливо, на… Так надо, на.
Тайга, несмотря на свою прямолинейность и не особо выдающийся интеллект, была человеком с улиц, понимавшим, что сказанное своими для своих чужим повторять не стоит.
— Ну да… И вы говорите, к ним часто ходили они? Проповедники? Им же, вроде нельзя?
— С хуя бы нельзя, на? Даже поза такая есть, на! «Миссионерская», на!
— Это ложь! — терпение миссионера, слушавшего это все, наконец лопнуло. — Мы пытаемся спасти эти заблудшие души!
— Ебало завали, на! Спасатель хуев, на! Вы их на потогонку сдавали, на!
— Прачечные? — Чень явно наслаждался данной беседой. — Я слышал про прачечные.
— Лучше зарабатывать деньги честным трудом, чем спать за деньги! — миссионер, при упоминании прачечных почему-то густо покраснел.
— И отдавать их вам, на! С золота жрете, в золото срете, на. Хули вам ваш Всемогущий деньжищ не наколдует, на? Че вы с людей их тянете, на?
— Святой Сын пожертвовал жизнью, дабы продемонстрировать важность своего выбора! Поэтому каждый верующий тоже должен чем-то жертвовать ради распространения его учения!
— С хуев бы он пожертвовал, на? — Тайга смотрела на миссионера словно медведь на улей, но держа в фокусе и переместившуюся ему за спину Келпи.
— В каком смысле? — от такого миссионер немного опешил. — Он же умер! Отдал свою жизнь!
— С хуя бы, на? Ты сам сказал на, что он выбрал самую заебатую вечную жизнь, на. Не то, что другие, на?
— Но это было уже после смерти!
— Так он умер, на? Или вечно живет, на?
— Умер. Но смертью показал путь к вечной жизни духа. Не тела.
— Он вот сейчас жив, на?
— Разумеется! И вечно пребывает духом рядом с Всемогущим Творцом.
— То есть он не умер, на?
— Вы не понимаете концепции бессмертия духа!
— Я понимаю, когда мне пиздят, на. Ты говоришь, что он пожертвовал жизнь, на, и мы должны жертвовать, на. А потом сказал, что он жив, на. То есть мы нихуя не должны на?
— Я вам уже объяснил — тело его умерло.
— Ага, на… — Тайга на некоторое время зависла, пока Йоши что-то торопливо шептал Келпи на ухо. — Но тело — хуйня, на, Главное — дух, на. Сам сказал, на! Дух жив, на? Вопросы, на?
— Вы просто не обладаете необходимыми знаниями, чтобы спорить на данные темы!
— Ну, буду учиться, на! Пожертвование на стол, на!
— Какое еще пожертвование? — миссионер попытался вылезти из-за стола, но Тайга вытянув руку, заблокировала путь к бегству. — На каком основании⁈
— Ты же верующий, на? Должен жертвовать, на. Нуждающимся, на… Я в знаниях нуждаюсь, на. Сам сказал, на.
— Это просто грабеж!
— Считайте это уроком… — Чень, которому это адресовалось, усмехнулся. — Вы едете проповедовать в Острова. Шляпа и кошелек — меньшее, с чем вы расстанетесь, если не научитесь разговаривать с вот такими вот людьми.
— Я умею с ними разговаривать!
— Вы считаете, что если они не знают ваших священных книг, то они глупее вас, и вы можете их заболтать. Опасная ошибка. Они живут там, где слова стоят дорого. Если вы не можете уговорить тигра отдать шкуру — вам там делать нечего.
Ругаясь сквозь зубы, миссионер хотел отделаться некоторой суммой, но неосторожно продемонстрировал бумажник, так что ему ничего не оставалось, как кинуть его на стол и с возмущенным видом удалиться. Чень, демонстративно глядя ему вслед и не глядя на Тайгу, прижал одну купюру пальцем. Забрав остальное, Тайга отдала добычу Келпи. Келпи забрала банкноты, а сам бумажник и оставшиеся в нем монеты вручила довольно улыбающемуся Йоши.
— Больше его не трогайте, — спрятав купюру, предупредил Чень. — Эта братия — профессиональные доносчики. Мелкое унижение он стерпит, дабы не рассказывать о своем позоре, но придавите его по-крупному — вони будет много.
— А че, на? С него еще че-то снять можно, на? — Келпи ткнула Тайгу в бедро, что-то ей показав, от чего та возмутилась. — Че, на? Не, на! Я брезгую, на! Даже шелковые, на!
— Шелковые? Вы о чем?
— Исподнее, на… Келпи слышала, что клирики такое любят, на. Предлагала снять, на… Говорит, что жопа толстая, на. На меня полезет, на.
…
«Доволен, шлемазл?..» — Соня потрясенно смотрела как гвардейцы раскидывают ветхие лачуги трущоб и нехитрый скарб их обитателей в поисках листовок. Это очень живо напомнило, как совсем недавно вот так же выкинули из дома и её. А, главное, она в этом частично виновна. Серьезный разговор с Художником, который она планировала, не задался с самого начала. Имя, правда они узнали, но что делать с этим знанием было неясно. Зато Чарли выпросил у него бумагу. Соня хотела её отобрать, но не успела…