На дальних берегах. Том второй (СИ)

— Или хочет под видом доктора найти тех, кто часто дерется и имеет деньги на то, чтобы к нему ходить. И, значит, они дерутся не просто так, а за плату. Таким образом этот хорек пытается вычислить, кто тут занимается боями со ставками и влезть в игру!
— У нас кто-то этим занимается? Я имею ввиду не парней из порта, которые бьют морды морячками на спор, а серьезные деньги, которые бы могли оправдать приезд сюда?
  
— Ну конечно! — просиял Луис. — У нас тут есть незанятая ниша подпольных боев! Думаю, этот «доктор» решил её занять! И если у него выйдет, мы должны быть в доле! Вот поэтому важно не спускать с него глаз! Понял⁈
— Разумеется, — Захария со вздохом кивнул. — Ладно, я, пожалуй, пойду. Не буду тебя отвлекать…
— Да! Все! Свободен… И больше не трогай Чемуло!
— Надеюсь, что не придется.
— Нет, ты вообще его не трогай! Я тебе запрещаю!!! Слышишь?!!
Захария, ничего не ответив, вышел.
…
Йоши застыл, стараясь ни вздохом ни движением не выдать, что проснулся. Только веки предательски моргали и он очень надеялся, что стоящая над ним с ножом Келпи этого не видит. Призрачный свет Гало и дежурного освещения снаружи делал её силуэт еще более зловещим.
— Не ссы, на… — спокойный голос Тайги над ухом чуть не остановил ему сердце. — Она не первый раз так делает, на… Могла бы убить — давно бы убила, на… — Келпи, оскалившись, пнула подругу ногой, но та только хохотнула. — Скажи нет, на?
— Это очень успокаивающе… Извините, но я совсем не хочу, чтобы меня сегодня убивали. Я хотел на завтрак сладкие шарики приготовить. Вам они нравятся.
— Вот в том и хуйня, на… Ты знаешь, что мне нравится, на. Ты делаешь, как мне нравится, на. Еда, на, массаж, на…
— Она ревнует? Если да, то я немедленно перестану.
— И это тоже, на — Келпи сделала серию быстрых жестов, перемежающихся похожими на рычание звуками. — Она обычно мужиков боится, на. А тебя — нет, на… Ты очень милый, на.
— Спасибо. Я просто люблю делать приятное тем, кто мне симпатичен. Извините…
— Она знает, на… И знает, что мне это нравится, на. Ей тоже нравится, на… В этом и проблема, на.
— Проблема? Простите, но я не совсем понимаю.
— Просто раньше мы были вдвоем, на… Против всего мира, на. Потом девчонки добавились: Принцесса там, Ведьма. Но мы так вместе держались, на. Как банда, на. И когда на корабль попали, на, там тоже не так было, на.
— Не так, это как? У нас с вами как-то по другому? Извините, что не могу уловить вашу мысль.
— Да ну бля, я хуй знает, как объяснить, на… Ну не так, на! Обычно тебя кормят, чтобы ты че-то делал, на. Морду бил, на, снаряды таскал, на.
— Если вас это беспокоит, то я могу заверить, что мой интерес к вам не совсем бескорыстный. Я просто очень люблю сильных женщин. Это моя слабость… Простите.
— Да мы знаем, на… А че так, на? В смысле, обычно меня пугаются, на.
— Просто я вырос в публичном доме. Прошу прощения за подробности.
— Сочувствую, на.
— Да не стоит, на самом деле. Все там были со мной очень милы и заботились обо мне. Разве что просили не смущать гостей своим присутствием.
— Это ты потому так любишь прятаться, на?
— Поэтому, — сев, Йоши покосился на Келпи, которая, отложив наконец нож, по-хозяйски разлеглась на Тайге, показывая, что это тело принадлежит ей, — Обычно, когда мамы работали… Простите, если вам покажется это странным, но мне тогда казалось нормально, что у меня больше одной мамы.
— Заебись, на… У меня одна была, да и та видеть меня не хотела, на… А Келпи свою не помнит, на…
— Это очень прискорбно. Я вам крайне сочувствую и не подумайте, что я этим хвастался. Простите.
— Забей, на. Че ты там говорил, на?
— Когда они работали я, обычно, забирался куда-то с книжкой, пока гость не уходил и старался вести себя тихо.
— И че, на? Тебя никто не находил, на?
— Ну почему же? Иногда находили.
— И че было тогда, на?
— Ничего. Я просто извинялся и шел в другое место.
— Ты поэтому постоянно так делаешь, на? Ну, постоянно прощения просишь за всю хуйню, даже если не делал, на?
— Я извиняюсь, потому что извиняться — это не сложно, но вежливо. А вежливость оставляет приятное впечатление. Все мамы тоже так делали. У нас это было принято.
— В Порто мы крышевали шлюх, на, — Тайга ностальгически скривилась, — там бы все охуели, если бы кто-то из них извинился, на… Хотя это Порто, на. Там нахуй послать вместо «здравствуй», на.
Привстав, Келпи залепила Тайге смачную оплеуху. Затем, подумав, врезала еще раз и, поднеся руки к лицу, чтобы та видела их в полумраке, что-то просигналила.
— Да я че, на… Это просто слово такое, на! АЙ! — Келпи цапнула её зубами за сосок и принялась тянуть. — Все, на! Поняла, на! Больше так не буду, на!
Потерев пострадавшую грудь Тайга повернулась к Йоши.
— Она хочет, чтобы я тоже извинилась, на… За то, что назвала твоих мам шлюхами, на…
— Я не обиделся, правда, — Йоши удивленно покосился на Келпи. — Я знаю, что их занятие не очень уважаемо. Но пока я оттуда не ушел, я не знал, что где-то бывает по другому. Это был мой дом, и я принимал его обычаи.
— А че ты оттуда ушел, на? Если это был твой дом, на?
— Вырос. Оставаться было уже не очень прилично. И не очень вежливо. Господин Сапожник был знаком с хозяйкой и предложил мне работу у себя в клубе. Там у меня была крыша над головой, и я мог видеть своих мам, когда они приходили к нему развлекать гостей. Очень удобно.
— Ты плачешь что ли, на?
— Извините. Просто воспоминания затронули чувствительные темы.
— Скучаешь по ним, на?
— Разумеется. А вы не скучаете по детству?
— Не, на… У нас детство было хуевым, на. Я постоянно шифровалась, на, потому что считала себя пацаном без хуя, на. Келпи тоже горя хапнула, на. Мать умерла, на, отец с горя запил, на. А я своего отца не знала, на. У меня вместо него мать пила, на.
— Это очень печально…
— И не говори, на. Вот когда я выросла и начала всем пизды давать — вот тогда жизнь началась, на.
— Это хорошо, что вы так к этому относитесь. В смысле, что несмотря на все, что с вами было, вы все равно не опускаете руки… — Йоши грустно вздохнул. — Просто когда я слушаю про вашу жизнь, мне кажется, что у вас в ней не было ни одного светлого момента.
— Да не, на… Иногда довольно заебись бывает, на. Вот сейчас, например, на… Лежим, нихуя не делаем, пиздим, на…
— Ну наверное… Но все равно, это временно. Извините, что напоминаю, но неизвестно, что с вашей командой, и что мы будем делать, когда прибудем на место.
— Да забей, на… Че сейчас голову сушить, на? Ты лучше скажи, почему тебе такие как я нравятся? Это тоже из-за того, где ты рос, на?
— Прошу прощения, но я вряд ли могу с уверенностью назвать причину. Возможно, из-за этого. Все-таки это не могло не оставить отпечатка. А может потому, что подростком я уже работал в клубе господина Сапожника, где постоянно наблюдал больших, физически сильных женщин, которые стали моими первыми объектами интереса.
— Так бывает, на? — Тайга задумалась. — Хотя хули мне-то удивляться, на… Погоди, на… Келпи че-то спросить пытается, на. Че, на? Ты, на? Его, на? Сейчас, на… Она спрашивает, она тебя че, совсем не возбуждает, на?
— Я извиняюсь, если мой ответ её обидит или даже оскорбит, но я её больше боюсь. Вас я тоже боюсь, однако, могу мечтать о всяком, когда закрываю глаза.
  
— А о ней не можешь, на?
— Понимаю, что мы вроде как объяснились, но после того, как я увидел её стоящей возле меня с ножом, мне будет сложно не только возбудиться, но и просто заснуть. Еще раз простите.
— Бывает, на… — Тайга с усмешкой ткнула лежавшую на ней Келпи. — Че, на? Твоя очередь извиняться, на… Видала, че наделала, на?