Жена короля-дракона

— Эй, леди, потише, мы не успеваем, — попросил за моей спиной лысый. Мы так и не поменяли диспозиции. И похитители по-прежнему шли позади. И у меня возникло ощущение, что эти бравые мужики, не побоявшиеся беззащитной девицы, теперь трусливо прячутся за мной.
Разумеется, сбавлять шаг я не стала. И поскорее вышла на внутренний двор. Он тоже был тесным. К тому же у одной из стен стояла телега, запряжённая лошадью. Несколько человек снимали с неё мешки и корзины. Я успела разглядеть зелёные хвостики моркови и глянцевые бока яблок.
  
Телега с овощами перегородила нам путь. Пришлось подождать, когда трое работников взвалят на плечо по мешку или корзине и пройдут внутрь замка.
Похитители как раз успели догнать меня и встали рядом. Дождавшись, когда путь освободится, мы шагнули внутрь.
Стража на воротах — это была вся охрана замка. Дальше мы проследовали совершенно беспрепятственно. Даже пришлось поймать юркую служанку, чтобы узнать, где сейчас пребывает его светлость.
Оказалось, что после обеда герцог Равен занимается со своей воспитанницей, и в эти часы он никого не принимает.
— Но вы можете подождать в комнате сбора, — она махнула рукой куда-то влево.
— Принеси мне воды и тёплого бульона, — просипела я, прежде чем двинуться в указанном направлении. Горло всё ещё нещадно царапал сухой песок. Эти мерзавцы мне ответят и за кляп, и за угрозы.
Мои похитители теперь окружали меня с трёх сторон. Шагавший рядом лысый поглядывал на меня нечитаемым взглядом. А потом вдруг взял под локоток и почти вежливо попросил:
— Ты это… не сердись, что мы там глупости с лесу говорили… Мы ж не со зла… и не думали ничего такого…
Я повернула к нему голову и вскинула левую бровь. Теперь угроза насилия называется глупостью? Похоже, до моих похитителей начало доходить, что поймали они не безродную пастушку. Их одолевали сомнения и страх. И немудрено. У аристократок обычно имеются родственники, способные наказать обидчиков беззащитных девиц.
Вот только кто угадает, есть кому за меня вступиться или можно безнаказанно продать пойманную в лесу девицу местному лорду. Думаю, у моих похитителей жадность боролась со здравыми опасениями.
И жадность пока побеждала.
По крайней мере, то, что я была одна в лесу, заставляло эту троицу считать, что они останутся безнаказанными. Но лысый всё же стелил себе соломку.
Напрасно.
Я уже решила, что велю Аодху убить их всех. Никакой пощады.
Комната сбора тоже выглядела весьма аскетичной. Как и остальной замок. Никаких украшений, изящных светильников или гобеленов на стенах. Вместо витражей окна украшали решётки. А при необходимости можно было закрыть деревянные ставни.
На стенах же крепились обычные железные подставки для факелов. В большом камине темнела горка золы. Вдоль стен стояли длинные столы с приставленными к ним широкими лавками.
Либо владельцы этого замка готовились к войне, либо жалели денег, чтобы добавить в свою жизнь комфорта.
Помню, что в четырнадцать лет аскетичный интерьер показался мне проявлением мужественности герцогов Равен. И я, несмотря на влюблённость в Коилина, не стала бы сильно возражать, если б отец решил меня выдать замуж за наследника.
К счастью, он не принял подобного решения.
Я опустилась на ближайшую скамью и приготовилась ждать. Мои похитители расположились вокруг меня полукругом, охраняя от побега.
Через несколько минут пришла служанка с большой глиняной кружкой, исходящей паром. Я с благодарностью приняла горячий бульон, несмотря на то, что просила тёплый. Так даже лучше. Каменный пол холодил босые ноги, и я успела продрогнуть.
Бульон оказался наваристым, в меру солёным и ужасно горячим. Я то и дело обхватывала кружку обеими руками, чувствуя, как по коже бежит благодатное тепло. Делала по маленькому глотку и жмурилась, ловя завистливые взгляды похитителей. Они не решились чего-то просить у служанки, ожидая хозяина замка.
Я успела допить бульон и почти задремала, согревшись, когда тяжёлая дверь скрипнула, открываясь. В зал вошёл герцог Равен, повзрослевший, возмужавший. Рядом с ним семенила девушка. Она была моего возраста. Вот только из-за всех испытаний, выпавших на мою долю, я ощущала себя намного старше. И девушка показалась мне совсем юной.
Его воспитанница, догадалась я.
Глядя на её алеющие щёки, сразу поняла, какой науке обучал воспитанницу его светлость.
Мне стало неловко. И я поспешила убедить себя, что они могли фехтовать или бегать. Или проводить ещё какие-нибудь активные занятия.
Сам Равен шагал широко и размашисто. И вовсе не замечал, сколько сил приходится прикладывать его воспитаннице, чтобы не отстать. Зачем вообще он привёл её с собой? Боялся оставить без присмотра?
Брюнетка была просто красавицей, но казалась слишком печальной. Похоже, её не радовала собственная судьба.
Не дойдя нескольких шагов до стола, где я сидела, герцог вдруг удивлённо глянул на свою воспитанницу, словно только заметил её присутствие.
— Что тебе здесь надо? — грубо спросил он. — Иди в свою комнату и сиди, пока я не позову.
Девушка молча поклонилась и быстро пошла к двери. Кажется, только я заметила мелькнувшую в уголке глаза слезинку.
Появившаяся по пути сюда надежда, что Дамиан Равен выслушает мою историю и поможет мне как благородный человек, начала таять. Заготовленные было слова приветствия пришлось быстро менять на другие, вот только другие были не слишком любезны. И я решила действовать по ситуации.
— Кто вы такие? Что вам надо? — избавившись от воспитанницы, герцог переключил внимание на мужиков, по-прежнему стоявших полукругом от меня и вытянувшихся при появлении столь важной особы. Я осталась сидеть. Мне можно, моё положение королевы выше, несмотря на то, что в данный момент я была фактически пленницей.
— Ваша светлость, — оглянувшись на товарищей, начал бородатый, — мы это… того… вот…
И мужик махнул на меня своей ручищей.
— Ваша светлость, — отодвинув бородатого, выступил вперёд усатый, — мы нашли её в лесу, недалеко от замка. Решили привести к вам. Мало ли, что за баба. Может, шпионка…
— Или куртизанка, — перебил его лысый. — Лежала одна на травке, отдыхала. Вы уж разберитесь.
Лысый угодливо поклонился.
Вот ведь козёл! А сам извинялся по пути. Не люблю таких, которые и вашим, и нашим… Им нельзя доверять.
Его светлость обратил взор на меня. Я старалась оставаться спокойной, но цепкий, внимательный взгляд этому не слишком способствовал.
Герцог начал осмотр с распущенных волос, затем переместил взгляд на помятое платье с налипшими травинками и закончил босыми, испачканными в земле ногами. Смутившись, я подогнула ступни, чтобы скрыть за длинным подолом.
Дамиан отметил этот жест и снова поднял взгляд, вцепившись им в моё лицо.
— Кто ты такая? Что делала на моей земле? И почему смеешь сидеть в присутствии герцога?
Ну вот и настал момент истины. Признаваться, кто я такая? Или сохранить инкогнито?
Я вспомнила юную воспитанницу с опущенным взглядом и алеющими щеками и подумала, что быть беззащитной девушкой в замке Равен небезопасно. Лучше, если у меня спиной будет присутствовать кто-то сильный.
— Я Оксианна из замка Фа, жена короля-дракона и ваша королева, герцог Равен, — голос всё ещё сипел, и в горле словно застрял кусок дубовой коры, но после бульона всё же стало немного легче. Я смогла выдать эту длинную фразу без запинки. Хотя после всё же пришлось слегка откашляться.
Дамиан пару секунд удивлённо глядел на меня, а потом запрокинул голову и расхохотался.
— Оксианна, говоришь? Моя королева? Да ты шутница, как я погляжу, — герцог отёр слёзы, выступившие от смеха. И снова посмотрел на меня другим, заинтересованным взглядом, который заставил побежать по моей коже неприятные мурашки. А после добавил негромко: — Мне такие нравятся.
  
— У вас плохо с памятью, герцог Равен? — Я вскинула бровь, стараясь выглядеть уверенной, хотя вовсе себя такой не ощущала. — Прошло всего четыре года с тех пор, как я приезжала сюда с отцом и братьями. Тогда вы встречали меня несоизмеримо радушнее. А если бы вы соблаговолили прибыть на мою свадьбу, в этом неприятном разговоре не было бы нужды.