Ночная смена (ЛП)
— Перестань… пожалуйста…
Он проигнорировал меня и рванул лезвие в сторону, пуская вслед за первой новую, еще более сокрушительную волну боли. Он выдернул нож, и моя собственная кровь брызнула мне на грудь. Я стиснула зубы, чтобы не закричать от этого зрелища, и тут…
Другой вампир подбежал и повалил его, увлекая за собой в жижу. Они сцепились в драке, снова закрутив мой стол. Я попыталась приподнять голову, чтобы посмотреть на живот, но двигаться было слишком больно. Вместо этого я задеревенела, уставившись в потолок и слушая нарастающие звуки анархии, бушевавшей вокруг.
Свет начал меркнуть. Ранения в живот — это всегда ужасно, грязно и трагично. Господи боже, мне никогда в жизни не было так больно, но… сколько времени прошло? Уж точно недостаточно, чтобы я успела истечь кровью. Однако моя лихорадочная логика не находила аргументов против огромной тьмы, опускавшейся сверху, точно брюхо черного паука. Я понимала, что умираю. А затем я услышала звон бьющегося стекла — это над головой один за другим начали гаснуть светильники. Из каждого закоулка, какой только был в этом подвальном операционном блоке, принялись множиться и сгущаться тени.
На потолке сформировалась иссиня-черная капля размером с человека, а затем рухнула вниз. С болезненным вздохом я повернула голову, провожая её взглядом: она упала прямо на бегущих вампиров. Оба они мгновенно исчезли внутри неё, застряв, словно мухи в янтаре. И никто из них больше не выбрался наружу.
Тени. Настоящие Тени. Хранители округа, наконец-то явившиеся отстоять свои права.
— Ну ни хрена себе, самое время, — прошептала я.
— Мы пришли забрать то, что принадлежит нам, — хором прозвучали жуткие голоса прямо у меня в голове.
Рядом со мной продолжались звуки борьбы — тошнотворный влажный хруст ломающихся костей, причмокивание засасывающей грязи, которая то удерживала, то отпускала бойцов. Мою койку пнули, вся эта хлипкая конструкция загрохотала, снова закружившись, точно крыша дома во время торнадо — и на мгновение в поле зрения снова появилась Анна. Каким-то образом её вид помог мне сконцентрироваться на её голосе, и я принялась слушать, как она кричит, перекрывая весь остальной хаос.
— Ты сказал им, что я младше тебя, Кощей! Скажи, что ты солгал! Скажи, что вместо тебя они должны были выбрать меня! Скажи это! — Она сидела на корточках верхом на Кощее, запустив пальцы в его волосы и раз за разом с силой прикладывая его голову о край сточной трубы, пока он отбивался от неё переломанными руками. — Скажи это!
— Вместо меня они должны были спасти тебя! — наконец взвыл он, признавая поражение.
Анна замерла.
— Нет, — выдохнула она, тяжело дыша над ним и удерживая его навесу. — Они должны были спасти всех. — Она занесла его голову, чтобы снова обрушить на трубу, но немного сместила траекторию, так что на этот раз труба пришлась ему прямо по шее. Раздался хруст. Она рванула, и он закричал, пока она не разорвала его надвое. Затем она подняла его голову высоко вверх, словно голову Горгоны, демонстрируя её немногим уцелевшим Зверям. Голова смотрела на нас, судорожно шепча извинения и хлопая глазами, пока не съёжилась сама в себя, осыпавшись прахом. Оставшие Звери при виде этого бросились наутек, и она помчалась следом за ними.
ГЛАВА ПЯТЬДЕСЯТ ШЕСТЬ
Вампир, который чуть раньше свалил помощника Кощея, поднялся на ноги возле моих ног, сплошь покрытый прахом, налипшим на мокрые пятна его черного одеяния. Он направился ко мне, потянувшись к кожаным манжетам на моих лодыжках.
— Нет! — Я принялась брыкаться как могла, и от этой боли из моих глаз так и хлынули слезы.
— Эди, перестань. Я пытаюсь помочь! — Он силой удержал мою лодыжку и расстегнул ремень.
— Кто…
— А ты как думаешь? — Он свирепо зыркнул на меня. Одет он был точь-в-точь как Звери, и на руках у него тоже были перчатки, но черты его лица на мгновение смягчились под этой безумной, облепленной грязью бородой. Другой Зверь рванулся вперед, чтобы его остановить. Прежде чем я успела выкрикнуть предупреждение, волна Тени сбила нападавшего с ног.
— Ашер?
— Твой дружелюбный сосед-оборотень явился на выручку. — Он освободил мои запястья, а затем посмотрел на меня сверху вниз. — Даже не представляю, как мы со всем этим справимся.
— Насколько всё плохо? — спросила я.
— Боюсь, отлежаться тут не выйдет.
— Спасибо. Где Ти?
Ашер проигнорировал мой вопрос.
— Тебе нужно в больницу.
— Мы и так в больнице. Не выпадут ли мои кишки наружу, если я встану? — Называть их так — какое-то детство. У вещей есть правильные названия, и я их знала: толстая кишка, тонкая кишка, печень, желудок. Кое-как преодолевая боль, я приподнялась на локтях, стараясь не смотреть вниз. Болеть стало меньше, что, скорее всего, было дурным знаком. Я посмотрела на пол, где в последний раз видела Ти. Его там больше не было. Тогда я посмотрела на другую сторону:
— Где Анна?
— Понятия не имею. Но напомни мне никогда её не злить, — отозвался Ашер. Он наклонился вперед и подхватил меня на руки: одну руку подвел под колени, другую — под спину. Я с болезненным шипением втянула воздух.
— Ты ведь говорил, что при следующей нашей встрече мы сделаем вид, будто не знакомы? — процедила я сквозь стиснутые зубы.
Ашер хмыкнул:
— Это потому, что в отличие от твоего зомби-ухажёра я не склонен к глупому геройству. Я не собирался спасать тебя, пока вокруг крутилась сотня вампиров.
— А теперь?
Он окинул взглядом то, что нас окружало.
— Стараниями твоей безумной подружки и разъяренных Теней их тут осталось от силы тридцать самых стойких. Теперь шансы значительно лучше.
— Опусти мою клиентку, — раздался властный голос позади нас.
Ашер посмотрел на меня, прежде чем повернуться. «Не говори ей, кто я», — беззвучно, одними губами произнес он. Я кивнула.
Ашер развернулся вместе со мной на руках. Там стояла Сайк, вся перемазанная в крови.
— Он друг, не трогай его, — поспешно объяснила я. Сайк это явно не убедило.
— Вот поэтому я никогда не помогаю людям, — пробормотал Ашер с безупречным русским акцентом. — Это никогда добром не кончается.
— Где Ти? — спросила я Сайк, переводя тему.
— Я как раз помогала собрать его обратно. — Она раскрыла свой мобильный телефон и набрала номер. Та щека, к которой она прижала трубку, была залита кровью, а её пальцы оставили грязные мазки на карманах плаща, когда она убрала телефон обратно.
— С тобой всё в порядке? — запоздало догадалась спросить я.
— Не переживай, — ответила она, перебрасывая слипшуюся прядь волос через плечо. — Ни капли моей.
Зато всё то, что я видела на себе, было исключительно моим, и с каждой секундой становилось всё больше. Я мельком глянула вниз, почувствовала, как кружится голова, а затем скрестила руки на груди и крепко ухватилась за собственные локти, боясь, что иначе случайно коснусь того, чего касаться не следовало.
Позади Ашера на меня упала тень.
— Эди.
Мое сердце внутри груди сладостно затрепетало. Уж это-то я знала наверняка — при желании я могла бы запустить туда руку и потрогать его.
— Ти?
Он сделал шаг вперед. Мой парень напоминал лоскутное одеяло, сшитое из человеческих кусков, но это не имело ровным счетом никакого значения.
— Ты жив…
Губы — которые были и одновременно не были его собственными — расплылись в улыбке.
— Технически, нет. — Он протянул руки к Ашеру, и тот переложил меня в его объятия.
— Я требую безопасного прохода за свои услуги, — обратился Ашер к Сайк.
— Предоставлен, — отрезала она, и он тут же исчез. Она указала куда-то за спину нам с Ти. — Я вызвала машину. Идите наверх, живо. — Ти кивнул и развернулся, выполняя её команду.
* * *
С моего места, прижатая к груди Ти, я могла видеть, осязать и чувствовать те места, где плоть крепилась к плоти, и наблюдать, как из каждого его шва просыпается прах. Он походил на Страшилу из «Волшебника страны Оз», только терял пепел вместо соломы.