Мускан. Сердцу не прикажешь. История Кинии - 1 (СИ)

Оставив масло остывать и впитывать аромат пряностей, я достала из холодильника яйца и задумчиво посмотрела на корзину манго под столом. Скорее всего фрукты привезли, пока я спала. Когда у нас не случался очередной конец света, бандиты следили за тем, чтобы в доме всегда были мои любимые вкусности.
Я отобрала самые спелые фрукты и сложила их в миску, вымыла и принялась завтракать, а затем перемолола в блендере семь крупных манго, добавила к ним сахар, масло со специями, немного соли, яйца, найденный на самой нижней полке ликёр амаретто. Подозреваю, что это личная заначка экономки, так как бандюганы явно не полезут туда. Они обычно едят то, что видят, не утруждая себя поисками.
Перемешивая ингредиенты, я постепенно стала добавлять муку.
Когда месиво стало похоже на тесто, я промяла его руками и убрала в холодильник. Теперь предстояло найти альтернативу формочкам. Я достала несколько стаканов разного диаметра, а потом написала на отрывном блокноте, висящем на дверце холодильника, что нужно купить формочки для печенья. Раз уж я теперь здесь хозяйка, то нужно обустраиваться.
Раскатывая яркое, пахучее тесто, с помощью стаканов и ножа я наделала печенюшек разной формы и включила духовку.
По кухне поплыл аромат пряной выпечки, с фруктовыми нотками, смешанными со сладким духом ликёра. Я включила чайник и принялась насыпать кофе в чашку. Услышав за спиной шаги, я напряглась. Всё-таки разбудила Санджая!
— Что это вы здесь делаете?
Я обернулась. В дверях, уперев руки в боки, стояла экономка. Она вдохнула запах печенья и ревниво осмотрела кухню, заставленную грязной посудой.
— Я сейчас всё уберу, — схватив скалку и грязную миску, я направилась к раковине.
— Не стоит, — женщина поджала губы и тяжёлой походкой зашла на кухню. Она открыла дверцу шкафа со специями и цокнула языком, потом заглянула на полку с посудой и проворчала: — Какой бардак! Как можно поставить чили и кардамон рядом?
— Да какая разница? — пожала я плечами и, включив воду, начала мыть посуду.
Женщина промолчала, но принялась шумно переставлять баночки с пряностями, демонстрируя своё недовольство.
Я открыла духовку, вытащила очередную партию выпечки и поставила последний поддон с печеньем.
Сунита кинула на мои творения беглый взгляд и пробурчала:
— Вы передержали их в духовке, сухие совсем.
— Не сухие, а хрустящие. Так и задумано.
Я стала перекладывать печенья в большую красную тарелку.
— Пойду стиркой займусь. Совсем без меня дом запустили, — пробормотала она, вроде бы не обращаясь ко мне.
Да вот как-то не до бытовых проблем было! Я, между прочим, за свою жизнь боролась. И даже, можно сказать, Сандика немного спасла. А это важнее стирки.
Я заварила кофе, домыла посуду и села за стол. Кажется, тревога немного отступила, даже ожог какое-то время не болел, хотя во время готовки руку приходилось беречь.
Я взяла небольшое печенье и попробовала, надеясь на то, что оно вкусное. Не хотелось опозориться перед мужем и тем более Сунитой, которая с таким презрением смотрела на мою стряпню.
Печенье оказалось вкусным, пряным, кисло-сладким благодаря манго. На кухню, потягиваясь и зевая, зашёл Санджай.
— Как вкусно пахнет! Сунита вернулась?
— Вернулась, — кивнула я. — Но печенье испекла я.
— Ты? — он так удивился, что мне даже обидно стало.
— Я.
Бандюган схватил самое большое печенье.
— Ну, раз моя любимая жёнушка первый раз что-то приготовила, то…
Он засунул печенье в рот, задумчиво прожевал и улыбнулся.
— Вкусно, — Сандик схватил ручищей столько печенья, сколько поместилось, уселся за стол и осмотрел кухню, заставленную тарелками с моими шедеврами. — А чего так много?
— Чтобы на всю твою банду хватило. Возьмёшь с собой на работу. Что у тебя сегодня в расписании? Засада? Похищение? Перестрелка в подвале? А, нет. Это же было сегодня ночью. Не стоит повторяться на неделе.
— Сегодня по плану выходной, — Санджай принялся уплетать печенье. — В расписании — провести время с моей ворчливой жёнушкой.
 
Я уже открыла рот, чтобы сообщить о важных делах, которые у меня внезапно возникли, но в кухню влетела Сунита.
— Санджу, мы можем поговорить? — нервно произнесла она.
— Конечно, — бандюган взял с блюда ещё печенья и весело захрустел.
— Не здесь, — она махнула рукой в сторону коридора.
Неужели так распереживалась, что я на кухне немного похозяйничала? Теперь будет жаловаться на мой творческий хаос.
— Хорошо, — муженёк вышел из-за стола и проследовал за экономкой, а я оглядела кухню. Вроде бы порядок я восстановила. Да и в конце концов, Сандик сам говорил, что в доме я хозяйка, а не Сунита. Так что придётся ей смириться с моим присутствием на уже не её территории.
Из коридора послышался громкий гогот Санджая. То-то же, Сунита! Мой бандюганчик на моей стороне!
Они вернулись на кухню. Сандик всё ещё смеялся, а Сунита семенила за ним, обиженно поджав губы.
— Это тревожный звоночек, помяни моё слово, — продолжала она что-то доказывать моему мужу.
— Это бред, — бандюган сел за стол и снова взялся за печенье. — Вкусно.
Он с теплотой посмотрел на меня. Чтобы скрыть смущение, я встала и принялась заваривать ему кофе. Заметив мои манипуляции, Сунита схватилась за глиняную турку.
— Не стоит, — остановил её хозяин дома. — Сегодня завтрак мне готовит жёнушка.
— Это не кофе, а бурда. Настоящий кофе нужно варить, а не кипятком заливать. С каких пор ты пьёшь такие помои?
Она повернулась к мужчине, всё ещё не убирая турку.
— Это кофе мелкого помола, а не помои, — я поставила чашку перед мужем.
Сунита убрала турку в шкаф, громко хлопнув дверцей, и удалилась с кухни.
— Её бесит то, что я кухню оккупировала или тебя ревнует? — хмыкнула я.
— Захват кухни ей не понравился, но она знает, что ты здесь хозяйка, — Санд подул на горячий кофе и спокойно продолжил: — Просто она решила, что я должен знать о твоих изменах и разобраться с этим… наглым хахалем своей жены.
— Интересный поворот. И с кем же у меня роман?
Бандюган достал из кармана сильно смятый листок бумаги, прочистил горло и принялся читать с театральным выражением:
— Киния. Ки-ния! Какое прекрасное имя! Сегодня я наконец смог встретить её в автобусе. Замужество пошло ей на пользу и прибавило некоей загадочности…
Блин! Страница из дневника Рахула! Я забыла её уничтожить и оставила в кармане.
— Это всё неправда! Поверь мне…
— Да я знаю, — Санджай засмеялся, скомкал листок, встал и отправил его в мусорку. — Это же бредни Рахула. Кто их будет воспринимать серьёзно? Если сильно достанет, скажи мне.
— И что ты сделаешь? Похитишь его? Снова, — хихикнула я.
— Видно будет, — в этот раз серьёзно проговорил Сандик и снова захрустел печеньем. И тон его мне совсем не понравился.
Рахул, конечно, неприятен своими приставаниями, но точно не заслужил расправы от бандита. Тем более, что я перед ним сильно виновата.
— Блин!
— Ты чего?
— Я тут вспомнила. Ты же не знаешь, наверное, — я смущённо принялась ломать бедное печенье.
— Что? — напрягся бандюган.
— Ну… В ночь шторма я оказалась заблокирована в торговом центре с ещё одной девушкой. Ты её знаешь. Рома. Помнишь, она приходила к нам на ужин с Али и Линой?
Сандик кивнул.
— Так вот… Мы немного порушили кабинет Рахула. Возможно, нужно теперь заплатить какую-то компенсацию?
Печенье развалилось в моих руках, брызнув крошками в разные стороны.
— Я поговорю с ним, — кивнул Санджай. — Не переживай, вряд ли вы там прям сильно что-то повредили?
— У меня был топор, — тихо сказала я, взявшись за новое печенье.
Бандюган расхохотался.
— Ясно. Хорошо, что не пистолет… О, чуть не забыл! — он положил на стол мой телефон. — Ману привёз. Он с Аджаем помогает спасателям, которые работают в торговом центре.