Мускан. Сердцу не прикажешь. История Кинии - 1 (СИ)

Зверь поймал её руку и несильно прикусил зубами.
— Ох, все вы мужики одинаковые, даже пушистые — вздохнула ведьма, стряхнула кота с запястья и уселась в кресло. — А теперь давай-ка выяснять, что за шпион к нам сегодня наведался.
Аджит бесцельно щёлкал по каналам телевизора, который теперь вполне сносно работал. Сам он с недоверием относился к современной технике, считая все подобные новшества бесполезной кучкой железа и пластика, но любопытство заставило познакомиться с этим ящиком поближе.
Гремлин уже должен был возвращаться — почти полночь. Однако этот мелкий негодник всё ещё никак не дал о себе знать. Если бы ведьма засекла его и уничтожила, то Аджит бы это сразу понял. Поэтому существовал вариант, что глупец решил попробовать сбежать. Но с подарком колдуна у него ничего не получится, вот только тогда пропадёт зря целый день.
Как найти хорошего прислужника в этом городе? Повесить объявление у вокзала, как делают людишки, которые хотят сдать жильё?
— Зря я отпустил мужа Латики, — вздохнул Аджит. — Он был хорош: никогда не перечил и не пытался сбежать после наложения чар. Сейчас бы уже принёс мне всю информацию на блюдечке.
— А теперь к новостям Мускана, — тревожным голосом сообщила девушка с сильно зачёсанными назад волосами, собранными в высокий хвост. — До сих пор неизвестна судьба Бобби и Санни Сингх. Просьба всем, кто что-либо знает об их местонахождении сообщить информацию в экстренные службы или по номеру нашей редакции. Если вы обратитесь к нам, то гарантируем денежное вознаграждение.
Аджит зевнул и нажал на кнопку переключения канала, но она не сработала. Попробовав ещё несколько раз сменить программу, он что-то буркнул себе под нос и закинул пластиковую коробочку в стенку.
Картинка на экране сменились сама, показав лохматого дядьку в одеянии, похожем на халат. Мужичок нервно сообщил зрителям:
— Смех — лучшее лекарство от всего. — Смейтесь всегда и везде!
И принялся натянуто заливаться, пока его хохот не перешёл в шипение неисправного телевизора.
— Вернулся? Что узнал? — Аджит потянулся вперёд, жадно всматриваясь в экран.
Изображение поменялось. Женщина в сари со страдальческой гримасой на лице произнесла:
— Я его так любила! Мне пришлось на многое пойти, чтобы мы могли быть вместе. А он… Он разрушил всё, разбив моё сердце!
Канал сменился, и к Аджиту повернулась молодая девушка, закинула длинную косу за спину и проговорила:
— Да, я отвратительный человек. И я это признаю. Я разрушила её жизнь, и мне совсем не жаль. Почему? Да потому что моё счастье для меня гораздо важнее.
Девушка исчезла, сменившись накаченным мужчиной. Он уверенно шёл по широкому коридору, размахивая пистолетами в обеих руках.
— Любовный треугольник? — Аджит подскочил в кресле и потёр руки. — Этот город не такой скучный, как показалось на первый взгляд. Гремлин, ты не так бесполезен. У тебя есть имя?
Каналы быстро замелькали, сменяя друг друга, давая персонажам произносить не больше одной буквы:
— Базу.
— Поздравляю, Базу, ты будешь жить.
  
Глава 36. Трудотерапия
 
Мы встретились с Санджаем в гостиной, приняв душ и переодевшись. Муженёк уселся на диван, я вытряхнула рядом с ним содержимое пакета с покупками из таинственной лавки.
К каждому снадобью резинкой была прикреплена инструкция. Наученная горьким опытом, я схватила первую попавшуюся склянку, развернула бумажку и принялась читать.
— Крем от ушибов. Не использовать на повреждённой коже…
— Подожди, — остановил меня Сандик. — Давай сначала с твоей рукой разберёмся.
Он взял высокий зелёный флакон и развернул инструкцию.
— Спрей от ожогов. Распылить на поражённый участок. При необходимости повторить через десять минут. Обезболивает, заживляет и охлаждает. Не использовать при химических ожогах. При магических с осторожностью и только по назначению специалиста. Рекомендуем закрыть рану стерильной чудо-повязкой, разработанной Амритой-джи… И блаблабла, — бандюган принялся скручивать бумагу.
 
— Подожди, давай прочитаем до конца. Мало ли что там. Не хочется неделю с замороженной рукой ходить, — я забрала из его рук свёрнутый листочек и быстро пробежала глазами по тексту. В конце значился побочный эффект в виде озноба, временно сниженной эмоциональности или наоборот излишней вспыльчивости.
Санджай открыл спрей, аккуратно взял меня за руку и побрызгал лекарством на ожог. Я почувствовала приятный холодок, боль немного уменьшилась.
— Лучше? — он посмотрел в мои глаза так, словно ожидал увидеть ответ там, а не услышать его в словесной форме.
Я кивнула.
— Через десять минут повторим, — он достал из кармана телефон и посмотрел на время.
— Давай я вылью все эти снадобья в ванну, и ты просто поотмокаешь там часок? На тебе же места живого нет, — проворчала я.
— Можно попытаться, — усмехнулся он. — Но боюсь, что тогда нас ждёт фейерверк побочных эффектов.
— Да уж, — кисло согласилась я.
— И потом… Прикосновения любимой жены помогают лучше любых снадобий, — широко улыбнулся Сандик. — Помажь вот здесь. И подуй. Жечь же будет.
Он показал на припухшую губу.
— Ничего, не маленький, потерпишь, — пробурчала я, выдавливая мазь прямо на его кожу. — Какие нежные бандиты пошли!
Я помогла Санджаю обработать все ранения, стараясь избегать его взгляда. Мне хотелось поскорее ускользнуть от него в свою комнату, чтобы избежать этой смущающей близости, возможного разговора о том, что произошло этой ночью.
Конечно, у меня было множество вопросов, невысказанных возмущений, однако я решила отложить их на потом. Мне нужна передышка.
Я сгребла все пузырьки и тюбики обратно в пакет и, пока Сандик не попытался начать разговор, выпалила:
— Я спать.
— Приятных снов, — улыбнулся мой муж.
— Приятных, — я кивнула и убежала к себе в комнату.
Уснула я быстро, но проспала всего три часа. А потом подушка стала неудобной, матрас жёстким, ожог горел. Как бы я не легла — мне было больно и неудобно.
Я прокралась в кабинет, села за стол и открыла ноутбук. Полчаса я бесцельно бродила по интернету, просматривая видеоролики, которые мне предлагали социальные сети Саварии.
Посмотрев с десяток рецептов выпечки, я поняла, что мне хочется чем-то себя занять. А готовка — отличный способ на время отключить разум от всего, что происходит.
Я вышла из кабинета и тихонько пробралась на кухню. Я боялась разбудить Санджая, а говорить с ним по-прежнему не хотелось. Если бы торговый центр не был разрушен штормом, то я бы сбежала в магазин Джии-джи.
На нашей кухне безоговорочной хозяйкой была Сунита. За время её отсутствия мы питались запасами из холодильника или бутербродами. Я понятия не имела, что и где здесь находится. Поэтому пришлось перекопать все полки, чтобы найти всё необходимое.
Решила испечь обычное печенье. Во-первых, я его с закрытыми глазами могу приготовить, а во-вторых, мне приятно будет сейчас повозиться с тестом, придавая ему интересную форму.
Положив пачку масла размягчаться на стол, я подумала и достала ещё три пачки. Вряд ли Сунита одобрит моё расточительство, но, судя по моему настроению, одной порции теста мне будет мало.
Открывая шкафы, я пыталась найти формочки для печенья, но, видимо, в доме Санджая было не принято печь фигурные печеньки. Я порылась на полке со специями и почувствовала запах кардамона. Этот аромат заставил меня вспомнить о том, что приближаются новогодние праздники.
Дома я положила бы в тесто молотый кардамон, ваниль, корицу и на этом остановилась. Но в Мускане, где пряности были ядром кулинарии, я не могла не поэкспериментировать со специями.
Масло никак не размягчалось, а мне не терпелось начать. Я разогрела его на водяной бане, щедро всыпав в жёлтую жижу пряности: праздничный кардамон, пахучую ваниль, согревающую корицу, обжигающий перец чили, горьковатый мускатный орех, а для надёжности добавила целый пакет смеси гарам масала.