Леди озера

– Значит, Верховный Жрец может просто изменить правила? – Мое сердце замирает.
– Моя госпожа, Верховный Жрец напрямую общается с богами, – отвечает Грифлет. – А я всего-навсего скромный служитель, который может только молча слушать и выполнять то, что он говорит.
– Что-нибудь еще? – спрашивает Талан.
– Полагаю, последние семь дней вы оба не ели мясо?
– Я не ел, – отвечает Талан. Подозреваю, это ложь. И еще подозреваю, что на самом деле ему плевать на богов.
  
– Не могу сказать то же самое. – А вдруг это мое спасение? Фейри всегда избегают мяса перед свадьбой. – Вчера я ела оленину. Увы, я не знала, что мы собираемся пожениться.
Талан сверлит меня острым взглядом, в его темных глазах появляется металлический блеск. Он смотрит на меня слишком долго.
Грифлет хмурится:
– Я не могу поженить вас, пока не пройдет неделя после употребления мяса.
– Думаю, можете. – В голосе Талана слышны ядовитые нотки.
Я встречаю его ледяной мрачный взгляд в упор.
– Мы же не хотим оскорбить богов. Это чревато ужасным невезением. Нужно найти способ потянуть время и задержать вашего отца на неделю.
– И когда ты успела стать такой набожной? – Его глаза горят, как угли в камине.
По моей коже пробегает холодок.
Я иду по тонкому, как лезвие бритвы, канату. По одну сторону – гибель от рук Арвенны и Оберона, которые прикажут отдать меня на растерзание собаками. Эти двое способны отправить мою голову и руки обратно в Башню Авалона в качестве предостережения, а остальное тело повесить на воротах замка. По другую сторону каната – Талан, который узнает правду обо мне. И наверняка прикончит меня сам. Вопрос: быстро или медленно? Сначала будет мучить меня в моих снах?
Моя задача – удержать равновесие и не свалиться ни туда ни сюда.
Талан откидывается на спинку диванчика и задумчиво проводит пальцем по нижней губе.
– Минутку, Грифлет. У меня же есть кузен, который напился накануне свадьбы и ел утиное конфи между грудями куртизанки?
– Ах да. Эрцгерцог Борс де Ганис, – говорит Грифлет. – Прекрасный джентльмен.
– Он прошел обряд очищения, – Талан выпрямляется. – Провел ночь в лесу, и на него охотился дух василиска, которого вызвал жрец. После этого его признали очищенным.
Грифлет бледнеет.
– Так и есть, – запинаясь, соглашается он, – но это очень опасно. Эрцгерцог едва не погиб, а ведь он не наследник престола. Так что мы могли пойти на риск. Но если с вами, упаси бог, что-нибудь случится…
– Но вы можете вызвать василиска? – спрашивает Талан.
Грифлет разглаживает мантию.
– Технически… Мне не очень нравится эта идея.
Губы Талана изгибаются в полуулыбке.
– Думаю, идея замечательная, тем более уже давно не происходило ничего интересного.
И это говорит тот, кто только что летал над полем боя верхом на драконе…
– Погодите, василиск? – переспрашиваю я.
Страшные создания – полузмеи-полуптицы, сплошная ярость. Стоит взглянуть такому в глаза – и сойдешь с ума. Если верить архивам Башни Авалона, эти ублюдки уже вымерли.
– Охота на василиска, – задумчиво произносит Талан, с трудом выговаривая слова. – На самом деле не так уж сложно.
– Но ведь это он будет охотиться на нас, а не наоборот? – уточняю я.
Принц задумчиво склоняет голову:
– Только если мы будем тормозить. Василиски не такие быстрые, как фейри.
Я получеловек. Я чертовски тормозная.
Грифлет встает и снова подходит к книжным полкам.
– Очень хорошо. Если такова воля Вашего Высочества, хотя должен предупредить… – Он замолкает. – Что ж, нет никаких веских причин отказать в вашей просьбе. Дайте мне минуту, чтобы произнести заклинание.
Пока он листает книгу, тишину нарушает только треск поленьев в камине. В отблесках пламени Талан смотрит на огонь, ритмично постукивая кончиками пальцев по своей кружке.
– Побыстрее, хорошо? Боги нетерпеливы, как и я.
Не отвечая, Грифлет бормочет под нос заклинание, и волоски на моей шее встают дыбом. Когда он заканчивает, у меня по спине бегут мурашки. Воздух вокруг темнеет, становится разреженным.
Я откашливаюсь:
– Может, если немного подумать…
Тяжело дыша, священник поворачивается к нам. Костяшки его пальцев побелели, краска отхлынула с лица, он прижимает книгу к груди.
– Он уже здесь? – Талан улыбается медленно и довольно.
– Не думал, что получится так быстро, – шепчет Грифлет. – Но, похоже, так и есть… Думаю, василиск уже в лесу. Уже охотится.
Ветер снаружи хлопает ставнями, словно дух василиска пытается ворваться в дом. У меня перехватывает дыхание, когда вдалеке раздается потусторонний вой.
Улыбка Талана становится еще шире. Для него это просто игра.
– Что ж, мне понадобятся лук и стрелы. Да начнется охота!
 
Глава 6
 
Где-то в лесной чаще василиск уже охотится на нас. Или скорее на меня. Талан легко убежит от чудовища, а вот я продолжаю задыхаться, в легких хрипит. Я умею сражаться, метать кинжалы и управлять чужим разумом. Но вот чего не умею – так это бегать со скоростью фейри. Я выбилась из сил минут за десять.
Позади Талана я торопливо пробираюсь по темному лесу, под ногами хрустят ветки; я стараюсь не отставать от Ловца Снов.
Вооруженный луком Талан крадется с грацией тигра. Он – сама тишина и тень, легкий ветерок между стволами. Встречаюсь с ним глазами: в его взгляде ни малейшего беспокойства от того, что на нас охотится древнее чудовище.
Черт, во что я вляпалась?
Снег хрустит под сапогами, холод пробирает до кончиков пальцев ног. Каждый глоток ледяного воздуха обжигает легкие, стук сердца отдается в ушах.
Голые изогнутые ветви деревьев тянутся друг к другу, образуя над головами искривленный купол ледяного собора. Если не считать наших шагов, в лесу тихо. Эта тишина более угрожающая, чем шум, и страх пробирает меня до глубины души.
Я шпионка или пленница, полностью потерявшая контроль над своей миссией? Как агент под прикрытием, я должна быть манипулятором, кукловодом, заставляющим окружающих действовать по моему плану. Вместо этого я убегаю от чертова василиска, чтобы выйти за мужчину, которого однажды поцеловала и пытаюсь убить…
Худшая в истории игра «Поцелуй, женись, убей».
Холодный воздух раздирает легкие, обжигает щеки. На краю сознания маячит вопрос: вдруг Талану уже известна правда обо мне? Может, все это – медленная пытка по плану, наказание? Разобрать меня на части, один кусок за другим, пока я не предстану перед принцем совсем беспомощной и не признаюсь во всем.
Легкие горят, дыхательные пути сжимаются. Конечно, ингалятора с собой нет. Я задыхаюсь.
– Какой план, Талан?
Он поворачивается, луна освещает его лицо – идеальный рот, четко очерченный подбородок. Похоже, принц не замечает морозного воздуха. Он подходит ближе и упирается ладонями в ствол дерева за моей спиной. Меня окутывает пьянящий мужской запах. Тепло его тела согревает.
– Какой план? – тихо переспрашивает он. – По плану, ты не должна была сболтнуть про оленину. А по другому плану, ты должна двигаться быстрее, чем мед растекается на льду, но пока у тебя не вышло ни то ни другое.
Сердце бешено колотится.
– Я не хотела гневить богов. И я не могу двигаться так быстро. У меня короткие ноги, и я совсем расклеилась.
Принц притворно-сочувственно сюсюкает и прищуривается, разглядывая меня в упор.
– С каких это пор тебе не плевать на богов? Единственное божество, которому ты должна поклоняться, – это я.
– Если вы будете и дальше говорить о себе в таком духе, я постараюсь сама найти василиска и покончить с этим.
  
Талан наклоняется ближе, его дыхание обжигает мне ухо:
– Ты твердишь, что очень хочешь от меня избавиться. Но, думаю, ты лжешь, маленькая деревенщина. Я не видел этого в твоих снах – ты держишь их под замко́м, но я вижу, как вздымается твоя грудь, когда я подхожу вплотную. Слышу, как прерывается твое дыхание. Прямо сейчас слышу, как колотится твое сердце, пульс учащается… – Он понижает голос. – Твое тело пылает, когда я рядом, зовет меня.