Любовь с первого багета (ЛП)

Тёмно-каштановые волосы нового бармена касались его ушей и воротника, а когда он заметил меня, его губы изогнулись в дружелюбной улыбке, и в уголках голубых глаз появились морщинки. Боже мой, он даже щеголял маленькими сексуальными усиками.
— La carte? [5] — спросил он.
Я покачала головой.
— Un verre de Côtes du Rhône [6], — произнесла я.
  
Он подошёл, чтобы выполнить заказ, а я наблюдала за ним в зеркало за стойкой, заставленное бутылками. Белоснежная рубашка была аккуратно заправлена в тонкий коричневый ремень, джинсы слегка потёртые — и всё это на удивление шло ему.
Мои гормоны взыграли с удвоенной силой.
Он вернулся с напитком и поставил бокал на маленькую подставку.
— Вы с кем-то встречаетесь? — спросил он по-французски. — Un rencard? Свидание?
Я кивнула.
— Потому что это может быть он, — бармен кивнул в сторону окна.
Я обернулась так резко, что у меня защемило нерв в шее, и я поморщилась.
Бармен усмехнулся:
— Всё настолько плохо, да?
— Нет! — я потёрла шею. — Просто… — я прищурилась в окно, но лишь мельком заметила чью-то фигуру, и она тут же исчезла.
— Он ушёл? — удивлённо спросила я.
— Он бросил на тебя один долгий взгляд и сбежал, — улыбнулся бармен.
У меня отвисла челюсть. «C’est pas vrai [7]». Я не могла поверить.
Он рассмеялся.
— Что смешного? — спросила я.
Дидье, возможный лжец/серийный убийца/шпион, только что скрылся, даже не познакомившись со мной?
— Vous dînez quand même? — он протянул мне меню, спрашивая: «Всё равно будете ужинать?»
— Можно на tu [8], — рассеянно ответила я. В «У Филиппа» я чувствовала себя как дома.
— Почему он так поступил? — пробормотала я уже по-английски, скорее для себя, чем для него.
Он поставил передо мной корзинку с мелко нарезанным багетом.
— Он испугался, — ответил он по-английски с лёгким акцентом. — В следующий раз постарайся не выглядеть такой красивой.
Я запила кусочек багета глотком красного вина, затем достала телефон, чтобы позвонить Флер.
Она ответила после первого гудка, и в её голосе звенела тревога:
— Ты в порядке?
У меня сжалось сердце. Друзья — это лучшее, что есть в жизни.
— Привет, милая. Он меня бросил. Хочешь поужинать?
— Буду через десять минут. Только дам команду записать «Холостяка».
Я соскользнула с барного стула, взяла багет и вино и направилась к свободному столику. Бруно жестом пригласил меня в мой любимый уголок и поставил ещё одну розу в вазу рядом со свечой.
Я благодарно улыбнулась, и его тёмные глаза весело блеснули.
Я зарегистрировалась на сайте десять дней назад, и в моём почтовом ящике «Любовь на двоих» уже скопилось около двухсот писем. Я разберу их в течение недели и, возможно, пересмотрю критерии. Буду выбирать тщательнее. Меньше трусов.
В конце концов, что-нибудь да получится. А прямо сейчас у меня было свидание с моей лучшей подругой и соседкой по комнате.
  
Глава 2
 
То, что моё первое свидание через «Любовь на двоих» провалилось — парень просто не пришёл! — вовсе не означало, что я откажусь от интернет-знакомств. Такие сайты в Париже сейчас в моде, а я упрямая.
К сожалению, второе свидание оказалось скучным.
Сначала я решила, что это обычная неловкость: встреча вслепую, оба волнуемся… Но быстро поняла — мой спутник Дэвид совсем не смущается.
Мой французский был куда лучше его английского, и всё же, узнав, что я наполовину американка, он тут же перешёл на английский.
— Я. Хожу. В тренажёрный зал. Четыре, а то и пять раз в неделю, — сообщил он, откладывая вилку и напрягая бицепсы. Да, впечатляюще. — Видишь, Эддер?
— Хизер, — машинально поправила я. Почти безнадёжно: для французов «х» не существует, а звук «з» — вообще испытание.
Мимо прошёл Бруно, метрдотель и старший официант «У Филиппа». Я часто ужинала здесь — место рядом с домом стало моим «безопасным уголком» для первых свиданий. Бруно невысок, крепок и всегда готов подойти, если я подам сигнал.
— Tout va bien? [9] — спросил он.
— Parfait [10], — ответили мы в унисон, хотя мне хотелось, чтобы вечер скорей закончился.
— У меня коричневый пояс по карате, — продолжал Дэвид и даже продемонстрировал пару приёмов прямо за столом. Я изобразила заинтересованность и подумала, не заказать ли анчоусы.
У нас с персоналом было кодовое слово — «анчоусы». Я ненавижу эту рыбу, поэтому если вдруг её заказывала, Бруно понимал: пора спасать. Варианты «спасения» мы не уточняли: от фальшивого звонка до идеи, что новый бармен из ревности уводит меня.
Я украдкой взглянула на бармена. Теперь я знала: его зовут Адриан, он скульптор и подрабатывает здесь по вечерам. Большие красивые ладони, словно созданные творить… Моя мама убьёт меня за мысли о голодающем художнике.
— Эддер? — напомнил о себе Дэвид. Ох, точно, свидание.
— Я никогда не хожу в спортзал, — сказала я.
Он опешил:
— Никогда? Нужно попробовать. Привести себя… как это… в форму.
Мы были полными противоположностями. Для меня открыть бутылку вина — уже тренировка, а чипсы вполне тянут на овощи.
— Я много гуляю, — возразила я. — По выходным хожу в парки или в лес. Иногда в Булонский.
— Булонский лес! И без охраны? — он даже всполошился, а потом подмигнул. — Я могу пойти с тобой. Защитить.
Я натянуто улыбнулась. Эти прогулки — моё личное время, и незваный спутник там лишний.
— Там безопасно, — уверила я и поспешила сменить тему: — А ты почему решил попробовать «Любовь на двоих»?
— Les demoiselles… [11] — Он пожал плечами. — Не знаю. Никому спорт не интересен.
В этот момент он понравился мне больше: немного растерянный, настоящий.
— Прости, Дэвид. Мне тоже, — мягко сказала я.
Он понял без слов: второго свидания не будет. Но улыбнулся — хороший парень, просто не мой.
— Et moi, j’aime pas trop les balades en forêt [12], — признался он и перешёл на французский уже без позы.
Мы улыбнулись, чокнулись бокалами, и, когда притворяться больше не пришлось, разговор неожиданно потёк легко. Даже заказали десерт.
***
— Sacré bleu! [13] — выдохнула я, захлопывая дверь квартиры и прислоняясь к стене.
Флер рассмеялась и выключила телевизор. Я бросила ключи на стол, скинула каблуки и рухнула на диван. Ноги ныли после спуска по мощёным улочкам: «У Филиппа» в сердце Монмартра, а мы живём на южной окраине.
Флер протянула мне миску с попкорном. Я отставила — сыта. Дэвид оказался слишком большим фанатом спортзала, но был вежлив и щедр. Пусть найдёт бодибилдершу и растит с ней мускулистых детей.
— Ну как? — спросила Флер.
— Если бы я хоть чуть-чуть любила беговые дорожки, поднятие тяжестей и карате, всё было бы прекрасно.
Она прищурилась:
— А ты ведь интересуешься кино, искусством, книгами, прогулками, модой.
  
— Да! — вздохнула я. Мои «походы» ограничиваются подъёмом на холм к «У Филиппа».
— И чем он увлекается?
— Спортом. — Я всё же потянулась за попкорном: для него место всегда найдётся. — Стоило догадаться, что не преувеличивает.
Флер рассмеялась, и мы доели попкорн, болтая и переключая каналы.