Звоните Манькову! Дилогия (СИ)

Вдруг из глубины квартиры раздался скрипучий старческий голос:
— Володя, кто там пришел?
— Это ко мне, бабушка! — ответил Вован на удивление елейным, послушным голоском.
— Это твои друзья? — не унималась невидимая старушка.
— Да, очень близкие! — поспешно заверил ее внук.
Затем он повернулся к нам, сдвинул на переносице свои толстые очки и торопливо зашептал:
— Ну, чего застыли? Не стойте в коридоре, проходите в комнату.
  
Он завел нас в тесную комнату. Шкаф, диван и стол, а между ними — совсем узкий проход. На столе возвышалась высокая башня системного блока. Гораздо больше, чем я помнил или вообще мог себе представить. Рядом с ней громоздился пузатый монитор. Господи боже мой! Я уже и забыл, как они выглядели!
— Это… на продажу? — спросил я.
— Нет, конечно, это мой! — искренне возмутился Вовчик.
— Но ты его продаешь?
— Нет! Я его год по частям собирал и настраивал. Но… но у меня есть еще один! Неплохой аппарат, «двойка», но Лексикон точно потянет.
— Показывай, — велел я.
— Сейчас, — бросил Вовчик и резво полез под диван.
Тут дверь в его комнату резко открылась, и на пороге появилась бабушка. Причем какая! Высокая, метр восемьдесят точно. Размах в плечах, наверное, раза в два больше, чем у меня. Седые волосы были строго забраны в тугой пучок. В руках она держала поднос с тремя чашками и вазочкой с домашним печеньем. Но самое главное — во рту у нее дымилась настоящая трубка! Прямо как у заправского пирата или сурового капитана дальнего плавания.
— Где Володя? — грозно спросила она, сурово сводя густые брови на переносице.
— Под… под диваном, — заикнувшись, ответил Толик.
Бабуля выпустила изо рта идеальное кольцо дыма.
— Что вы с ним сделали⁈ — с неприкрытой угрозой в голосе спросила она.
— Он там компьютер ищет! — поспешно оправдался я.
Бабуля медленно перевела свой взгляд на меня, и мне вдруг стало по-настоящему страшно. Все-таки в руках у нее был кипяток. Да и сами ручки у мадам были очень похожи на пудовые лапищи моряка Попая из старых мультиков.
— Володя, у тебя всё хорошо? — строго спросила она.
Вован глухо отозвался откуда-то из-под дивана:
— Всё нормально, бабуль, я уже вылезаю.
И правда, через секунду он выбрался наружу, чихая от пыли и бережно сжимая в руках видавший виды системный блок. Вован с кряхтением водрузил его на свободный край стола и обратился к бабушке:
— Мне бы монитор со шкафа снять…
Бабуля задрала голову и увидела дисплей, громоздящийся на самом верху старого шифоньера.
— Подержи, — велела она, впихнув мне в руки поднос с чашками.
Я послушно вцепился в края подноса. Ей даже не пришлось вставать на цыпочки. Бабуля просто протянула свои могучие руки и с невероятной легкостью, словно пушинку, подхватила тяжеленный пузатый монитор.
— Куда поставить? — поинтересовалась она.
— На стол, спасибо, — кивнул внук.
Бабушка аккуратно опустила монитор рядом с системным блоком, а затем без лишних слов забрала у меня свою ношу.
— Поставь чай на диван, — попросил Вован. — На столе мы сейчас работать будем.
Бабуля водрузила поднос на диван. А затем вдруг протянула руку и совершенно неожиданно, с какой-то суровой нежностью потрепала опешившего Толика по щеке.
— Пейте, угощайтесь, — напутствовала она. — Вам, молодым, кушать надо больше.
Выпустив напоследок еще один густой клуб табачного дыма, колоритная старушка развернулась и величественно выплыла из комнаты.
— Ну, чего застыли? — деловито спросил Вован, потирая руки. — Давайте собирать.
Он выдвинул ящик стола и с гордостью извлек на свет божий толстую клавиатуру и угловатую серую мышь.
— Мы не умеем, — с трудом выдавил из себя Толик, видимо, все еще находясь под глубоким впечатлением от суровой бабули.
— А зачем вам компьютер, если вы даже не умеете его собирать⁈ — искренне удивился Вован, замерев с толстым кабелем в руках.
— Мы будем на нем работать, — спокойно ответил я. — Я же говорил: набирать тексты, распечатывать…
— Принтера у меня нет, — тут же предупредил нас Володя.
— У нас свой имеется! — гордо заявил Толик, мгновенно приободрившись. — Огромный!
Вован деловито поправил очки на переносице:
— Порт LPT?
— Чего? — не понял я.
— Порт для подключения параллельный? Или скази? — со вздохом пояснил он.
Толик, явно не понимая ни слова, брякнул наугад:
— Параллельный… кажись…
— Это хорошо, — Вован залез в нижний ящик стола и начал там греметь хламом. — Со скази мы бы точно намучились. Кабель для LPT у меня есть. Десять баксов.
— Берем, — согласился я. — Но только в том случае, если комп вообще заработает.
— А чего бы он не заработал? — искренне возмутился Володя, выныривая из ящика с толстым серым проводом. — Фирма, настоящая IBM! Они говна не делают.
Я сделал приглашающий жест рукой:
— Показывай!
— Да тут делов на пару минут, — самонадеянно отмахнулся Володя.
Горячий чай и бабкины домашние печеньки нам очень даже пригодились. Вместо обещанной пары минут Вован пыхтел, подключал и собирал эту «настоящую фирму» добрых полчаса.
Сначала он долго и упорно прикручивал толстенный кабель монитора, тихо чертыхаясь из-за крошечных винтиков на штекере, которые никак не хотели попадать в резьбу. Потом ткнул кнопку питания… и ничего. Вован вооружился отверткой, сдернул металлический кожух с системного блока и с головой погрузился в пыльные недра компьютера.
— Так, шлейфы вроде на месте… — бормотал он себе под нос, перебирая проводку. — Главное, чтобы прерывания не конфликтовали. IRQ три, IRQ четыре… Зараза, джампер слетел!
Он долго ковырялся пинцетом на материнской плате, потом вытащил какую-то плату, с силой дунул на контакты и с громким хрустом воткнул ее обратно.
— Фирма, говоришь, говна не делает? — ехидно поинтересовался Толик, с аппетитом уплетая очередное печенье.
— Делает на века! — огрызнулся сисадмин из-под стола, куда он полез втыкать тяжелый шнур питания. — Просто контакты немного окислились от времени!
Наконец, он снова нажал тугую кнопку включения. Внутри системного блока что-то натужно завыло, заскрежетало, а затем внутренний динамик выдал один длинный и два коротких, противных писка. Пузатый экран остался безнадежно темным.
— Видеокарта отошла, — невозмутимо выдал диагноз Вован.
Он снова вырубил питание, с силой, чуть ли не всем весом, вдавил текстолитовую плату в слот, попутно погнув и тут же выпрямив отверткой какой-то штырек, и снова запустил аппарат. На этот раз вентилятор взревел ровнее, и на экране, к нашему великому облегчению, забегали белые строчки.
Вован радостно заорал:
— О! Опа-на! Пошла, родная!
Дверь тут же открылась, и в комнату снова заглянула суровая бабушка.
— Володя, у тебя всё в порядке? — подозрительно спросила она.
— Да, всё отлично! — радостно отмахнулся Вован, не отрывая взгляда от монитора. — Биос прогрузился!
— А это не опасно? — нахмурилась старушка.
— Ты что, бабуль, это наоборот круто!
Бабушка смерила нас с Толиком еще одним тяжелым взглядом, но дверь всё-таки прикрыла.
Тем временем белые строчки по экрану бегать перестали. Осталась только одна короткая надпись на абсолютно черном фоне с одиноко мигающим курсором: C:\.
— Принимай работу! — гордо заявил Вован, поворачиваясь ко мне.
— Так он же не включился до конца, — резонно заметил я.
— Как это не включился? — возмутился сисадмин. — Вот, командная строка горит. Всё как положено.
— Ты мне лапшу на уши не вешай! — возмутился я в ответ. — Где иконки?
— Иконы? — опешил Вован, поправляя съехавшие на нос очки. — Какие еще, блин, иконы?
  
— Я про рабочий стол! Окна где?
— Какой еще «Виндовс» на «двойке» с мегабайтом оперативки⁈ — взвился Володя так, словно я нанес ему личное оскорбление. — Он же еле ползать будет! Да и нет его у меня! Совсем юзвери пошли, слов умных где-то нахватались, а как в ДОСе работать — не знают!