"Фантастика 2025-4". Компиляция. Книги 1-26 (СИ)

Давненько я не занимался разделкой каракатиц! Надеюсь, не забыл ещё? Мои были не маленькие, поэтому фокус с отрыванием головы и вытаскиванием заодно и внутренностей, наверно, не прошёл бы. Поэтому, взяв свежесделанный острый каменный нож, первым делом, вырезал со спины внутренний панцирь — здоровенную известковую пластину с острым шипом, отличающую каракатицу от остальных головоногих.
Потом аккуратно вытащил внутренности. Главное — удалось не порвать чернильный мешок. Я, конечно, слышал, что чернила каракатицы употребляют в пищу, но, честно говоря, сегодня не до экспериментов.
Кстати, голову и щупальца я тоже выбросил. С одной стороны, не хотелось возиться — вот если бы это кто-нибудь другой, не я заморочился… С другой стороны — и так получилось почти по килограмму белого, очень нежного мяса со спинки. Эх, если б ещё и готовить их сразу, как выловил…
Насколько помню, готовится мясо каракатицы почти мгновенно. Чен, наш кореец, помню, их вообще сырыми хомячил, заливая лишь каким-то своим термоядерным соусом. Но я, если честно, ко всей этой сыроедческой теме всегда относился с сомнением. Так что, пусть мясо превратится, по утверждению некоторых «гурманов», в резину, но я буду пропекать хорошенько. Что корейцу хорошо, обычному крестьянскому парню — собака.
Поскольку решётки у меня нет, нанизал кусочки на тонкие бамбуковые шпажки.
— Ты в самом деле будешь это есть? — остановился рядом со мной Каналоа.
Кажется, он до сих пор не верил в подобный исход.
Я поднялся, потянулся — вроде и тело молодое, и занимаюсь регулярно, а спина затекла — столько времени я корпел над ужином согнувшись.
— Скажи, боец, — я наклонился к самому лицу парня и заговорщически подмигнул, — а кто ещё на острове… Не важно, вождь, старейшины или воины… или может сам отец войны. Кто может похвастаться, что отведал мясо демона, а?
Секунду-две Каналоа молчал, теперь ошарашенный подобной мыслью.
— Ну? — я ещё раз подмигнул, взял с углей шпажку, с уже запёкшимся «шашлыком» и протянул её парню.
  
Глава 19
 
Старые знакомые
 
Перед сном занялся трубкой. Наконец-то! Блин, по-хорошему — давно надо было… Да о чём я? «Давно надо было» — можно о чём угодно говорить! О той же подводной охоте, как минимум — давно надо было… А не лезть в собиральщики жемчуга!
И вот с трубкой наконец решил попробовать. Способ избрал простой до примитивности. Взял подходящего диаметра бамбуковую трубочку, без перемычек. И вторую, покороче. Срезал под острым углом у обеих края, приложил и плотно-плотно обмотал бечёвкой… По идее, наверно, надо делать два поворота под прямым углом, но тогда и два шва будет. А так я получил один — меньше герметизировать.
Пришлось повозиться, изведя некоторое количество материала, пока нашёл оптимальный угол соединений. Теперь короткая трубка отходила от длинной под сорок пять градусов.
Да, вперёд, вернее — вниз торчит довольно острый угол, но если его уменьшить, то станет совсем неудобно держать трубку во рту. И так-то получилось не комфортно.
При увеличении угла, наоборот, весь узел сильно выдаётся вперёд и увеличивает сопротивление в воде, если понадобится плыть с трубкой, а не только болтаться по поверхности, высматривая добычу.
И, к тому же — чем длиннее трубка, тем больше мёртвое пространство. При выдохе часть, так сказать, «отработанного воздуха» будет оставаться в трубке, не обновляясь. Теоретически, удлиняя трубу, можно дойти до того, что объём её станет равен объёму лёгких, то есть «плохой воздух» — я усмехнулся, вспомнив своё собственное определение для Семиса, вообще не будет заменяться свежим…
Перед сном опробовал.
Ну что сказать? Без загубника удерживать толстую бамбуковую трубку губами было… не то, что не привычно. Я вспомнил детскую секцию плаванья, когда Катясемённа давала фронтальные самоделки, сделанные на трубогибе из обычной алюминиевой трубки, с налобным упором и резинкой. Там тоже ни о каких загубниках речи не шло — откуда бы их было взять! Так что дело не сказать, чтоб не привычное. Просто — не комфортно. Отвык.
  
Плюс, да, сопротивление, как только попробовал поработать даже не ластами — одними ногами, чуть не вырвало моё чудо-изделие изо рта.
Зато я дышал, опустив лицо в воду! То есть мог смотреть вниз и отдыхать!
Для охоты на больших глубинах трубка, скорее всего, будет бесполезна — всё равно с поверхности то, что твориться метрах на двадцати-тридцати не рассмотрю. А вот для лагуны — самое то! Там дно с поверхности чуть ли не на всех глубинах можно просмотреть.
* * *
Подъём устроил до рассвета. Ещё даже небо на востоке не начало светлеть, как я растолкал Каналоа.
— Подъём, боец!.. Где те канаты, что ты делал?
Помимо канатов захватили несколько кокосовых скорлупок, моток бечёвки, бамбуковые планочки. Тихонько переплыли к бамбуковой роще, для чего пришлось стаскивать лодку — вроде не далеко плыть, но Каналоа так плещется при этом, что наверно весь остров перебудит. И двинули при свете луны на бывшую плантацию.
Никаких «сторожей» и «постовых» я не заметил. Впрочем, понятно — местные по ночам в лес не суются. Даже те, кто в нём живут. Ибо ссыкотно — духи там всякие лесные, демоны и прочая хтонь.
От поваленных гевей ниже пришлось спускаться по верёвкам, склон там уже довольно крутой. Нога поскользнётся — и как раз до моей базы докувыркаешься, если, где в густой растительности не застрянешь.
Надрезы на новых гевеях делали со стороны океана — так их не должно быть видно из джунглей. Кокосовые «чашки» для сбора латекса постарались тоже приладить так, чтоб со стороны ничего не вызывало подозрения. А чтоб увидеть, что плантация вновь работает — придётся спускаться ниже, что без тех же верёвок дело весьма экстремальное.
Под конец верёвки, по которым спускались от бывшей «плантации» стянули к себе, и привязали к гевеям уже накрепко, чтоб обеспечить себе доступ снизу, сразу с базы, минуя все эти заплывы к бамбуку, потом серпантиня вверх по менее крутому, чем здесь склону…
А утром, как рассвело, я вновь устроил тренировку совместно с Каналоа. Сегодня он уже не сетовал на судьбину и не роптал, дескать: а ему-то зачем? Но ровно до того момента, как я после круговой объявил ему, что с сегодняшнего дня он, под моим чутким руководством начинает изучать нырялку.
— Зачем это, Скат? Я не человек глубин!
— Я тоже, — скривился я.
— Ты, другое дело. Ты… — и задумался.
— А ты? Не другое? — внимательно вгляделся в лицо бывшего воина я. — Ты ведь тоже, сейчас: ни человек войны, ни человек глубин… Ты даже не человек сетей, как я!
— Да и ты на человека сетей не очень-то похож, — усмехнувшись, отпарировал Каналоа, но потом скуксился. Видимо мои слова всё же зацепили.
— Мы оба с тобой изгои, Каналоа. Мы оба.
— Ты — нет, — словно отрезал парень.
Я вздохнул.
— Ладно, — махнул я рукой. — Давай пока оставим этот спор. Посмотри на дело с другой стороны. Ты меня сопровождаешь. Ты для меня, считай, обеспечивающий. И если что пойдёт не так… — я намеренно сделал паузу.
Парень не реагировал.
— Один раз ты меня спас, — продолжил я, — и я за это тебе благодарен. Очень!
— Я объяснял почему, — недовольно заметил Каналоа.
— Но в следующий раз ты и сам можешь остаться под водой, — я словно не заметил его реплики. — Чтоб спасать, Каналоа, надо уметь нырять самому. И не хуже, чем тот, кого ты спасать собрался!
— Если мы оба утонем, значит это наша судьба, — философски заметил бывший воин.
— Бл*дь! — взорвался я криком. — Даже думать не смей мне спихивать всё на судьбу! Неудачники и лентяи валят всё на судьбу, да на высшие силы! Сам, только сам! И виноват во всём сам, и, если чего добился — сам, понимаешь? Сам!
На лице Каналоа не дрогнул ни один мускул.
— Как скажешь, Скат, — пожал он плечами.
— А я скажу… Да иди ты нахер! — я махнул рукой. — Короче, я плавать, а ты…