"Фантастика 2025-4". Компиляция. Книги 1-26 (СИ)

А приземлившись, тут же поинтересовалась:
— Ну так я пойду готовиться? Надо в комнате прибраться, — она опять попыталась придать своей продувной мордахе смущённый вид, и опять получилось чёрти что, — ну и инструменты подготовить, ботфорты начистить до блеска…
— Ты его решила по жесткому? Чтобы бедняга понял, что у него теперь хозяйка одна? — ехидно спросила Ня.
— Вот, подруга, ты меня с полуслова понимаешь, — улыбнулась Зара.
— Да, встрял пацан, — подумал я, — интересно, а анальные кары за непослушание, с применением дилдо и прочего хитрого реквизита у Зары предусмотрены?
И уже вслух продублировал ранее сказанное, а то, кто его знает, Зара у нас натура творческая, эмоциональная и увлекающаяся:
— Помни, он должен остаться живым, и, вдобавок к этому, не потерять дар речи, — я строго посмотрел на хихикающих девчонок, — так что, сильно не увлекайся.
— Слушаюсь! — Зара опять приняла стойку «смирно», как она её понимает, грудь колесом, в общем…
— Ладно, иди готовься, — я потянулся за коньяком. Душа требовала незамедлительно принять грамм пятьдесят, — если что надо будет, то обращайся, и да, как ты с ним уединишься, помни, если что — мы на связи.
— Подслушивать и подглядывать будете? — хихикнула чертовка.
Я так понял, что ей это было глубоко параллельно. Главное, чтобы под руку с дурацкими советами не лезли и не отвлекали по пустякам.
— Надо держать руку на пульсе и контролировать ситуацию! — назидательно произнёс я.
На этом мы до вечера и расстались.
  
Глава 26
 
Кульминация приближается
 
После того, как Елизавета покинула его, Найджел тут же юркнул за неприметную дверь, притаившуюся около санузла. В этой тесной и тёмной комнатушке, где был свален всякий хлам, он и решил некоторое время пересидеть, привести в порядок нервы и обдумать создавшееся положение.
Наверное, это было что-то типа кладовки технического персонала. По крайней мере, в углу стояли ручные пылесосы, рядом на полу пристроилось несколько роботов-уборщиков по-массивнее, повсюду громоздились горы каких-то железяк, тряпки, вёдра, канистры и бог весть что ещё.
Да, это было несомненно логово местных блюстителей чистоты.
Облегченно отметив, что теперь его никто не видит, он посвятил всё своё внимание наблюдениям за нормализацией кровяного давления в некоторых своих органах.
Увидев, что всё постепенно приходит в норму, и штаны уже не оттопыриваются так бескомпромиссно и недвусмысленно, как оттопыривались всего пять минут назад, он облегчённо вздохнул.
Теперь можно было и спокойно подумать. Найджела несколько испугало то, что ему так быстро и качественно снесло крышу. Причём, обе предыдущих встречи прошли совершенно нормально.
— А что поменялось с прошлого раза? — спросил он сам себя и сам же себе ответил:
— Афродизиаки! — Найджел едва удержался от того, что бы хлопнуть себя по лбу, — видимо, в пульверизаторе содержался раствор, где по каким-то причинам концентрация рабочего вещества оказалась намного выше нормы, — здраво предположил он, — и это не есть хорошо, поскольку сейчас под рукой нет ничего, чем имеющиеся вещества можно было бы заменить.
— Но… Что тогда делать? — он начал обдумывать создавшуюся ситуацию, — без афродизиаков будет грустно. Девчонку то вещества тоже здорово нахлобучили. Вела она себя не на много скромнее профессиональных жриц любви, следует отметить, — он похотливо ухмыльнулся этому своему наблюдению.
— Даже в гости пригласила, — этот момент Найджела особенно обрадовал, — а если в гости, то это значит… То это значит, что ответ на вопрос «Где?» получен. И ответ этот положителен! Проблема снимается!
— Как там говорят эти русские? «Клин клином вышибают?» — Найджел поёрзал на горе мягких тряпок, куда он успел взгромоздиться, — у меня же есть с собой набор коктейлей, и там был неплохой нейтрализатор феромонов. Тогда перед встречей надо будет вколоть себе дозу, и тогда он сможет делать с этой девахой всё, что ему угодно… А у неё то крыша наверняка съедет. И съедет, судя по всему, качественно, — Найджел с опаской глянул на свои брюки.
  
Всё, вроде, было спокойно, а то, когда он сейчас опять подумал про эту девчонку, накатила знакомая волна эйфории и внизу живота опять начало пульсировать жаркое пламя вожделения…
— Да, и меня зацепило от души, — подумал агент, — забористый какой одеколончик-то, хе-хе, мне достался.
Найджел ещё минут двадцать посидел на мягком в приятном полумраке, предаваясь мечтам об упругом девичьем теле и сногсшибательном богатстве. Это богатство непременно золотым дождём прольётся на него, если он сломит волю этой девицы и полностью подомнёт её под себя, как в прямом, так и в переносном смысле.
— Но, пора и честь знать, — эта мысль расстроила его, но деваться было некуда, — надо идти работать…
Как любит шутить его новый непосредственный начальник, сержант Григорян: «Работайте, дневное светило ещё высоко, а как сядет, так освещение включим»… Юмор, конечно, так себе. Низкопробный юмор, если честно. Но, господин сержант на иной и не способен, да ему и по занимаемой должности иного не положено…
Найджел совершил над собой волевое усилие и таки встал на пол. Придирчиво оглядел свою форму, отряхнулся, и деловой походкой двинулся по направлению к рабочему месту, приговаривая про себя, что дневное светило ещё высоко…
— Так, что скажешь? — я подошёл к Ня, которая добросовестно таращилась в монитор, изредка беспокойно подёргивая пушистыми ушками.
А на мониторе можно было различить сидящего в полумраке на горе каких-то тряпок не первой свежести нашего Васисуалия Лоханкина, засланного казачка и полового гиганта по совместительству.
— Судя по всему, он пытается прийти в себя, — прокомментировала Ня картинку, не отрываясь от монитора, — похоже, встреча с Зарой оставила у него неизгладимое впечатление, — пояснила она и зашлась кашляющим смехом
— Как думаешь, он ничего не заподозрил? — поинтересовался я.
— Думаю, всё нормально. Да ты сам, Андр, посмотри — лыбится, как майская параша…
— Господи, и где же вы эти речевые обороты находите? — я не уставал поражаться тому, как мои девчонки перенимают все лингвистические извращения, культивируемые в наших гвардейских казармах.
Я не удивлюсь, если мне кто-нибудь когда-нибудь расскажет, что они ещё на своих девичьих посиделках устраивают соревнования по сквернословию. Уж очень обогатился их лексикон за последнее время…
— Ну как, где… — задумчиво муркнула Ня, — повсюду… Повсюду, где присутствуют наши бравые гвардейцы.
— Так я и думал… — пробормотал я, — но, ладно, чистота вашей речи, конечно оставляет желать лучшего, то это далеко не самая насущная проблема…
— Ну, больших проблем я не вижу, — возразила Ня, — хотя снижать бдительность, наверное, не стоит…
— Истину глаголешь, — согласился я, — ладно, пойду я дальше, а ты следи за этим субчиком, всё подмечай, что он там себе по карманам распихивает, что за колёса глотает…
— Колёса же большие, как их можно глотать? — озадачилась Ня.
— Ты не знаешь иных значений слова «колесо», кроме буквального? — удивился я, — и что, ни один гвардеец не взял на себя труд просветить вас на этот счёт?
— Ну, я правда не знаю, — смутилась наша кошечка.
— Колёса, это жаргонное слово, обозначающее таблетки, поняла?
— Ага, — расцвела Ня, — я всё поняла. То есть надо следить и за тем, что за препараты он может принимать?
— Ну, что именно он принимает, ты вряд ли поймёшь, — я немного задумался, — но сам факт приёма таблеток ты зафиксировать сможешь. Так что, на всякий случай это тоже отмечай.
— Будет сделано, — дисциплинированно отозвалась икати.
— Ну и славненько, — я закруглил разговор и двинулся по делам.
Зара не бездельничала. Нет. Она деятельно готовилась к вечернему мероприятию, в процессе которого собиралась совместить приятное с полезным, то есть получить долгожданное сексуальное удовлетворение, и заодно обезвредить этого засланца, покусившегося на сестру сюзерена.