"Фантастика 2025-4". Компиляция. Книги 1-26 (СИ)

Снедаемый вполне объяснимым нетерпением, главарь торопливо развязал тесемки добротного кожаного кошеля, после чего его взору предстало то, во что было трудно поверить, — внутри находилась не жалкая медь и даже не серебро, а полновесное золото.
Это была удача. Нежданная и невиданная доселе удача. В руках у грабителей, не хватавших до нынешнего момента звезд с неба, вдруг оказалось целое состояние. Даже с учетом того, что придется разделить его на двенадцать частей, каждый получал достаточно приличную сумму, чтобы завязать с ночным приработком навсегда.
— Наверное, у вас два кошелька? Или я ошибаюсь? — Человеку казалось, что он говорит как обычно, но на самом деле его искаженный до неузнаваемости голос прерывался от волнения.
Его товарищи даже не догадывались, на какое сокровище только что нарвались, потому что никто из них не мог представить, что можно вот так запросто, путешествуя налегке и без охраны, носить при себе кошелек, туго, под самую завязку набитый золотом.
Второй странник повторил маневр своего товарища — молча опустил руку в карман и, достав точно такой же кошель, кинул его главарю.
Теперь в руках у человека, до этого момента никогда не видевшего одновременно столько золота, было уже не одно, а целых два состояния.
— Что там? — спросил находившийся ближе всех к предводителю всадник.
— Золото, — последовал краткий ответ.
— Наш Финкс перепил, — засмеялся один из налетчиков, — если в этих кошельках золото, то все мы богаты, как...
Он не успел закончить предложение по той простой причине, что слова застряли в его горле, — Финкс высыпал несколько желтых монет из первого кошелька себе на ладонь.
Смех моментально стих, и стало удивительно тихо. Пораженные до глубины души люди оцепенели, скованные одурманивающей магией золота.
Если бы не переминающиеся с ноги на ногу кони, можно было подумать, что это не всадники, а каменные изваяния — статуи, высеченные из гранита рукой гениального скульптора.
В эти мгновения в голове каждого из грабителей проносился такой стремительный рой мыслей, связанных с грядущими переменами в жизни, что некоторое время никто не мог не только пошевелиться, но даже вымолвить слово.
— Вы получили то, что хотели, теперь мы можем идти? — В голосе только что ограбленного человека не было ничего, кроме усталой скуки.
Создавалось такое впечатление, что для него не составляло труда легко и красиво расстаться и с более крупной суммой, не говоря уже о каких-то двух кошельках.
Денег никогда не бывает много...
Финкс часто слышал эту фразу, но никогда в полной мере не осознавал ее смысл, потому что у него никогда не было много денег. И вот сейчас, держа в руках огромную сумму, он наконец понял, что значит это выражение — сколько бы денег у тебя ни было, всегда отчаянно хочется больше. Предательская стрела золотой лихорадки пробила в его сердце огромную дыру, одновременно замутив разум плотным туманом.
— Нет, не можете! — хрипло ответил он. — Нам нужно все, что у вас есть. Раздевайтесь.
«Они могли отдать золото, для того чтобы спасти драгоценности: либо брильянты, либо что-то еще...» — от этой мысли у обычно уравновешенного Финкса закружилась голова, и те две жалкие кучки золота, владельцем которых стала его банда, неожиданно показались не такой уж и большой суммой.
— Раздевайтесь — и отдайте нам все! — все так же хрипло повторил он.
И видя, что двое странников не спешат выполнить приказ, угрожающе взмахнул мечом.
— Если бы на месте этих людей были дроу или имуры, — Этан мысленно обратился к Мелиусу, — то, взяв наше золото, они бы мило раскланялись и убрались восвояси. Орки вообще бы не стали разговаривать, сразу же перерезав нам глотки. Это было бы грубо, но честно. Гоблины навалились бы всей толпой и тоже просто убили бы нас. И только люди сначала пообещают честную сделку, потом нарушат ее, переиграв по своему, а затем, когда получат абсолютно все, что им надо, убьют из элементарного страха — попытавшись замести следы, или, как говорят моряки — обрубить концы. Можно было бы сразу же уничтожить мерзавцев, не тратя время на лишние разговоры, но дюжина мертвых разбойников — достаточно серьезное событие, молва о котором мгновенно разнесется по всей округе. А это может натолкнуть ищеек Хаоса на мысль о том, что мы находимся где-то поблизости.
  
Мелиус внимательно слушал своего господина, одновременно фиксируя все происходящее вокруг.
— Но если огласки все равно не избежать, то хотя бы попытаемся извлечь из нее максимальную выгоду.
Файт не только был фанатично предан мятежному сыну Хаоса, но и никогда не сомневался в мудрости своего господина. Он лишь в очередной раз про себя восхитился гением хозяина, умеющего извлечь выгоду даже из самой невыгодной ситуации.
— Раздевайтесь! — в последний раз повторил Финкс, чье сознание уже полностью растворилось в бурном круговороте расплавленного золота, крови, страха, вожделения и еще какого-то неведомого доселе чувства, описать которое словами не представлялось возможности.
Надменные богачи не слушают его, поэтому прямо сейчас он изрубит безумцев на мелкие части и вытряхнет из них все бриллианты, где бы они ни находились — пускай даже в кишках!
Эта сумбурная мысль шлейфом падающей звезды озарила сознание человека, ослепленного призрачно-неверным сиянием золота.
А в следующий момент все утонуло в беспросветном мраке, чью сгустившуюся тьму не смог пробить даже блеск практически всесильного металла.
Тот, кто стоял пред ним и всего секунду назад казался обычным смертным, неожиданно увеличился в размерах, став белой фигурой, левая сторона которой выглядела как статуя, а правая являлась половиной человеческого тела. (Мелиусу понравился образ светлого божества, которое убедило Левсета, что перед ним высшее существо, поэтому он воспользовался им еще раз.).
Белая мраморная рука потянулась к человеку, посмевшему обнажить оружие против самих небес, и, положив каменную ладонь на голову, слегка сжала пальцы.
Обезображенное тело Финкса рухнуло к ногам испуганной лошади, которая шарахнулась в сторону, после чего, объятая ужасом, не разбирая дороги, понеслась подальше от этого страшного места.
Оставшиеся одиннадцать всадников хотели было последовать ее примеру, но гипнотизирующе-властный голос полустатуи-получеловека буквально пригвоздил их к месту.
— Время лордов Хаоса истекает. — Эти простые слова были наполнены еще более зловещим смыслом, чем только что совершенное убийство. — Им на смену придут новые, справедливые боги. Те, что навсегда сотрут из человеческой памяти воспоминания о прежних владыках. Они будут строгими и справедливыми. Одарят послушных милостью, — мраморная рука жестом землепашца, сеющего зерно, раскинула полукругом горсть золотых монет, — и уничтожат непокорных.
Каменная нога статуи презрительно пнула распластанное на земле тело, так что оно отлетело на несколько метров.
— Искоренят темные расы, принеся мир и благоденствие Альянсу, и приведут человечество в новую эру. Эру процветания и радости, любви и мира, покоя и благополучия — всего того, без чего невозможна нормальная жизнь.
Одиннадцать грабителей потрясений молчали. Только что на их глазах разыгралась кровавая драма, о которой нельзя было даже подумать без содрогания, и вдруг все резко изменилось — они стали очевидцами чуда, которое вытеснило из их разума воспоминание об убийстве.
— Возьмите деньги — и расскажите всем, что вы видели. — Огромная фигура уменьшилась в размерах так же стремительно, как и выросла, вновь став обычным, ничем не примечательным путником.
Двое людей практически одновременно сделали шаг вперед, намереваясь продолжить свой путь, — и кольцо всадников расступилось.
Фигуры загадочных странников уже давно скрылись из вида, а оставшиеся грабители все так же стояли на месте, сдерживая нетерпеливо прядущих ушами коней, которых пугало присутствие мертвого тела, лежащего неподалеку.