Цветочек. Маска треснула. Том 2 (СИ)

– А, вспомнил! – Исхедиар радостно вскинул брови. – Девственник.
Зарычав, Вилена схватила камень и швырнула в духа. Ожидаемо не попала. Смеясь, Исхедиар увернулся, заворачиваясь в чёрные полосы лент.
– Не сгорит твой цветочек.
– Топить таких друзей нужно! – крикнула Вилена исчезающему духу.
– Не злись, милая, – пропел Исхедиар. – Пойду к детишкам. До встречи.
– Катись уже! Божечки, господин, что ж вы такой нежный?
Некоторое время все в молчании созерцали рухнувшего и погасшего дракона. Ящер не шевелился и подниматься не собирался.
– Скопытился, – с досадой процедил Шерр.
– Магия закончилась, – протянул более опытный Милаш. – Похоже, закольцовку на сохранение плохую сделали, и, пока он лежал, она почти вся вытекла.
– Хоть в чём-то повезло, – выдохнула Дейна и растерянно осмотрелась, сообразив, что ещё полминуты назад рвалась из хватки Оршоша и Шема. – С ума сойти… Я эту ночь в здравом уме не переживу.
– Да ты ещё и сама масла в огонь подливаешь! – зашипел Оршош. – Чего смотришь? Наагалей сейчас наворотит проблем, а как они будут решаться, я даже думать не хочу.
Дейна пристально посмотрела на нага, осознав, что тот до сих пор считает игру в жениха и невесту игрой. Это ж что наагалей делал, что теперь его окружение верить не может в его серьёзность?
Сомнения шевельнулись и в её душе.
– Не прижимайся к ней.
Вздрогнув, Дейна уставилась на наагалея, который холодно смотрел на Оршоша. Охранник послушно отстранился.
– Поговорим в другом месте, – Ссадаши обвёл родственников Дейны недовольным взглядом. – Дейна уходит со мной.
– Тогда и я с тобой уйду, – улыбнулся Варон.
– О, это выход, – одобрил Милаш. – Тогда ты, Варон, идёшь с Дейной и господином Ссадаши. Шерр, пойдёшь с отцом. А мы с Донией полетим.
Расклад Ссадаши не устроил. Но связать одного дядюшку и ненадолго забыть его в кустах проще, чем разбираться со всем семейством.
– Дядя, – как-то напряжённо позвал Шерр, пялясь в сторону отца.
– Чего?
Парень молча кивнул, и Ссадаши тоже обернулся, увидев, как раздулись ноздри виконта.
Сперва он решил, что завихрения воздуха рядом с графом Рианом ему почудились. Пахнуло пеплом, ещё сильнее потянуло горечью пожара. Ветер швырнул в лица серую труху, и из черноты ночи вышла высокая тёмная фигура, вся опутанная пепельными лентами развевающихся полос.
В памяти Ссадаши вихрем взметнулось туманное воспоминание когда-то приснившегося кошмара.
Спина Дейны. 
Бьющий в глаза огонь. Боль, разрывающая голову. 
И тени, расползающиеся серыми лентами вокруг Дейны. 
– Но если ты не возьмёшь свой дух в узду, я убью тебя и освобожу твой дух из плотской клетки, которая сводит его с ума. 
Серые полосы распались, и будто из кокона наружу вышагнул улыбающийся мужчина.
– Какое душевное смятение ты себе выбрала, Дейна, – низкий, смутно знакомый голос влился в уши, и Ссадаши ощутил, как внутри что-то обрывается.
– Дух… – едва выдохнул Шем, уже имевший неудачу как-то раз столкнуться с бессмертным.
– Господин, – Шширар, не сводящий напряжённого взгляда с нового действующего лица, склонился к уху наагалея, – я тут неожиданно вспомнил, где всё-таки видел мага-печатника.
– Вовремя, – мрачно протянул Ссадаши.
– Пчхи! – настоятель храма Богини-Матери на Заречной едва не выронил лампаду.
Удержать удержал, но всю рясу забрызгал маслом. Младший жрец боязливо втянул голову плечи, опасаясь, что влетит ему.
– Вот же… Чего в городе так колокол гудит? – настоятель досадливо прислушался. – Сбегай узнай.
– Слушаюсь, – помощник бросился выполнять поручение, спеша убраться подальше от раздражённого главы.
  
Глава XXXVII. О вреде недосказанности и тайн
 
Что-то шепнув Шширару, Ссадаши развернулся к духу. Помощник же отполз к Дейне, а затем и вовсе тихонечко скрылся в темноте, пользуясь тем, что все смотрят на бессмертного.
Ссадаши отметил, что родственники Дейны встретили появление бессмертного с досадой и беспокойством. Только отец Дейны сохранил внешнюю невозмутимость, а вот стоящий рядом с ним высокий молодой мужчина напрягся сильнее прежнего. Остальные сопровождающие графа были изумлены не меньше нагов. Обернувшись и посмотрев на Дейну, Ссадаши столкнулся с её обеспокоенным взглядом. Женщина нервничала, сглатывала и отирала вспотевшие ладони о мокрые и грязные штаны.
 
– Что ты здесь забыл? – госпожа Дония бесстрашно набросилась на духа.
– Я тоже хочу посмотреть, – тот посмотрел на неё почти обиженно. – И познакомиться.
Виконт Милаш прищурился и взглянул на духа так, что в воздухе явственно прозвучало несказанное «Мы же договаривались».
Больше всего разволновался Шерр. Он бросал на духа обеспокоенные вопрошающие взгляды и, похоже, хотел что-то спросить, но сдерживался.
– В дальнейшем мы часто будем видеться с этим юным мужчиной, – Исхедиар улыбнулся Ссадаши.
Давно его не называли юным.
– Ведь он хочет забрать себе дитя рода Фанлекс…
– Аррекс, – коротко и сухо поправил граф Риан.
– …а я покровитель семьи.
– Дейна, можно было и поделиться, – Ссадаши с ласковым укором взглянул на перепуганную возлюбленную.
Увидев улыбку на устах наагалея и его общее доброжелательное настроение, женщина испугалась ещё больше. Пусть их знакомство с нагом было не таким уж и длительным, но и этого времени хватило, чтобы запомнить: господин Ссадаши не бывает добрым просто так, особенно если ещё минуту назад был по-настоящему зол.
– Дейна, а я ведь говорил, что ты его любишь.
– Тогда ещё не любила, – смутилась и огрызнулась женщина.
– Но я сразу понял, что полюбишь. Я видел смуту в твоей душе.
У Ссадаши холодок прошёлся по спине. В ушах вновь зазвучали ужасные слова.
Но если ты не возьмёшь свой дух в узду, я убью тебя и освобожу твой дух из плотской клетки, которая сводит его с ума. 
Духи для смертных – создания непонятные и непредсказуемые. Они могут улыбаться и выглядеть очень дружелюбно, а потом так же дружелюбно растерзать и проклясть потомков растерзанного на два десятка поколений вперёд. Они не умели выражать эмоции привычным для смертных образом. Они путали улыбку с гримасой злости, любовь с яростью. Глаза их не отражали истинных чувств, поступки отличались порой крайней сумасбродностью и странностью. Ссадаши за всю жизнь сталкивался с духами один раз, когда ему было лет двести. Тогда он сопровождал Тейсдариласу в путешествии на юг Шаашидаша, и они забрели на ночь в болотные пещеры. Когда они уснули, парочка шаловливых духов решила развлечься за их счёт, но с воплями «Он здесь!» сгинула, стоило наагашейдисе открыть рот и позвать Ссадаши. Он тогда шутил, что голос повелительницы столь страшен, что наводит ужас на бессмертных.
Дейна не была рада появлению покровителя семьи. Она выглядела встревоженной. Говоря, что видит смуту в её душе, бессмертный имеет в виду, что она не смогла взять свои чувства под контроль, не смогла удержать «дух в узде»? Он не хотел, чтобы она влюблялась? Может… Ссадаши улыбнулся ещё шире. Может, Дейна предназначалась в качестве жертвы? Должен же дух получить что-то за своё покровительство. Мысли разворачивались стремительно, выдирая из памяти крохи информации о семействе Фанлекс. Дейна и её брат в младенчестве сильно болели, ходил слух, что она умирала. Могли ли родственники заключить с духом сделку, чтобы тот спас ребёнка? Если бессмертный дал ей жизнь, он может посчитать, что вправе забрать её.
Сталкивался с духами Ссадаши один раз, но после того случая он изучил множество историй о них. Напрямую они убивали очень редко. Чаще вредили смертным через смертных же либо наказывали за нарушение соглашений. Если бессмертный помог Дейне выжить, то он в наказание за нарушение может забрать свой дар. Что он ей дал? Какое соглашение было? Дейну убивала смешанная кровь, но потом влияние крови ослабло и она выросла крепкой и сильной девушкой. Сейчас же на глазах Ссадаши её кровь начинала проявляться. Как предупреждение, что она ходит по краю, нарушает?