Одна звезда на двоих (СИ)

Ворон несколько секунд молча изучал выкладки Кирианa, его густые брови сошлись на переносице. Техники вокруг тоже с любопытством смотрели на экран планшета.
– Хм… Нестандартно, – наконец пробормотал старший инженер. – Но… чертовски логично выглядит. Ладно, кадет. Попробуй. Подключи свой алгоритм к основному диагностическому порту Скальда. Только осторожно! Одно неверное движение – и разнесешь тут все к праотцам!
  
Кириан почувствовал, как по спине пробежал холодок от волнения и ответственности. Он кивнул и, подойдя к стенду адара, осторожно подключил свой планшет. Пальцы летали над сенсорной панелью, запуская сложный алгоритм. На главном экране технического центра замелькали новые графики. Несколько напряженных минут тишины… И вот! Система выделила едва заметное искажение в одном из вторичных контуров энергоснабжения, которое стандартные тесты просто игнорировали.
– Есть! Нашел! – выдохнул Кириан.
Ворон подошел ближе, вглядываясь в данные. Его хмурое лицо на мгновение разгладилось.
– Ладно, кадет, – он почти неохотно хлопнул Кирианa по плечу. – Голова у тебя действительно варит… Не зря тебя полковник Рейтор сюда притащила. Займись этим контуром. И отчет мне на стол через час.
Особенно тесная, почти неформальная связь у Кирианa неожиданно установилась с Агилисом. Работая с его логами после последнего боя, пытаясь расшифровать те неуловимые аномальные сигнатуры, которые они засекли с Шияром, Кириан все чаще обращался к системам машины напрямую, ментально, используя планшет лишь как вспомогательный инструмент для визуализации сложных потоков данных.
–Агилис, поясни структуру вот этого пакета данных, – мысленно запросил Кириан, фокусируясь на нужном сегменте лога. –Стандартные протоколы Ополчения тут не подходят. 
Ответ бортовой системы адара пришел почти мгновенно, четкий и бесстрастный, прозвучав эхом в его сознании:
–Анализ завершен. Стандартная сигнатура Ополчения не выявлена, кадет Старг. Структура указанного пакета данных схожа с протоколами шифрования, используемыми сетью «Контроль», согласно загруженной базе данных полковника Дидакиса. Вектор отправки пакета не идентифицирован. 
–Было что-то… необычное непосредственно перед той атакой из засады?– снова мысленно спросил юноша. –Какое-то внешнее воздействие на системы? Аномалии? 
–Анализ сенсорных логов за указанный период завершен,– так же ровно ответил Агилис. –Внешние аномалии не зафиксированы. Стандартные фоновые помехи сектора в пределах допустимой нормы. Обнаружен всплеск биометрии Пилота Рейтор за 0.7 секунды до визуального контакта с противником. Причина всплеска не установлена. 
–Интуиция пилота… сработала раньше сенсоров, – задумчиво подумал Кириан, глядя на графики на своем планшете. Эта связь пилота и его адара определенно была чем-то большим, чем просто технологией. Он снова мысленно сфокусировался на данных, пытаясь уловить малейшие нюансы в работе систем Агилиса в тот критический момент боя.
И вдруг, сквозь сухие строки кодов и безэмоциональные отчеты сенсоров, он почувствовал это. Не мысль, не образ, а скорее… мимолетное, почти неосознанное эхо чужого чувства. Острая, ледяная вспышка тревоги, тут же сменившаяся холодной, собранной яростью. Это длилось лишь долю секунды, но Кириан безошибочно узнал бы эту энергию где угодно. Шайлар. Это было ее состояние в тот момент, за мгновение до атаки. Ее предчувствие опасности, ее мгновенная реакция, отпечатавшаяся в самой матрице Агилиса.
Кириан резко отстранился от ментального контакта, чувствуя, как по спине пробежали мурашки. Адар не просто отражал пилота – он впитывал, запоминал, хранил в себе отголоски ее души. Осознание этой глубины их связи одновременно пугало и восхищало юношу до глубины души. Он посмотрел на молчаливый, темный силуэт Агилиса в ангаре с новым, почти благоговейным трепетом. Теперь Кириан понимал – работая с этой машиной, он прикасался к чему-то гораздо большему, чем просто металл и провода. Он прикасался к частичке ее самой.
Вечера и те короткие часы отдыха, которые удавалось выкроить в плотном графике службы и практики, Кириан почти всегда проводил с Шайлар. Их совместная жизнь в ее небольшой капитанской каюте стала их собственным маленьким, хрупким, но таким важным миром посреди огромного, гудящего жизнью военного корабля. Утренний кофе, который они теперь часто пили прямо в постели, сидя рядом и закутавшись в одно легкое термоодеяло. Тихие поздние ужины, заказанные из офицерской столовой, когда она возвращалась с мостика после изнурительной вахты. Долгие, бесконечные разговоры обо всем на свете – о его учебе и проекте, о ее службе (вернее, о том немногом и несекретном, о чем она могла и хотела рассказывать), о старых бумажных книгах из ее коллекции, которые они теперь читали вместе, о невероятных звездах и туманностях, которые она видела в дальних, неизведанных секторах Галактики, о его собственных мечтах когда-нибудь создать идеальную систему связи между пилотом Адара и его личным техником.
Кир видел ее разной в эти недели – смертельно уставшей после многочасовой вахты или сложного тренировочного вылета; раздраженной на очередную бюрократическую глупость штаба флота; предельно сосредоточенной над тактическими картами перед следующим заданием; и – той другой Шайлар, нежной, страстной, иногда почти беззащитной и уязвимой, которая открывалась ему только здесь, в тишине и безопасности ее каюты.
Иногда Кириан работал непосредственно с Агилисом в ангаре, подключая свой диагностический планшет к его системам под бдительным надзором техников Ворона.
–Агилис,– мысленно обратился он к адару, сверяясь с данными на планшете, –отчет по энергопотреблению левого маневрового двигателя за последние семьдесят два часа. Сравни показатели с базовыми значениями до моей последней калибровки. 
Ответ системы Агилиса пришел почти сразу, отображаясь данными на планшете и прозвучав в его сознании:
–Отчет сформирован. Отклонение: минус ноль целых тридцать четыре сотых процента. Параметры в пределах нормы после калибровки системы питания, проведенной кадетом Старгом. 
–Хм, система даже отследила, кто проводил калибровку?– удивленно подумал Кириан.
Ментальный ответ последовал незамедлительно:
–Протокол взаимодействия с внешними интерфейсами активен. Пользовательские модификации калибровок фиксируются и анализируются на предмет эффективности согласно заданным алгоритмам. Анализ эффективности последней калибровки: Положительный. Стиль внесенных изменений по классификатору: Педантичный. 
Кириан невольно усмехнулся про себя. “Педантичный”... Определенно, Агилис подхватил это от Шайлар, раз его система научилась давать такие характеристики его работе. Кир чувствовал растущую, странную, почти дружескую связь с этой невероятной машиной, словно через это прямое ментальное общение он прикасался к частичке самой Шайлар.
Однажды, где-то через недели полторы после прибытия Кирианa, когда он как раз заканчивал очередной сеанс диагностики Агилиса в ангаре, на его личный комм пришел вызов от Шайлар.
– Кадет Старг, прибыть на мостик. Немедленно.
Ее голос в комме был ровным, командирским, но сердце кадета все равно подпрыгнуло от предвкушения. Он быстро привел себя в порядок и направился в самое сердце корабля – на командный мостик «Неустрашимого».
Кириан вошел в огромное, тускло освещенное помещение с чувством почти благоговейного трепета. Панорамный обзорный экран во всю переднюю стену показывал бездонную черноту космоса, усыпанную мириадами холодных, далеких звезд. Десятки офицеров флота сосредоточенно работали за своими консолями, их лица были освещены лишь зеленоватым светом мониторов. В воздухе висел тихий гул систем корабля, смешанный с приглушенными докладами по внутренней связи.
  
Шайлар стояла в центре мостика, на небольшом капитанском возвышении, рядом с вахтенным офицером – высокая, подтянутая, излучающая абсолютную уверенность. Полковник не обернулась на его появление, полностью поглощенная управлением крейсером, но коротко кивнула Киру, жестом указывая на свободное место наблюдателя чуть позади.