Одна звезда на двоих (СИ)

– Значит, защита проекта прошла успешно? – Шайлар внимательно смотрела на Кирианa, пока он рассказывал об экзаменах. – Инженер Ворк не слишком тебя мучил своими каверзными вопросами?
– Прошла блестяще, полковник! Высший балл! – с гордостью ответил Кириан. – Ворк даже почти улыбнулся, когда принимал отчет. Твои данные с Агилиса очень помогли откалибровать алгоритм анализа. И знаешь, я там заметил кое-что интересное…
  
– Что именно? – Шайлар подалась вперед, ее интерес был неподдельным.
– Очень слабые, почти фоновые флуктуации в нейропотоке во время пиковых боевых нагрузок, – пояснил Кириан, быстро вызывая на своем планшете одну из диаграмм. – Стандартные системы корабельной диагностики их просто игнорируют как шум. Но мой алгоритм их выделяет. И характер этих флуктуаций… он очень похож на те аномальные всплески, которые мы с Шияром нашли в логах того летнего симулятора, помнишь? Только на порядок слабее.
Шайлар внимательно изучила диаграмму, потом задумчиво отложила вилку.
– Флуктуации при пиковых нагрузках… Интересно… – проговорила она медленно. – Это весьма перекликается с некоторыми странными отчетами о необъяснимых сбоях нейроинтерфейса, которые поступали из других подразделений после особо интенсивных боев у Зариана. Похоже, наш враг или те предатели, которых ищет Лисар, действительно активно ищут или даже создают системные уязвимости в протоколах нейросвязи пилотов с Адарами. Твой проект по раннему обнаружению таких скрытых аномалий, Кир, может оказаться критически важным для всего Адар-корпуса. Не бросай эту работу, чего бы тебе это ни стоило.
– Я буду стараться изо всех сил, полковник, – искренне ответил юноша, чувствуя волну гордости от ее профессиональной оценки.
– Я знаю, что будешь, – Шайлар тепло улыбнулась. – Итак, каковы твои планы на эти полтора месяца практики, кадет Старг? Кроме… – она сделала короткую паузу, и в ее зеленых глазах снова блеснул знакомый лукавый огонек, – …кроме приятного во всех отношениях времяпрепровождения с твоим командиром?
– Планирую максимально эффективно использовать предоставленную возможность изучить работу легендарного Первого отряда изнутри, полковник. И, разумеется, оказать вам и вашему Агилису всю необходимую техническую помощь в анализе данных и настройке систем.
– Звучит похвально, – усмехнулась Шайлар. – Тогда слушай план действий на ближайшее время. Сегодня после обеда – краткая ознакомительная экскурсия по основным отсекам «Неустрашимого». Я лично познакомлю тебя с нашим бессменным начальником техслужбы, старшим инженером Морозовым – мы все зовем его Ворон; мужик он суровый, старой закалки, но абсолютный гений в своем деле, – и со старшиной главной ангарной палубы Резником. Они будут твоими непосредственными кураторами по технической части практики. Потом покажу твое официальное рабочее место – свободная консоль рядом с постом Ника в нашем аналитическом центре. Твоя основная задача на ближайшие недели – детальный анализ всех полетных логов Агилиса, Локи, Титана и Скальда за последние полгода боевых действий. Будешь искать любые аномалии, нестыковки в работе систем, сравнивать параметры с базой данных известных сигнатур противника и стандартных фоновых помех. Плюс, – добавила она, – проведешь со мной пару часов на мостике во время моей следующей командной вахты. Посмотришь изнутри, как работает командный центр тяжелого крейсера-носителя Адар-корпуса. Это будет полезно для общего развития будущего ведущего специалиста Первого Полка. Ну а вечером… вечером у нас запланирован неформальный ужин с моим «зверинцем». Готов к близкому знакомству с семьей?
– Готов ко всему, Шайлар, – улыбнулся Кириан в ответ. – Особенно к ужину в такой компании.
***
После обеда они покинули уютную каюту Шайлар. Полковник Рейтор снова была в своей строгой черной форме, собранная и по-военному четкая, но когда их руки случайно соприкоснулись в одном из узких переходов между палубами, Кириан почувствовал легкое, но вполне осознанное ответное пожатие ее пальцев.
Экскурсия по «Неустрашимому» началась. Кириан с нескрываемым любопытством и даже благоговением осматривался по сторонам. Коридоры боевого крейсера были шире и гораздо более функциональными, чем на сверкающих новизной учебных кораблях Академии. Тусклое аварийное освещение, низкий гул систем вентиляции и жизнеобеспечения, потертые металлические палубы со следами многочисленных ремонтов, плотные сети кабелей и массивных трубопроводов под низким потолком. Повсюду шла своя, невидимая постороннему глазу, но напряженная жизнь огромного боевого организма: торопливо пробегали мимо техники в темно-синих рабочих комбинезонах с ящиками инструментов, проходили группы офицеров, оживленно обсуждавших что-то над светящимися экранами планшетов, изредка попадались облаченные в тяжелую штурмовую броню бойцы ИОСН – десантные группы, приданные Первому Полку для спецопераций. Корабль жил своим особым, напряженным ритмом войны, даже находясь сейчас в относительно спокойном секторе патрулирования.
Сначала Шайлар провела Кирианa в самое сердце корабля – на просторный командный мостик. Огромный, слабо освещенный зал, одна стена которого представляла собой гигантский обзорный экран, показывающий сейчас бездонную черноту космоса с мириадами холодных, далеких звезд. Десятки рабочих консолей полукругом стояли перед экраном, за ними в глубоких креслах сидели сосредоточенные офицеры – навигаторы, связисты, операторы систем вооружения, тактики. Слух улавливал тихий гул работающей аппаратуры, слышались приглушенные команды и ответы, вспыхивали разноцветные индикаторы на экранах мониторов. Атмосфера абсолютной концентрации, слаженности и постоянной готовности. Шайлар коротко переговорила с вахтенным офицером мостика, представила Кирианa как «прикомандированного на время каникул кадета-техника для выполнения специального задания по анализу данных». Кириан молча наблюдал за их работой несколько минут, пораженный масштабом и невероятной сложностью управления таким огромным боевым кораблем.
Затем они на скоростном лифте спустились на несколько палуб ниже – в главные ангары крейсера. Огромные, гулкие, слабо освещенные пространства, где в специальных технических доках покоились они – адары легендарного Первого Полка. Вот могучий, приземистый, весь покрытый боевыми шрамами Титан Ника. Вот два стремительных, хищных штурмовых нитро – ярко-красный Локи и темно-серый Скальд. И еще несколько незнакомых Кирианy машин других звеньев полка. Вокруг адаров кипела работа: техники в промасленных комбинезонах копошились у открытых сервисных панелей гигантских роботов, желтые диагностические сканеры медленно ползали по их броне, в воздухе стоял густой запах горячего металла, машинного масла и озона. Шум здесь стоял невообразимый – лязг инструментов, шипение гидравлики, гул генераторов.
Здесь, посреди этого технического хаоса, Шайлар представила Кирианa старшине главной ангарной палубы Резнику – немолодому, кряжистому мужчине с обветренным лицом, цепким взглядом и мозолистыми руками, явно привыкшими к тяжелой физической работе. Резник молча, крепко пожал Кирианy руку, смерил юношу быстрым оценивающим взглядом с головы до ног и коротко кивнул Шайлар: «Будет работать как следует – будет порядок, полковник».
Из шумных ангаров они прошли в тихие и стерильно чистые технические мастерские и лаборатории. Здесь располагались новейшее диагностическое оборудование, испытательные стенды для отдельных узлов адаров, склады с редкими запчастями и компонентами. Кириан с нескрываемым интересом разглядывал висящие на стенах схемы и незнакомые инструменты. Здесь Шайлар Рейтор познакомила его со Старшим Инженером техслужбы крейсера Морозовым, которого, как она шепнула, все на корабле звали просто Ворон. Это оказался пожилой, немного сутулый мужчина с лицом, покрытым густой сетью морщин, и невероятно умными, проницательными глазами, которые, казалось, видели человека насквозь. Инженер Морозов долго, молча рассматривал Кирианa, потом хмыкнул себе под нос.