Грани II (СИ)
Марина обнаружилась сжавшейся в комочек на заднем ряду. Она с ужасом бросала короткие взгляды на окружавший нас лес.
- Идём, - я протянул руку.
- Боюсь их, - прошептала она. - Они живые неживые.
- Мы успеем.
Она схватила меня за руку, сжала с неожиданной силой и отпустила, выбираясь из салона. Айбас протянул мне ранец и закинул на спину свой. Автомат на подвес, крупнокалиберный револьвер в "быструю" кобуру на левом боку. Ещё раз ощупав пространство своим то ли седьмым, то ли восьмым чувством, я указал на проход между двумя морщинистыми стволами. Одно дерево росло почти зигзагом, второе причудливой пологой спиралью, как некоторые сосны.
- Они больше живые стали, - прошептала Марина, вцепляясь в запястье. Я поморщился. Хватка у неё была настолько не девичья, что меня и проняло и пробрало.
- Тогда айда.
Мы сделали несколько шагов. Кошмарный лес пропал, вокруг висело странное светящееся марево, только плотная полоска шириной метра три под ногами. Здесь ещё можно было задержаться и осмотреться, но меня больше беспокоило другое. Быстрые Тропы всегда берут плату, а какой она окажется, заранее не предскажешь. Облик у них тоже каждый раз иной. Сколько я ими пользовался, окружение ни разу не повторялось. Но таких "безликих" случаев на моей памяти не было. Попробуй угадай, это нормально или система Быстрых Троп разрушается вместе с Зоной? Айбас огляделся.
- Я тоже первый раз такое вижу. Не стоит тормозить.
И мы побежали. Марина первое время путалась в подоле длинного платья, потом решительно рванула ткань до середины бёдер и радовала мельканием стройных ножек. Я успевал замечать, как в мареве по обе стороны от нас то и дело клубятся размытые змееподобные силуэты. Они становились то плотнее, то жиже, но к тропе не приближались. Несколько раз очертания становились настолько отчётливыми, что можно было увидеть гибкие тела и голодные взгляды тёмных глаз с вертикальными зрачками. Этакие хищники междумирья. Я на бегу поинтересовался:
- Айбас.
- А?
- А ты кого видишь? Или что.
Татарин бросил взгляд вправо-влево, несколько десятков метров ничего не отвечал, потом сказал:
- Змеи. Жрать хотят.
Марина добавила:
- Они живые. Достать не могут. Злые.
Я промолчал. Чаще всего в одном переходе разные люди видели разное. Мы втроём видим одно и то же - это снова бесконечное разнообразие или признак чего-то нехорошего? Через пару минут под ногами пробежала ощутимая дрожь. Тени-змеи заметались как потревоженные рыбки в аквариуме, и это мне не понравилось.
- Живее, - прошипел Айбас. - Скоро будет обрыв.
- Свёртка?
- Она самая.
Тряска стала сильнее и чаще, явно нагоняя нас. Марево по бокам зарябило, змей рванулся поперёк Тропы, как будто воздух или то, что его здесь заменяет, был для него привычной средой обитания. В первом заходе он промахнулся, а потом толчок почти сбил нас с ног. Айбас запнулся, тварь вцепилась в ранец, всего на несколько сантиметров миновав шею. Выплясывая безумные фигуры, лишь бы не свалиться "наружу" - верная смерть - я выхватил нож и бросился догонять татарина. Змей упирался и тащил его. Лямки натянулись. Несколько ударов по стропам, ранец оторвался и улетел прочь вместе с темноглазой тварью. В тот же миг мы втроём кубарем выпали в сумерки.
Тропа оборвалась, не донеся нас до цели совсем немного. Вокруг нас был обычный лес, без жутей и желающих сожрать тебя деревьев. Что-то лиственное, уже облетевшее - на непривычно светлом звёздном небе чётко прорисовывались чёрные силуэты. Я вдохнул морозный воздух и расхохотался. Рядом заухал Айбас. Вот и плата. Наверное, наименьшая из возможных. Барахло фигня. Найдём, отыщем, отнимем. Потерять такого товарища было бы куда хуже.
- Ну чё, где мы? - вопросил он, даже не думая подниматься. Так же как и я, лежал и выдыхал облачками пара пережитое. Похоже, Быстрые Тропы распадаются, и выбираться отсюда надо будет каким-нибудь другим способом.
- Мы где надо? - поинтересовалась Марина, отряхивая с ног лесную труху, перемешанную со снегом. Платье по прежнему оставалось чистеньким. Кстати, снега нападало немного, и в воздухе не чувствуется настоящей зимней сухости.
- Кратко - да.
- Угу, в масштабах Вселенной всё рядом, - хмыкнул Айбас.
- Недолёт километров сто, плюс-минус. Так что правда рядом, - я встал, поправил ранец и автомат. - Хорош валяться, ты теперь налегке.
- И куда мы среди ночи попрёмся по лесу? Это тебе не по степи на джипе кататься.
Я покрутил головой. Так было легче настроиться "на нужную волну". Только сейчас я обратил внимание, что нос улавливает запах сырой гари. Это не печка и не баня, которые только-только начали кочегарить непросохшими дровами. Это сгоревшее жильё. Хотя ветра здесь почти не было, чутьё подсказало направление.
- Слышишь?
Айбас поднялся, отряхнулся и нацепил слетевшую шапку.
- Ага. Дня два-три, наверное. И снег только сегодня лёг.
- Верно.
- Вот туда и пойдём. С такими звёздами и без ночника на сук не напорешься. Валежник весь подобран, смотри. Значит, жильё недалеко. Осмотримся на местности, поймём, куда мы вообще попали.
Пока мы дошли до хутора, начало светать. Большое подворье было огорожено добротным забором, этаким штакетником с поправкой на доступные технологии - на некоторых жердях висели перевёрнутые горшки. Полыхало здесь знатно. Удивительно, как лес не занялся. А может, мокрый снег успел погасить. Чёрные брёвна, изъеденные огнём, провалились в перекошенный сруб. Всяким пристройкам тоже досталось. Из-под завала на месте главного дома слегка тянуло горелым мясом, но хозяйство производило впечатление покинутого. Не заброшенного, а такого, откуда уходили сознательно. Айбас тоже побродил по двору, поводил носом. А потом замер.
- Что углядел?
- Глянь, - он показал на подмёрзшую землю в шаге от себя.
- Ну, натоптано. Лошади туда-сюда ходили.
Айбас присел и показал на почти раздавленный след. И для наглядности наступил рядом. Сходство налицо.
- Такая подошва с таким хутором не вяжется.
- Похоже, Харальд был здесь на днях. И ушёл туда, - я махнул рукой куда-то в сторону. - На запад.
- И не один... - татарин внимательно, по шажку, изучил выезд и дорогу, проходившую мимо. - Оттуда, - он показал на север, вглубь леса, - приехали четверо. Зарулили во двор, и больше его не покинули. Думаю, это они там дотлевают, - кивнул он на почерневшие остатки дома. - А Харальд с кем-то ещё на их лошадях дёрнул дальше.
- Это ты как понял?
- Заехало четыре примерно одинаково гружёные лошади. Убыло тоже четыре. Одна со всадником полегче, другая с тем, кто потяжелее, и две налегке. Мы знаем, что он здесь и жив. Значит тем четверым не повезло.
Я хмыкнул. Айбас стал отличным следопытом. Я бы не то что не разглядел такие мелочи, даже не понял бы на что и куда смотреть.
Марина по подворью особо не гуляла, хотя рассматривала всё с интересом. Но больше всего её занимал рассвет. Густо-красный, налитой, как бывает при далёких лесных пожарах. Айбас вслед за ней посмотрел на сплюснутое солнце, принюхался, чем живо напомнил Харальда.
- Там тоже гарь. Большая, где-то далеко. Если здесь воюют, может, город какой-нибудь подпалили. Ну что, тронули?
- Если они верхом, догонять будем до седьмого пота.
- Неа. Марина, ты хорошо бегаешь?
Девушка пожала плечами.
- Не пробовала.
- А что? - непонимающе спросил я.
- Человек способен загнать лошадь. Буквально. У всяких масаев в Африке была такая охота. Нашёл антилопу, спугнул, погонял её немного, спрятался. Потом снова спугнул. Потом антилопа тупо ложится, подходишь, перерезаешь ей горло и уносишь.
И мы побежали.
Глава 37
Ирдала. Путь на запад. Харальд.
Постепенно холодало. К воздуху примешивался пока ещё едва уловимый запах гари. Рассветы и закаты стали густо-красными. Похоже, захватчики больше не церемонились с мелкими городками и после того, как они исчерпывали свою полезность, уничтожали то, что нельзя использовать из-за "нечистоты". Мы пробирались тайком, держась лесов. Карты, буквально впечатавшиеся в мой мозг, вели нас в нужную сторону и помогали пореже выходить на открытые места. Чем дальше мы забирались прочь от павшей столицы, тем чаще попадались походные лагеря переселенцев. Внешнего охранения у них не было - зачем, если местность зачищена в самом прямом смысле слова? Представительницы ушастого племени попадались среди людей всего пару раз, причём незнакомые. Наверняка Несса Фэливрин нашла выходы на своих соплеменниц. За несколько дней мы с Терви преодолели около половины намеченного пути. Девушка оттаяла, хотя постоянно тискала местного Чебурашку. Она отмыла его и причесала, а во время разговоров теребила бурые плюшевые уши так, что они вот-вот должны были отвалиться. Но игрушка упорно держалась.