Грани II (СИ)
- Как нам теперь найти Харальда?
- Сначала ты в себя приди. После регенератора ты, во-первых, будешь ещё самое меньшее месяц чувствовать слабость, а во-вторых, лопать всё подряд. Даже джайры, с их организмами, после такого по десять-двенадцать дней вынуждены соблюдать режим.
В купальню вошла Демора - очевидно, что и в комнате, когда я очнулась, тоже была она.
- Ты не поторопилась, госпожа? Горячий минеральный источник сразу после пробуждения - это, по-моему, чересчур.
- Не беспокойся, лишнего я ей не позволю.
Демора кивнула.
- Одежду уже приготовили. Я жду вас к ужину, - сказала она и удалилась, осанкой подобная императрице.
Я едва не утонула от изумления. Эта холёная хищница с фигурой, при взгляде на которую желчью изойдёт любая фотомодель, с глазами, в которых сизым отливает то ли старинная сталь, то ли далёкая гроза, называет Элен госпожой?! Ну дела...
- Она права. Не стоит перебирать с купанием после регенерации.
Элен взяла с малахитовой полочки у бассейна один из многочисленных флаконов. Этикетка на нём, естественно, была на местном языке. Я не успела задуматься о том, почему, собственно, понимаю речь хозяйки дома, а Элен, понюхав содержимое, протянула флакон мне.
- Нежное жидкое мыло. На оливковом масле. Точнее, на том, что можно назвать оливами здесь. Самое то. Как шампунь тоже подойдёт.
Понимая, что ответов на роящиеся в голове вопросы сейчас всё равно не получу, я окунулась с головой. Пока я осторожно купалась, попутно изучая новое - ведь получается так? - тело, Элен принесла огромное пушистое полотенце. Едва она закутала меня, я ощутила, что ноги подгибаются, и с трудом доковыляла до постели. Рухнула на свежую простыню и отрубилась. Снилась мне лазурная Адриатика.
Глава 18
Ирдала. Окрестности бывшей столицы.
Харальд.
Мы пять дней ехали по лесам, скрываясь от всего и ото всех. Время от времени, подкрадываясь к опушкам, я наблюдал в бинокль перемещения разных отрядов, от взвода до батальона численностью. Чаще всего это была лёгкая конница, даже без металлических доспехов, то есть разведчики и разного рода набегатели. Несколько раз по дорогам или напрямик по азимуту проходили обозы или отряды латных всадников. Даже стороннему наблюдателю было бы очевидно - идёт планомерная оккупация и всё, что ей сопутствует. То есть зачистка местности, периодическое прочёсывание поселений, направление групп усиления в незамирённые места, и так далее. Терви сначала молчала, подавленная этим зрелищем, я не пытался её разговорить. На третий день её прорвало, и она начала рассказывать.
Страна называлась Ирдала. Настоящих войн давно уже ни с кем не вела, лет двести. Несколько месяцев назад стали приходить тревожные вести с запада, откуда никто никогда не нападал даже в худшие времена. Там просто никого не было в достаточном количестве. Небольшой континент, как я понял, чуть пошире Австралии, был поделен между двумя государствами, Веелантом на востоке и Ирдалой посередине, когда-то составлявшими одно. Развод прошёл мирно, многие семьи имели родственников по обе стороны, спорить было не из-за чего. Пустынный и никому не нужный западный край материка населяло несколько мелких кочевых племён, занятых своими скромными отарками овец. А дальше начинался океан. Тысячи и тысячи километров водной глади, на которой ни разу не замаячил чужой парус. Жители побережья промышляли рыболовством и ловлей морского зверя, а мореходы обеих стран интересовались в основном восточными и северными морями, спокойными и более пригодными для плаваний. Они были мелководными, со множеством островов и архипелагов, среди которых легко находить путь по видимым приметам. То ли навигационная наука тут была ещё в зачаточном состоянии, то ли ещё что. Терви не знала. Она сама оказалась дочкой местного графа, занимавшего пост министра лёгкой промышленности. По крайней мере, я так понял её слова. Ну как ещё назвать человека, ответственного за государственные мануфактуры по производству льна, шерсти, прочих тканей, а также бумаги?
На западе, где заставы служили больше факториями для местной торговли с кочевниками и рыбаками, внезапно произошло что-то. То одна, то другая застава переставала присылать доклады, и правитель Ирдалы отправил отряд в пять сотен человек. Сила по здешним меркам более чем внушительная. Разогнать обнаглевших кочевников хватило бы с лихвой. Воины, далеко не новобранцы, пропали бесследно. А дней двадцать назад явился некий человек с посланием, и потребовал допуска на личный разговор с великим князем, чтобы его передать. Терви, даром что числилась в придворных дамах, так и не узнала, кто это был и что принес, но всё регулярное войско, за исключением частей охраны столицы, стало спешно готовиться к битве.
Никаких подробностей Терви не ведала, и только на днях кто-то сказал, что поведет армию её обрученный жених, свадьба с которым была назначена на начало нового года, исчисление которого здесь начиналось с весны. Терви переоделась в охотничий костюм, вывела коня потайным ходом и рванула из города. Где находится войско, ей помогал узнать медальон, настроенный в пару с другим таким же. Это его она снимала с тяжело раненого знаменосца, бывшего жениха.
Ага, подумал я, значит здесь есть какие-то способы удалённой связи. Или что-то на неё похожее. Уже хорошо.
На дороге в дне пути от столицы её остановила старушка, сухонькая и светлоглазая, положила ладонь на шею коня и сказала что-то о Дороге Славы, неразборчиво и бегло. Дорогой Славы в столице называлась длинная аллея с рядами колонн из рустованного камня. В конце находилась была большая трибуна, с которой правитель приветствовал победителей состязаний и турниров, а в прошлом - войн. С этим местом было связано множество легенд, в основном почему-то мрачных. Терви даже отказалась рассказать хотя бы одну. Но я решил, что в город попасть нам надо обязательно. И посмотреть, что там такого необычного. Однако идти через Терви не захотела, справедливо подозревая опасность.
Вот она, эта самая опасность, беспрепятственно передвигается от села к селу. Население куда-то изгоняли. Не просто экспедиционный корпус, настоящая армия вторжения. С передовой разведкой, ударным ядром, вспомогательными и полицейскими силами, службами снабжения и так далее. Расслабились за мирное время, и проспали массированный десант, не иначе.
Я опустил бинокль, поражённый собственным выводом. А ведь в некоторых обозах я точно видел фургоны, характерные для переселенцев у нас, на Земле. Одинаковые задачи решаются одинаковыми средствами, это аксиома.
- Терви.
- А? - отозвалась девушка, сидевшая под деревом.
- Это не просто война. Это переселение целого народа, который что-то согнало с родных мест. Там, откуда я, такие волны сносили целые цивилизации, не только государства. Что находится по ту сторону океана на западе? - я посмотрел вниз.
Она озадаченно пожала плечами.
- А что там может находиться?
- Другой материк. Или несколько больших островов.
- Да?
Я вздохнул. В лучшем случае раннее средневековье, чего я хочу. Островная изоляция. Наука - удел пытливых алхимиков и наиболее продвинутых церковников. Если тут такие вообще водятся. За несколько дней я ни разу не услышал, чтобы Терви произнесла хоть что-то, похожее на молитву или божбу. На многочисленных перекрёстках виденных дорог не стояли путевые алтари, что у нас в ходу тысячи лет, неважно в каком виде. Хотя, может у них в ходу скрытое, личное поклонение, и молитва возможна только в каких-нибудь семейных, домовых местах.
Тем временем я сообразил, что у пришельцев технический уровень действительно повыше лет на сто пятьдесят - двести. Не только у элитных ударных отрядов, а практически у всех воинов были длинные мечи, которые невозможно использовать, если они откованы из дрянного железа. Они висели на поясе или за спиной даже у тех, кто шагал в простых доспехах из проклёпанной кожи. И арбалеты, на которые я уже обратил внимание. Неудивительно, что захватчики без особого труда покоряют страну, разгромив скромное регулярное войско. Сейчас поможет только партизанщина, но кому её организовывать после двухсот лет мира?