Мамба в Сомали: Черный октябрь (СИ)
— А куда деваться, Саид? Куда деваться? Я тоже не дамся врагу живым, что бы ни произошло. И все мои тайны умрут вместе со мной раз и навсегда. Я давно готов к этому, тем и живу.
— Ты живёшь смертью, аль-Шафи?
— Нет, я живу жизнью ради жизни. Однако и смерть всегда бродит где-то рядом. Часто она незримо стоит у меня за плечом и ухмыляется своей белозубой улыбкой. Я помню о ней, но и она не выпускает меня из виду. Благодаря этому я всегда осторожен, и всегда перепроверяю свои поступки. Даже если они на первый взгляд не кажутся неблаговидными. Советую и тебе, Саид, поступать так же. Ведь сейчас я по праву могу назвать тебя своим другом.
— Спасибо, аль-Шафи!
— Зови меня Мамбой. Это моё истинное имя.
— Мамба⁈ Благодарю тебя за доверие, но мне привычнее величать тебя по-арабски: аль-Шафи.
— Как хочешь, Саид. Нам татарам всё едино!
— Татарам⁈
— Я шучу, не обращай внимания. Ладно, мне пора ехать. Приступай и по возможности хорошо подстрахуйся. Помни мои слова, я никогда не ошибаюсь.
— Всё сделаем, учитель, не волнуйся, — прижал правую руку к сердцу Саид.
— Я надеюсь на тебя! — сказал я и, не прощаясь, ушёл.
Глава 21
Золото партии ч.2
Передо мной теперь стояла одна задача: как быстро и эффективно попасть в квартиру к этому Павлову? Задача, скажем так, совсем не тривиальная и требующая интеллекта. Но нет таких препятствий для адепта Змееголового! Там, где есть два, будет и четыре! Главное, не унывать и постоянно искать чёрную кошку в пустой неосвещённой комнате.
Решение пришло внезапно. Нужно найти студентов-медиков, заплатить им, чтобы помогли с проникновением, а дальше: «Всем спасибо, все свободны!». Искать особо долго не пришлось. За хорошую мзду всё организовалось довольно быстро. Просто договорились с водителем скорой помощи, который согласился нас подвезти, подождать и забрать. И выездная бригада чернокожих студентов-медиков лихо подкатила к железным воротам этого дома.
Двоим африканцам (девушке и юноше) предстояло идти в авангарде. Я тоже переоделся в белый халат, как и калаши-афганцы, которые приехали на очередном угнанном москвиче и переоделись уже в нем, ожидая, когда я подъеду и впущу их во двор. Скорая помощь беспрепятственно подъехала к дому, мы вышли. Немного заспанный охранник (хотя время ещё было не сильно позднее) открыл дверь, и спросил:
— Вы к кому?
Я назвал номер квартиры.
— Аа-а, к Павлову, — понимающе протянул он. — Да, он часто болеет. Вот только сейчас он не в сорок четвёртой, а в сорок пятой квартире живёт. Туда звоните.
— Спасибо!
Мы зашли. То, что своими негритянскими лицами большинство из нас с трудом дотягивало до какой-либо народности СССР, но охранника не смутило и не насторожило. Стемнело, да и не присматривался он особо спросонья-то.
— Вызывайте лифт, я вас догоню, — приказал я, неся большой медицинский чемоданчик.
Все направились к лифтам, а я чуть задержался. Баллончик с усыпляющим газом давно был наготове, и прыснуть из него в лицо охраннику труда не составило. Тот от неожиданности даже ничего сделать не успел, только вдохнул и чихнул. Голова закружилась, его глаза закатились, и он бы рухнул, но я заботливо поддержал его и отвёл за стол. Где и уложил в позе сильно уставшего человека.
Ночь, фонарь, аптека, вот и сморило человека… Убедившись, что охранник без сознания, отошёл от него и поднялся к квартире.
— Всё, вы свободны. Я сам окажу необходимую помощь, — сказал я и выдал этим статистам от медицины по сто долларов.
Студенты лишь кивнули и, не забивая себе голову лишними мыслями, спустились вниз, чтобы разъехаться по домам. Их миссия полностью выполнена, тогда как моя только начиналась. Квартир, которые занимал хозяин, оказалось на лестничной площадке две. Помня подсказку охранника, подошёл к нужной и аккуратно вдавил кнопку звонка.
Несколько минут ничего не происходило, затем послышались чьи-то шаркающие шаги.
— Кто там?
— Скорая! — уверенным тоном ответствовал я. — Вызывали?
— Нет!
— Значит, ложный вызов или что-то опять напутали. Пожалуйста, распишитесь в бланке, мне для отчёта требуется. Заодно выдам вам рецепт на новый кардиопрепарат, что недавно появился в аптеках, — пошёл я сразу со всех козырей.
Не знаю, что больше повлияло на решение старика открыть мне дверь. Вполне вероятно, сработали старые бюрократические привычки, или им овладело неискоренимое российской желание получить что-то нахаляву. Но дверь он мне открыл. Я вошёл, поздоровался и раскрыл чемодан, для видимости доставая бумагу.
— Может, пройдём в комнату? — спросил я. — Там вам будет удобнее расписаться
— Жора⁈ — в коридор вышла женщина, выглядевшая гораздо моложе Павлова. Оказывается, это была его жена. Кстати, бывшая жена его сына. Такие вот метаморфозы партноменклатуры.
— Здравствуйте! — приветливо улыбнулся я и вновь достал пульверизатор с усыпляющим газом.
Обойдя старика, шагнул к ней и, на всякий случай задержав дыхание, прыснул ей в лицо снотворным. Она вдохнула, закашлялась и тут же начала оседать на пол, лишившись чувств. Я тут же подхватил её обмякшее тело и понёс его в комнату, чтобы уложить на диван. Негоже женщине на полу валяться.
И вдруг Жора проявил просто удивительную прыткость! Довольно шустро для своего возраста 80-летний старик бросился к телефону и даже успел схватиться за трубку… Однако набрать номер ему было уже не суждено.
— Спокойно, Федя, я Дубровский! — произнёс я, банально выдёргивая шнур из аппарата.
— Что вы себе позволяете, доктор? И я не Федя!
— Ну, и я не Дубровский!
— Что вы сделали с моей супругой⁈
— С вашей женой всё хорошо, — успокоил его я. — Когда она проснётся поутру, то ничего помнить не будет. А вот к вам у меня есть разговор.
Я забрал телефонную трубку у старика и аккуратно положил её на место.
— Не бойтесь, всё будет хорошо, и вы можете принести пользу, оказав мне одну услугу.
— Я не собираюсь оказывать вам никакой услугу! — вроде бы возмущённо, но при этом явно струхнув, крикнул старик. — Я вызову милицию!
— Милиция ничем вам не поможет. Да и бо́льшую опасность для вас представляю совсем не я. Хотя ваша жизнь действительно находится под угрозой. И только я могу помочь вам продлить её ещё немного.
— Что вы несёте⁈ Подите вон! Вас поймает и расстреляет КГБ!
В ответ на это я рассмеялся.
— То есть сотрудничать со мной вы отказываетесь? А ведь я сам из КГБ. Меня прислали спасти вас. И не только вас, но и вашу репутацию, чтобы информация о заграничных счетах не досталась врагу. Вы в курсе, что вчера скинули с балкона Николая Кручину?
— Нет, я не слышал об этом, — мой собеседник заметно сбледнул с лица, но быстро взял себя в руки, воскликнув: — Я вам не верю! Это так не делается! Меня бы вызвали, всё рассказали, а вы врываетесь ко мне ночью в костюме врача и…
— Значит, не верите?
— Нет, не верю! Что за карнавализм!
— Ну, не верите и ладно.
Следующая порция снотворного нашла своего клиента, и через секунду я подхватил ставшее безвольным тело старика. Всё-таки восемьдесят лет не шутка! Много ли ему надо?
Но я не Морфей, чтобы утаскивать партократа в своё царство. Да и не Бахус, поить его. Тем более безвозмездно! Мои желания гораздо более приземлённые! Из медицинского чемоданчика появился маленький шприц, чьё содержимое перекочевало прямо в вену товарища Павлова.
Теперь подождать пару минут, давая препарату время разойтись с кровью по организму и достичь головного мозга, и можно приводить клиента в чувство. Но сначала я прошёлся по квартире, оценивая, так сказать, обстановку. Квартира оказалась поистине огромная, но ничего опасного в ней вроде бы не содержалась.
Стоял, правда, в углу большой сейф, но он был закрыт. Наверняка в нём лежал какой-нибудь подарочный пистолет, а, возможно, и деньги. Однако ни то, ни другое меня не интересовало. Денег по моим меркам там вряд ли много, а пистолет мне и вовсе ни к чему. Этого добра у меня и самого навалом, было бы желание баловаться.