Аптекарь (СИ)

— Бырло-бырло бой, бырло бой, бырло бой!
Всякая орчанка хочет замутить с тобой!
Дальше текст мужики забыли и пели по кругу одно и то же, к чему бармен отнесся с поистине философским спокойствием. Он тут работал давно. Вольт, насвистывая прилипчивую мелодию, пошел дальше. Первые этажи в сервитуте сплошь заняты торговым людом. Налогов в вольных зонах нет, а законов немного, но зато исполнять их приходится строго. Это же фронтир рядом с Хтонью. Сюда даже опричники нечасто суются, ибо незачем сюда лезть. Местные держат свой кусок обороны, прикрывая Вогрессовский мост, соединяющий ВАИ с правым берегом Воронежа. Остальные мосты разобрали от греха подальше еще лет десять назад, когда из Хтони прорвалось стадо аленей. Так это порождение Тьмы назвали местные острословы, заметив, что набегами руководят доминирующие самки, а все самцы поголовно носят развесистые рога. Правда, когда один такой алень ударом рогов перевернул троллейбус, мало никому не показалось. Правый берег — не левый. Там оружия ни у кого нет. Земский город, не положено.
  
— Новый тату-салон открылся! Да ну на! — удивился Вольт, разглядывая рекламу, изображающую завлекательно изогнувшуюся эльфийку, которая тыкала в прохожего наманикюренным пальчиком.
— Набей веселую татуху, рассмеши своего патологоанатома, — озадаченно прочитал рекламный слоган парень. — Ну, так себе у ребят маркетинг-на.
Впрочем, реклама работала, и в темной глубине салона уже сидел гоблин, на плече которого набивали какой-то рисунок. Видимо, веселый, а то патологоанатому будет скучно вскрытие делать. Толку от таких картинок на теле не было никакого, поэтому Вольт их смысла решительно не понимал. То ли дело урукские татау в исполнении настоящего резчика! Говорят, они волшебной силой обладают. Но заполучить такую — несбыточная мечта для простого снага из провинциального сервитута. Все равно что с настоящей эльфийкой переспать или на драконе покататься. Шансов примерно столько же. Тем не менее, глупость эти татухи или не глупость, а к салону подошел субтильный паренек-снага и занял очередь. Видимо, креативная реклама сразила и его. Подивившись такой изобретательности торгашей, Вольт дошел до аптеки, не обращая внимания на окружающее. Он думал о бренности бытия, скорой получке и Маринке.
Интерьер аптеки руководство решило выдержать в консервативном стиле. Оно не признавало хайтека, модного в опричных городах. Никакого стекла и хрома. Только темное дерево стеллажей, пыльные склянки с загадочным содержимым и мрачная полутьма. Аптека напоминала лабораторию сумасшедшего алхимика, что по мнению столичных хозяев должно было привлечь провинциальную клиентуру. Их прогноз оправдался. Народ в аптеку пер, как лосось на нерест, но причиной этого был вовсе не талант московского дизайнера. Просто аптека теперь на весь квартал одна. Конкуренты пожлобились при установке решеток, а тут как раз бобры в Хтони мутировали. В общем, конкурентов съели в прямом смысле этого слова, выручка здесь резко поднялась, отчего конец месяца обещал порадовать неплохой премией.
Дзынь!
Колокольчик у входа возвестил о появлении клиента. Вольт, который уже успел надеть белый халат, приветливо оскалился, разглядывая коротенького и круглого, как шар мужика, страдающего одышкой. Мужик был из человеков, и как он наел такое пузо, живя в небогатом сервитуте, орк не представлял даже близко. И как он с ним здесь выжил, не представлял тоже. С лишним весом ни от аленя, ни от цапли-кровососа не убежать.
— Чего хотел-на? — любезно спросил Вольт, но потом вспомнив недавний тренинг по качеству обслуживания, добавил. — Доброе утро-на!
Впрочем, это было необязательно, так как контроля все равно не было никакого. Все видеокамеры, которые ставили хозяева, в сервитутах внезапно выходили из строя. Кабели перекусывали клопы-мутанты, мыши-мутанты или мухи-мутанты. Так в один голос твердил персонал, а желающих приехать и починить поломку почему-то не находилось. Мажоры из головного офиса совать свой нежный носик в места, где не подают лавандовый раф на кокосовом молоке, не спешили, удовлетворяясь отчетом по выручке. А с ним как раз все было в полном порядке.
— Мне бы чай укрепляющий, — просипел мужик, вытирая обильный пот, струившийся по затылку и шее.
— Чай… чай… чай… — Вольт задумчиво бродил вдоль полок. — Где тут чай?
Он тут работал неделю через неделю, а вчера трудилась тетка Валя. Она какой-то товар приняла, но разобрать его поленилась. Ящики так и лежали горой, а вся сопроводиловка нашлась на стуле, где она валялась небрежной стопкой.
— Тебе какой чай-на? — спросил Вольт. — Чтобы стоял, как у молодого? Чтобы баба какая-нибудь, прости господи, тебя захотела? Или чтобы бодрость в теле образовалась?
— На хрен баб, — обрадовался посетитель. — Бодрость в теле хочу. Есть такой?
— У нас все есть, — важно ответил Вольт, напряженно вчитываясь в иероглифы на коробке, украшенной изображением какой-то птицы. Никакой информации он, по понятным причинам, оттуда извлечь не смог, кроме названия. Оно было написано по-русски на липком стикере. А вопросы свои он задавал исключительно для порядка, потому что свято верил в волшебную силу плацебо. Возвратов и рекламаций у него пока не было.
— Парящая ласточка. Это точно оно.
Аптекарь повернулся к клиенту и протянул коробку.
— Вот! Пей три раза в день и будешь летать, как эта птичка. Китайская медицина не может врать. Сорок денег с тебя. Потом еще придешь и спасибо мне скажешь.
— От души, друг! — расцвел мужик, бросил на прилавок две глухо звякнувшие монетки и был таков. Впрочем, рабочий день у Вольта только начался.
— Хуеморген, дер апотекер. Разрыв-траву дай, — в аптеку заявился могучий, почти квадратный гном-кхазад, обвешанный оружием. Охотник, Вольт таких сразу видит.
— Сколько грамм в тротиловом эквиваленте-на? — спросил он.
— Сто, — ответил тот.
— Две пачки по пятьдесят могу дать-на, — сожалеюще сказал Вольт. — Если тебе больше надо, в оружейный иди. У нас лицензия только до пятидесяти-на.
— Чтоб тебе твоя баба два раза по полпалки дала! — оскорбился гном и вышел прочь.
— Вот ведь урод, — расстроился Вольт, но поток посетителей уже захлестнул его с головой.
Лекарства из нового поступления разлетались как горячие пирожки. Панты аленя, мощнейший афродизиак, забрал оптом бродячий табор черных уруков. Разрыв-трава, одолень-трава и толченый бобровый зуб расходились на ура. И только новинка, растирка из яда хтонической змеежопной собаки, произведенная в Сан-Себастьянском сервитуте, пока не пользовалась спросом. Народ на районе живет консервативный, к экспериментам не склонный. У рогатых гадюк из здешней Хтони тоже яд забористый. Любой радикулит как рукой снимает.
— Уф-ф! Да что за день-то сегодня? — удивился Вольт, когда взглянул на часы. — Скоро смена закончится, а у меня еще товар не разобран. Ну, тетка Валя, я тебе это припомню. Я тебе фуру неразгруженную как-нибудь оставлю. А еще домой надо. С Маринкой в восемь встреча.
Дзынь!
Благообразная старушка в кокетливой шляпке с цветочком и с монструозным револьвером на боку протянула Вольту рецепт. Тот долго вглядывался в мешанину латинских букв и никак не мог вспомнить, что же это такое. Да, он точно это в медучилище проходил, но еще ни разу не продавал. Вот оно и забылось по ненадобности.
  
— Это точно к нам? — спросил он наконец.
— А где я еще аспирин куплю? — возмутилась старушка. — Это же аптека?
— Да вроде того-на, — обреченно кивнул Вольт, открывая шкафчик на А. — Что тут у нас? Алхимия… нет, не то… алкалоиды… тоже не то… антипохмелин, антипохмелин турбо, антипохмелин экстра, антипохмелин турбо плюс экстра, антипохмелин двойная сила, алений рог в порошке, афродизиаки, амбра кашалота… Да где же аспирин? А, да вот он! Надо же! А я и не знал, что он у нас есть. Сроду не заказывал-на. Надо запомнить название.