Обольстить грешника
— Скачи же на мне, сердце мое, — говорил он. — Скачи, пока можешь удержаться.
Он чувствовал, как ее руки обнимают его, как она опускается на него, и подавил стон, стон блаженства. Тепло женского тела. Это тело удерживает его. Сдается ему. Он выгнулся, обхватил ее за ягодицы и крепко прижал к себе. Она положила руки ему на грудь, длинные волосы рассыпались по его лицу. Прикусив губу, она прижималась к нему всем телом. Он же, сдерживая себя, следил, за выражением ее лица. Ее глаза были закрыты, голова откинута назад. Он положил руку на грудь Мелисанды, и она выгнула спину. Он дразнил ее, тревожа маленький сосок, пока она не стала задыхаться.
— Джаспер, — прошептала она, — Джаспер…
— Да, любимая?
— Ласкай меня.
— Да, — сказал он, хотя лицо его блестело от пота. Она прильнула к нему, извиваясь всем телом, и на минуту он утратил способность ясно мыслить.
Тогда она сказала:
— Не так… Ты же знаешь… Он покачал головой:
— Тебе придется это сказать, дорогая. Она зарыдала.
Ему бы следовало пожалеть ее, но, увы, он был жестоким, похотливым мужчиной и ему хотелось услышать из сладких строгих губ эти слова.
— Скажи их…
— О Боже, ласкай меня!
Он приподнялся, упираясь в пол, и, заглушая свой мучительно-радостный крик, прижался к ее губам. И взорвался внутри ее, отдавая ей всего себя и свою душу.
Глава 14
На следующий день король объявил второе испытание: добыть серебряное кольцо, спрятанное на вершине горы, которую стережет тролль. И снова Джек дождался, когда все разойдутся, и открыл свою маленькую оловянную табакерку. Затем достал из нее одежду ночи и ветра и самый острый на свете меч, и — ух! тсс! — полюбуйтесь, он уже стоит перед злобным троллем и его саблей. Ну, на этот раз битва продолжалась дольше, чем в первый раз, но результат был такой же. Джек добыл серебряное кольцо…
На следующее утро, когда Мелисанда проснулась, Вейла в комнате уже не было. Она провела рукой по его подушке. Она все еще была теплой, и на ней сохранилась вмятина от его головы. Она опять была в одиночестве, как и каждое утро своего короткого брака, но на этот раз одиночество было совершенно другим и ощущалось по-иному. Этой ночью она лежала в его объятиях, слушала его дыхание, слышала медленные удары его сердца и чувствовала его горячую оголенную кожу, согревавшую ее.
Она еще немного полежала и потом позвала Салли. Спустя полчаса она уже была внизу, готовая к завтраку, но ее мужа нигде не было видно.
— Лорд Вейл уехал кататься верхом, миледи, — смущенно проговорил лакей. — Он сказал, что вернется к отъезду.
— Спасибо, — сказала Мелисанда и отправилась завтракать в маленькую столовую. Какой смысл разыскивать его? К тому же он, в конце концов, вернется.
В этот день Вейл предпочел ехать на лошади рядом с каретой, и Мелисанда качалась из стороны в сторону в карете в обществе одной Салли.
В конце дня они добрались до Эдинбурга и уже после пяти вечера подъехали к элегантному дому тетушки Вейла. Вейл открыл дверцу кареты, и Мелисанда только успела опереться на его руку, как его тетя уже приветствовала их. Миссис Уипперинг была маленькой, толстенькой дамой в желтом, как солнце, платье. У нее были розовые щеки, постоянная улыбка и довольно громкий голос, которым она активно пользовалась.
— Это Мелисанда, моя жена, — сообщил Вейл своей тетке, как только она перевела дыхание от своего бурного приветствия.
— Как я рада видеть вас, моя дорогая! — пропела миссис Уипперинг. — Называйте меня тетей Эстер.
Мелисанда так и сделала.
Тетя Эстер ввела их в дом, который, очевидно, был подновлен по случаю заключения брака с третьим мужем.
— Новый муж — новый дом, — весело сказала она Мелисанде.
Джаспер только улыбнулся.
Это был приятный дом. Построенный из белого камня в строгом классическом стиле, он возвышался на одном из эдинбургских холмов. В доме тетя Эстер предпочитала белый мрамор и полы в черно-белую клетку.
— Сюда, — позвала она, вводя их в холл. — Мистер Уипперинг сгорает от нетерпения познакомиться с вами обоими.
Они вошли в красную гостиную, где над камином, покрытым черной эмалью и позолотой, висела картина с изображением огромных корзин с фруктами. Мужчина, настолько высокий и худой, что походил на сучковатую трость, сидел на диване. Когда они вошли, он подносил ко рту сладкую булочку.
Тетя Эстер бросилась к нему, взмахнув желтыми юбками:
— Только не булочки, мистер Уипперинг! Вы знаете, как они вредны для вашего пищеварения.
Бедняга отложил булочку и встал, чтобы познакомиться. Он был даже выше Вейла, и камзол свободно болтался на нем. Но он приятно улыбался, глядя на них поверх полукруглых стекол своих очков.
— Мистер Горацио Уипперинг, мой муж, — с гордостью представила его тетя Эстер.
Мистер Уипперинг поклонился Вейлу и, взяв руку Мелисанды, лукаво посмотрел на нее.
Представления были сделаны, тетя Эстер плюхнулась на диван.
— Садитесь, садитесь и расскажите мне все о вашем путешествии.
—
На нас напали разбойники, — любезно сообщил Вейл.
Мелисанда подняла бровь, и он подмигнул.
— Не может быть! — Глаза тети Эстер округлились, и она повернулась к своему супругу: — Вы слышали, мистер Уипперинг? Разбойники нападают на моего племянника и его жену. Это неслыханно! — Она покачала головой и разлила чай. — Ну, я думаю, вы отпугнули их.
— Пришлось, — со скромной улыбкой отозвался Вейл.
— Вам повезло, у вас такой сильный и храбрый муж, — сказала Мелисанде тетя Эстер.
Мелисанда улыбнулась, избегая взгляда Джаспера, чтобы не рассмеяться.
— Я думаю, их надо повесить. Правда-правда, я так думаю, — продолжала маленькая женщина. Она подала чашки Вейлу и Мелисанде и одну своему мужу с наставлением: — Не забывайте, сливки добавлять не надо. Помните, как они действуют на ваше пищеварение, дорогой.
Она снова села, поставив на колени блюдо с булочками, и заявила:
— Я хочу обсудить с тобой один вопрос, дорогой племянник.
— И какой же это вопрос, дорогая тетушка? — спросил Вейл. Он засунул в рот самую большую булочку и жевал, рассыпая крошки по рубашке.
— Вот эта ваша поспешная свадьба… Не вижу причины, для чего бы так торопиться, если, — она пристально посмотрела на них обоих, — нет какой-то особой причины.
Мелисанда смутилась и покачала головой.
— Нет? Тогда зачем спешить? Едва я успела получить письмо о том, что вы поменяли невесту, и следующей почтой — это была следующая почта, не так ли, мистер Уипперинг? — обратилась она за поддержкой к супругу. Он кивнул, явно привыкнув участвовать в ее монологах. — Я так и думала, — продолжала тетя Эстер. — Вот я и говорю: со следующей почтой пришло письмо от твоей матери, она написала, что вы уже поженились. У меня даже не было времени подумать о подходящем свадебном подарке, не говоря уже о поездке в Лондон, и вот теперь я хочу знать, почему вы женились так поспешно. Мистер Уипперинг ухаживал за мной три года, правда, мистер Уипперинг? Он послушно кивнул в знак согласия.
— Я даже заставила его продлить нашу помолвку — ну, на то время, что положено, — и потом мы поженились. Не могу понять, почему надо было так спешить. — Она перевела дух, отпила немного чаю и, насупившись, посмотрела на племянника.
— Видишь ли, тетя Эстер, я был вынужден жениться на Мелисанде как можно скорее, — сказал Вейл, изображая оскорбленную невинность. — Я боялся, что она передумает. Ее окружало столько женихов, что мне приходилось разгонять их палкой. Как только я получил ее согласие, я сразу же повел ее к алтарю.
И, покончив с объяснением, он с любезной улыбкой взглянул на тетку.
Леди в восторге захлопала в ладоши:
— Как и должно было быть! Славно, славно! Я рада, что вам удалось взять в жены такую прекрасную леди. Похоже, у нее есть голова на плечах — это уравновесит вашу глупость.