Непросыпающиеся сны: Часть Вторая

Генри сжал пальцы в кулак.
– Выживание… – повторил он глухо. В глазах мелькнуло что-то тёмное. – А если бы ты оказалась на их месте? Ты бы поступила так же?
Адель замерла. Внутри боролись два голоса: желание сказать правду и страх перед этим. Губы дрогнули, пальцы сжали ткань рукава. Она не встретилась с Генри взглядом, но всё же кивнула.
Он усмехнулся, но в этой усмешке было больше горечи, чем веселья.
  
– Джейн, а ты? – его взгляд переместился на неё.
Джейн вздрогнула, словно её выдернули из мыслей.
– Мне… вообще уже всё равно. – Она отвернулась к окну, будто искала выход. – Мне нужно найти своего отца.
– Понял… – Генри медленно кивнул.
Вагон мерно раскачивался, но напряжение не спадало. Джейн молча смотрела в окно, Адель теребила рукав. Генри нервно постукивал по подлокотнику, глядя на мелькающие за стеклом пейзажи.
***
Добравшись до родного города, Джейн ушла по своим делам, а Адель с Генри направились к другу его отца – вдруг ещё не всё потеряно.
Прибыв на место, они сразу увидели открытую входную дверь. Внутри, на полу, лежал Фишер.
– Ну, хоть кто-то получил по заслугам, – с иронией отметил Генри, скрестив руки на груди.
Адель резко побледнела. Гримаса страха исказила её лицо, и внезапно она начала кричать, зовя отца. Метаясь по дому, она судорожно заглядывала в комнаты, проверяла коридоры.
Из-под лестницы донёсся глухой стон.
Адель бросилась вперёд, распахнула дверцу шкафа… и замерла.
– Папа?!
– Нет… – слабо простонал мужчина. – Это Данило…
Она опустилась на колени, осторожно коснувшись его плеча. Её пальцы дрожали.
Генри, сначала ошеломлённый, быстро всё понял. С ним тоже играли. Он медленно подошёл к Фишеру, присел на корточки и холодно произнёс:
– Ну что, Фишер, похоже, ты сам угодил в ловушку.
Фишер слабо тоже застонал, но слов не нашёл.
– Генри… – голос Адель сорвался. – Мы не можем просто оставить его.
Генри сжал кулаки.
– Он знал, что нас подставили, и промолчал. Теперь расплачивается за это.
Адель бросила на него острый взгляд, но не стала спорить. Вместо этого помогла Данило подняться и усадила его на пол.
– Это Данило, – представила она его Генри, тяжело дыша.
Данило прижал руку к виску, поморщился и прохрипел:
– Когда я открыл дверь… на меня напал какой-то тип… Курил, как паровоз… И, кажется, у него был шокер…
Генри сузил глаза.
– Значит, и вы меня дурили?
Данило тяжело вздохнул:
– К сожалению, да… И для этого были причины.
Генри покачал головой, горько усмехнувшись.
– Видимо, у всех есть причины меня дурить. Одного я не пойму – сундука, значит, тоже нет. Всё забрали, и непонятно, кто именно.
Он потер лицо рукой и устало выдохнул.
– Похоже, на сегодня мне хватит.
Внезапно тишину разорвал звонок телефона.
Генри нахмурился, достал мобильник и, поколебавшись, ответил.
– Здравствуйте, сэр, – раздался вежливый женский голос.
– Здравствуйте, – Генри ощутил лёгкое напряжение.
– Вы Генри?
– Да, я Генри.
– Меня зовут Габриэле. Я звоню из тюрьмы. Хотела напомнить вам о сегодняшнем свидании с вашим отцом. Скажите, пожалуйста, вы планируете прибыть? Нам необходимо подготовить его к встрече.
Генри замер. Он почти забыл об этом.
– Ах, чёрт… – пробормотал он, прикрывая глаза. – Да, конечно. Сколько сейчас времени?
– У вас есть час, чтобы прибыть, – ровно ответила Габриэле.
– Понял. Буду как можно скорее, – поспешно заверил Генри и повесил трубку.
Он провёл рукой по затылку, выдохнул и посмотрел на Адель.
– Ну всё. Мне пора. Возможно, увидимся позже… А может, и нет. Мне нужно время, чтобы всё это переварить.
Не дождавшись ответа, он развернулся и исчез в дверях.
Выскочив на улицу, он поднял руку, ловя такси. Машина резко остановилась.
Генри забрался внутрь и, не теряя времени, сказал:
– В тюрьму. И побыстрее, пожалуйста.
Водитель хмыкнул, глядя на него в зеркало.
– Впервые вижу, чтобы кто-то так спешил в тюрьму.
– Да уж, бывает, – сухо усмехнулся Генри.
Но его улыбка быстро исчезла, когда мысли вновь захватили его.
В его голове царил хаос.
Мысли путались, как клубок змей, каждая из которых шипела о предательстве, потерях и неудачах. Всё смешалось – друзья, которые отвернулись от него, выбор, который оказался ошибкой, и встреча, которую он не мог избежать.
Генри стиснул зубы, в груди закипала тяжесть. У него даже не осталось амулета, который дед строго запрещал отдавать.
Отец.
"Я же говорил, не лезь туда."
Эти слова уже звучали в его голове, и Генри не был уверен, готов ли он услышать их вслух.
– Вот и приехали, – водитель затормозил у ворот.
Генри вздрогнул, вырванный из мыслей, и кивнул. Расплатился, выбрался из машины.
Высокие серые стены. Окна с решётками. Запах влажного бетона.
Он подошёл к массивным воротам и нажал на кнопку вызова.
Внутри раздался тяжёлый механический щелчок. Где-то над головой хрипло заговорил динамик.
***
Фрэнк развалился на своей койке, лениво пролистывая газету. В камере пахло сыростью и табачным дымом, доносившимся из коридора. Вечер был таким же, как и все остальные – тянулся вязко и монотонно.
Из-за стенки раздался чей-то грубый смех, следом короткая возня, глухой удар и приглушённый мат. Кто-то опять не поделил место или сигареты.
Фрэнк перевернул страницу, но взгляд зацепился не за заголовки, а за тени, качающиеся за решёткой камеры.
– Открыть камеру двадцать три! – прорезал тишину прокуренный голос надзирателя.
Он даже не поднял головы. Не нужно было – он и так знал, что это за вызов.
Тяжёлый шаг Дона приблизился к решётке, в зубах у него дымилась недокуренная сигарета.
– Фрэнк, выходи. У тебя сегодня свиданка.
Тишина.
– Опять? – отозвался Фрэнк, в голосе звучала лёгкая насмешка.
– Да, опять, – буркнул Дон, отмахиваясь, как от назойливой мухи. – И давай без твоих фокусов.
Он уставился на Фрэнка, словно предупреждая: «Я тебя насквозь вижу.»
– Пошевеливайся. А то знаешь, к чему это приведёт.
Фрэнк усмехнулся, но подчинился.
– Да, да, Дон. Уже иду, – махнул рукой Фрэнк, поднимаясь с места.
Он не торопился, но в его движениях не было обычной ленивой небрежности.
Когда он вошёл в комнату ожидания, Генри уже сидел там, скрестив руки и уставившись в стол. Его поза была напряжённой, словно он готов был в любой момент вскочить и уйти.
Дон, зажигая новую сигарету, громко объявил:
– У тебя полчаса.
Фрэнк сел напротив сына, собираясь было отпустить шутку, но Генри перебил его.
– Давай сегодня без шуток. У меня всё плохо.
Фрэнк сразу насторожился. Его лёгкая улыбка исчезла, сменившись серьёзностью.
– Что случилось? – он внимательно посмотрел на сына, всматриваясь в его лицо. Генри избегал его взгляда, а это было плохим знаком.
– Ты таким давно не был… Что стряслось?
Генри глубоко вдохнул. Его глаза всё так же были опущены. Руки скрещены. Взгляд пустой.
Фрэнк медленно выдохнул, вглядываясь в лицо сына.– Я потерял амулет. Фрэнк резко вскинул голову, его глаза сузились. – Дедов? – Да.
Тишина.
Фрэнк откинулся назад, оценивающе разглядывая сына. Затем он наклонился вперёд и понизил голос:
– Не переживай так. Уже большое дело, что ты его нашёл. Это своего рода достижение.
Генри поднял голову. В его глазах читалось отчаяние.
– Ничего хорошего в этом нет. Ты всё ещё здесь, в тюрьме, а я… я…
Его голос дрогнул. Он запнулся, пытаясь сдержать горечь в груди.
– Все думают, что время решит их проблемы. Но время ничего не решает. Оно просто проходит.
Фрэнк внимательно слушал, но не перебивал.
  
– Кажется, всё уходит от меня навсегда…
Фрэнк встрепенулся.
– Стоп. Ты говоришь о сундуке? Ты его нашёл?
Генри медленно кивнул.