Черный цвет солнца (СИ)

— Разумно. А Хала можно отправить собирать ягоды.
Маша прыснула. Ольга непонимающе уставилась на нее.
— Это так нелепо: крылатый змей собирает ягоды, — пояснила Маша, улыбаясь.
— Ну да, не совсем подходящее занятие для чудовища.
— Он не чудовище, — резко бросила Маша. Веселость как рукой сняло.
— Не заблуждайся. Если он добр и мил с тобой, это не делает его безопасным. Его животная сущность сильнее его человечности.
— Не говори так, пожалуйста, — попросила Маша. — Я доверяю ему также, как тебе.
Ольга закатила глаза.
— Он тебя похитил. Ты что, забыла?
— Это было не специально. Он попросил прощения.
— Лучше просить прощения, чем разрешения, — буркнула Ольга.
Взяв палку, она начала усердно ворошить угли. Огонь затрещал, и из него полетели искры.
— Ты думаешь, он ошивается с нами из-за чувства вины? — спросила охотница. — Другой причины нет?
— Есть, — тихо ответила Маша. — И даже две.
— И какие же?
— Память о дружбе с одним из хранителей. И что-то еще. Он сказал, что это касается наших с ним отношений, но подробнее об этом говорить не стал.
Ольга сделала слишком резкое движение, задев сразу много углей, и искры из костра посыпались прямо на юбку Маши.
— Ай! — вскрикнула девушка и, вскочив, начала отряхивать подол. Благо, искры не успели прожечь плотную ткань юбки.
— Прости, — сказала Ольга, откинув палку в сторону. — Я просто разозлилась.
— Почему? — не поняла Маша.
— Потому что переживаю за тебя, — вздохнула охотница. — Я вижу, как этот змей на тебя смотрит, и как ты краснеешь, когда он находится рядом с тобой. Я очень боюсь, что его чувства не такие чистые, как твои…
— Что? Какие еще чувства? — выкрикнула Маша. — Нет у меня к нему никаких чувств!
Ольга непонимающе уставилась на девушку.
— Хочешь сказать, я ошиблась?
— Конечно, ты ошиблась! — заверила ее Маша.
— Тогда почему в его присутствии ты становишься красной, как созревшая калина?
От досады Маша даже простонала. Потом опустилась на колени рядом с Ольгой и, глядя ей в лицо, попыталась все объяснить:
— Понимаешь, раньше я практически не общалась с мужчинами так близко, как сейчас. Ну, исключая одноклассников и своего отца. А тут они крутятся вокруг меня день и ночь, разговаривают, считают другом. Я не привыкла к такому вниманию со стороны противоположного пола.
— Однако ты не краснеешь, когда рядом Игорь или Арсений, — заметила Ольга.
— Ну, потому что Хал красивый, — шепотом произнесла Маша, будто боялась, что змей может ее услышать.
— Игорь тоже красивый, — пожала плечами охотница.
— Да, но он не в моем вкусе, — отмахнулась Маша и тут же замерла. — Стоп… Что ты сейчас сказала?
Ольга уже поняла свой прокол, и, отвернувшись, начала насвистывать себе под нос веселую мелодию.
— Ты сказала, что Игорь тоже красивый! — ответила за нее Маша.
— Тебе послышалось.
— Нееет! Я отчетливо слышала эти слова! Ты четко и ясно сказала, что Игорь красивый!
Ольга продолжала упрямо отнекиваться, хмурясь и отмахиваясь от пристающей к ней Маше.
— Боже, это так смешно! Я сейчас лопну! — верещала Маша, держась за живот.
— Тихо, — попросила Ольга. — Замолчи!
— Не могу! — сквозь смех и икоту сказала Маша. — Ой, не могу!
— Да тише, говорю!
Ольга подползла к смеющейся девушке и зажала ей рот рукой. Маша попробовала укусить подругу, но та очень плотно прижала ладонь к ее рту. Вдруг охотница громко шикнула на нее и, приложив указательный палец к губам, жестом велела Маше прислушаться. Притихнув, девушка выполнила ее просьбу.
Откуда-то издалека доносился тихий вой. Он явно не был волчьим, да и вообще не походил на звериный. Вой был мелодичным и иногда даже отдаленно напоминал чье-то пение.
— Что это? — как можно тише спросила Маша.
— Кажется, русалки…
В глазах Ольги нарастало волнение.
— Это воют русалки? Но зачем?
— Чтобы заманить к себе усталых путников. Их голос действует гипнотически, в особенности на мужчин.
Маша облегченно выдохнула.
— Слава богу, что мы не мужчины.
— Только вот нас сопровождают трое мужчин и один волк, который тоже мужского пола, — медленно произнесла Ольга. — И сейчас они…
 
— …в озере! — закончила за нее Маша и тут же вскочила на ноги.
Ольга поднялась следом и быстро заозиралась по сторонам, пытаясь понять, откуда доносится странный вой.
— Туда! — махнула она в сторону, где склонившиеся к воде березы закрывали весь обзор на значительную часть водоема.
Не сговариваясь, девушки одновременно сорвались с места и побежали туда, откуда доносился вой русалок. С каждым разом звук становился все громче и неприятнее. Когда девушки подбежали к нужному месту, вой стал совершенно невыносимым. Морщась, Маша посмотрела на Ольгу и спросила:
— Как ты выносишь этот мерзкий звук?
Ольга нахмурилась.
— Он не мерзкий. Он грустный и тихий. Но никак не мерзкий.
— Тогда почему мне кажется, что у меня сейчас уши взорвутся? — простонала девушка.
— Видимо, мы слышим их по-разному, — предположила Ольга.
Остановившись около березовых зарослей, девушки аккуратно спустились по небольшому склону вниз и увидели на берегу мужчин. Одетые, они медленно заходили обратно в воду с вытянутыми вперед руками, напоминая заторможенных зомби.
— Я была права! — сказала Ольга, указывая куда-то поверх голов мужчин. — Это русалки!
Маша посмотрела в указанном направлении и увидела выглядывающих из воды бледнолицых девушек. Некоторые из них находились ближе к берегу, и вода доходила им до талии, другие стояли чуть дальше, скрытые в озере по шею. Их рты лукаво улыбались, руки тянулись к мужчинам и заманчиво изгибались. Все русалки были прекрасны и бледны. Их длинные волосы ниспадали вниз, обрамляя плечи, грудь и руки. На головах у каждой красовались сплетенные из трав и цветов венки. Мокрые белые рубашки облепляли худощавые фигуры.
— Что будем делать? — спросила Маша, глядя, как Серый Волк завороженно шагает к зеленоволосой русалке.
— Надо как-то привести их в чувство, — неуверенно произнесла Ольга. — Только я не знаю, как. С русалками мне еще не доводилось встречаться.
— Может, попробовать до них докричаться? — предложила Маша.
Ольга на секунду задумалась, а потом громко прокричала:
— Арсений! Хал!
Оба слегка притормозили, но потом снова двинулись к русалкам.
— Кажется, работает, — сказала Маша и первой кинулась к мужчинам.
Она подбежала к Арсению и, схватив его за плечи, начала громко выкрикивать его имя. Рядом Ольга проделывала то же самое с Серым Волком, который был ближе всех к русалкам.
— Арсений! Ты меня слышишь? — кричала Маша. — Очнись!
— Серый! Приди в себя!
— Арсений! — Маша затрясла лешего что есть силы.
Затуманенный взор Арсения прояснился. Блаженная улыбка сошла с его губ.
— Что… — пробормотал он заплетающимся языком.
— Некогда объяснять! Возвращайся на берег, заткни уши, — велела ему Маша.
Она посмотрела в сторону и увидела, что Ольга провожает шатающегося волка к берегу. Одна из русалок осмелела и, почти полностью показавшись из воды, приблизилась к Игорю.
— Оля! — завопила Маша. — Игорь!
Охотница обернулась и, бросив Серого, ринулась к волколаку. Она успела как раз вовремя — русалка почти что схватила Игоря за руки, но охотница с разворота ударила нечисть ногой в живот. Русалка отлетела и шлепнулась в воду, но тут же вскочила и злобно зашипела. Ее красивое бледное лицо исказила гримаса ненависти.
— Игорь! Смотри на меня! Не слушай их! — умоляла Ольга, держа лицо волколака в своих руках.
Мерзкий вой русалок усилился. Не выдержав, Маша упала на колени и зажала уши. Больше терпеть этот звук она не могла. Подняв голову и поискав взглядом Ольгу, Маша вдруг увидела, что Арсений снова стал безвольной куклой и побрел к русалкам.
— Вот же черт! — выругалась девушка, с трудом поднимаясь на ноги.