Цикл романов "Анжелика" Компиляция. Книги 1-13" (СИ)

С улыбкой умиления Анжелика смотрела на маленькое личико девочки, лежащей у нее на руках. Ее безмятежность была сродни умиротворению этой ночи.
Анжелика мечтала, глядя на море: «Мне бы хотелось иметь от него еще одного ребенка… Какое безумие! Но это так!» Она покрыла поцелуями лобик младенца.
Темная густая листва тихо шелестела за окном, напевая свою нежную песню.
Внезапно ночную тишину прорезало мрачное рыдание, перешедшее в жуткий протяжный крик.
Крик! Как в тот раз. Кричали где-то рядом. Анжелика отпрянула от окна, прижимая к себе ребенка. Ее охватила ледяная дрожь, – Что это? – Абигель села в кровати. – Кто так кричал?
– Не знаю.
– Никогда не слышала такого крика.
– ч А я слышала однажды… Может быть, это дикий зверь?
– Закройте окно, – попросила Абигель.
Анжелика отдала ей девочку и потянула на себя ставень, не осмеливаясь вглядываться в темноту. Она заложила ставень железной перекладиной.
– Кто все-таки мог так кричать? – повторила Абигель. – Словно чья-то горемычная душа жалуется на свои страдания…
В детстве подруги слышали много старинных поверий, которыми так богаты французские провинции: истории об оборотнях, о козлоногом дьяволе, драконе, химере, о проклятых безутешных душах.
Анжелика считала, что на новой земле Америки нужно избавляться от дедовских суеверий. Здесь им приходилось преодолевать более осязаемые опасности. К тому же Анжелика не хотела рассказывать Абигель о своих опасениях, о некоторых необъяснимых происшествиях и пугать ее предположениями о том, что некто неизвестный и таинственный пытается причинить им вред. Когда женщины снова проснулись, солнце, видимо, было уже высоко. В закрытой со всех сторон комнате было жарко.
Анжелике почудилось, что совсем рядом, за окном люди о чем-то спорят.
Казалось, что в саду возле дома собралась целая толпа.
Анжелика встала, не совсем проснувшись, неверными шагами подошла к окну, открыла ставень и очутилась нос к носу с мужчиной в полотняной шапочке. Рядом стоял мужчина в шапке из меха и много женщин, среди которых была соседка Абигель Бертилья.
– Что вы делаете в саду госпожи Берн? – спросила Анжелика. – И почему вы так взволнованы?..
  
Глава 12
 
– Еще бы нам не волноваться, – желчно проговорила Бертилья, – вы с вашими гнусными опытами уморили мою свинью… Свинью, которая обошлась нам в целое состояние! Ну, раз здесь замешаны вы, госпожа де Пейрак, никто ничего не скажет! Нам останется только смириться с нашей потерей…
– Не будьте столь агрессивны, Бертилья, и объясните наконец, в чем дело, какой ущерб я вам причинила?
– Вы убили мою свинью, – повторила молодая женщина.
Все разглядывали что-то внизу, под окном. Наклонившись, Анжелика увидела на земле розовую тушу: это была свинья Рамберов, лежащая неподвижно, будто мертвая.
– Что с ней случилось?
– Ваша свинья ела все подряд, – заметил Эрве Ле Галь, – она, наверное, проглотила какие-нибудь колючки.
– Нет, – сварливо и упрямо возразила Бертилья, – я знаю, что говорю. Вчера вечером я видела, как госпожа де Пейрак выбросила что-то в окно, а сегодня на этом месте находят сдохшую свинью.
– Я вылила отвар, – объяснила Анжелика, – Она не могла его выпить.
– Она могла съесть коренья, пропитавшиеся вашим отваром.
– Но говорю же вам, он был совершенно безвреден.
– Так почему же вы его вылили?
– Отвар был уже несвежий, но в любом случае от него не могло быть никакого вреда.
– А почему ваша свинья всегда рылась в соседских огородах? – вопросил сосед в полотняной шапочке. – Не далее как вчера она копалась в моих кукурузных грядках.
– Вы что, предлагаете нам держать ее на привязи? – возмутился мужчина в меховой шапке.
Это был супруг Бертильи, бывший муж бедной Женни Маниго, Жермен Рамбер. Анжелика его не узнала. Небритым, обветренным лицом он походил на зверобоя.
Вежливо, но настойчиво Анжелика попросила всех покинуть сад Бернов и пойти спорить в другое место, предварительно приведя в порядок участок. Жермен Рамбер попросил помочь ему сделать носилки, чтобы перенести свинью, которая весила не менее двухсот фунтов.
 
– Для них это просто катастрофа! – вздохнула Абигель, когда узнала о том, что случилось. – Они купили эту свинью у французов из Порт-Руаяля за набор шкурок и, несколько луидоров, которые Жермен привез из Ла-Рошели. Тем самым они обеспечили себя пропитанием на всю зиму, и им не нужно было бы просить помощи у общины. Эта семья живет отдельно от всех и не хочет ни с кем иметь дело. Жермен охотится. Он предпочитает торговать мехами вместе с дикарями, нежели работать на колонию. Семья Маниго его совсем не видит…
Чуть позже Бертилья появилась снова с маленьким Шарлем-Анри на руках. Было видно, что она пришла не по, своей воле, а по принуждению. Она нелюбезно спросила у Анжелики, может ли она подтвердить, что отвар не содержит яда. В таком случае, при всей необъяснимости гибели животного, вероятно, можно было бы спасти окорока и покоптить их, если уж не удалось забить свинью по всем правилам и приготовить из ее мяса сосиски и кровяную колбасу.
Анжелика уже позаботилась об Абигель, о новорожденной и о котенке, который, похоже, понемногу оправлялся от ран. Она прибрала в доме, подмела у очага и собиралась отправиться в лагерь Шамплен.
Она вдруг подумала о том, сколь безутешна, должно быть, бедная мисс Пиджон после ужасной гибели пастора, и ругала себя за то, что не сразу вспомнила о несчастной английской старой деве, одной из немногих, кому удалось спастись из бойни в Брансуик-Фолсе.
Услышав слово «яд», Анжелика сперва пожала плечами, а потом испытала внезапное потрясение, только сейчас осознав ужасную истину. Она почувствовала, как холодный пот выступил у нее на лбу.
– Яд?
– Так там все-таки был яд! – вскричала Бертилья, напуганная выражением ее лица. – Ах! Какая беда! Нам не достанется ни кусочка сала… Вы должны возместить нам убытки, – в гневе она не замечала, что чересчур энергично качает своего малыша.
– Не надо так волноваться, – сказала Анжелика, – и хватит упреков. Вам надо сетовать только на вашу собственную небрежность. Повторяю, я уверена, что в отваре, который я вылила вчера вечером, яда не было, но я все же не советовала бы есть мясо животного, которое не было забито по правилам и погибло по неизвестной причине. Вам следовало кормить его урожаем своего огорода, а не соседского.
Бертилья в ярости удалилась, громко обещая пожаловаться господину де Пейраку, когда тот вернется. Он-то уж, по крайней мере будет щедр, она в этом уверена.
Анжелика хотела отогнать от себя страшное подозрение, но ей это не удалось. Она попыталась припомнить, что произошло вчера с настоем, который она вылила на беду Бертилье. Она приготовила его, дала Абигель выпить одну чашку, и та не почувствовала никаких признаков недомогания. Потом кувшинчик с отваром целый день простоял возле очага, ибо Северина забыла выполнить ее просьбу. Когда Анжелика решила поправить эту оплошность, из-за своей неловкости она пролила несколько капель на алую наволочку. Расстроившись, она обратила внимание на неприятный цвет, который приобрел отвар в течение дня. Вылив настой за окно, она вымыла кувшин и чашку из гладкого, сверкающего неверского фаянса, на котором не могло после мытья остаться никаких следов старой жидкости. Однако Анжелика осмотрела оба сосуда, затем вышла из дому и обогнула его, чтобы взглянуть на землю под окном. Соседи выполнили требование Анжелики: унесли свинью и прибрали возле дома Бернов. Кроме человеческих следов под окном ничего не было – ни малейших остатков пищи, ничего, что могло бы указать на причину смерти животного.
«Кто сказал, что свинья погибла от отвара?! Так считает Бертилья. Но она вечно выдумывает самые невероятные истории. Даже если питье простояло целый день на жаре, оно не могло принести большого вреда. Я много раз видела, как его пьют кормящие матери…» Вернувшись в дом, Анжелика заметила в углу скомканную наволочку, снятую с подушки Абигель., Движимая внезапным порывом, она схватила и развернула ее. В тех местах, куда упали капли, на алом шелке расплывались уродливые белесые пятна и дыры. Анжелика почувствовала, что бледнеет. Так повредить ткань мог только яд, разъедающий краску и разрушающий материю.