"Избранные историко-биографические романы". Компиляция. Книги 1-10 (СИ)

– Да. Я назначил Бальфура командующим, и он удерживает замок для нас.
– Бальфура? – она не доверяла этому живому мертвецу. – Зачем?
– За былые заслуги, – ответил Босуэлл. – Поехали.
Они видели руины домов в Кирк-о-Филде, когда огибали городскую стену с южной стороны. Все осталось на месте, и камни лежали кучами, а некоторые вылетели далеко за стену. Справа находился сад, где нашли тело Дарнли. Мария оглянулась, когда они проезжали мимо.
Въехав в город через западные ворота, они обнаружили странную пустоту на улицах. Редкие прохожие останавливались и молча смотрели на них. Они поспешно добрались до ворот замка и укрылись за стенами.
Мейтленд ожидал их в королевских покоях. Он пребывал в меланхолично-возбужденном состоянии, скрестив руки на столе и глядя в пустоту. Когда они вошли в комнату, он сразу же вскочил с места.
Босуэлл бесцеремонно швырнул перчатки на стол. Мария осведомилась о самочувствии Мейтленда.
– Все смешалось, – угрюмо и немного бессвязно сказал он. Он смотрел на нее так, словно возненавидел ее за пережитое унижение.
– Как продвигается дело о разводе? – спросил Босуэлл, не давая Марии возможности что-либо сказать.
Мейтленд закатил глаза.
– Ужасно. Они вытащили на свет божий все подробности ваших… дел с мисс Кроуфорд. Ваша жена допросила слугу, которого вы поставили на страже. Он рассказал даже о том случае, когда вы… – он смущенно замолчал. Мария отвернулась.
– Было ли принято решение о разводе? – спросил Босуэлл. – Это все, что я хочу знать.
– Ваша жена…
– Значит, она до сих пор моя жена?
– Нет, ваша бывшая жена. Она требует, чтобы вы отдали ей замок Крайтон, иначе она не освободит вас.
– Я согласна, – тихо сказала Мария.
– Он принадлежит мне, – возразил Босуэлл.
– Любая недвижимость в королевстве в конечном счете принадлежит монарху, – настаивала Мария.
– Вы ошибаетесь, – возразил он. – Замок находится в моем распоряжении. Да, я согласен отдать его. Я заплачу любую цену! Надо отдать должное деловой хватке моей бывшей жены: это уже второй раз, когда мне приходится платить выкуп за Бесси. Когда Джин впервые узнала об этом, мне пришлось отдать ей земли в Нижнем Хэйлсе вместе с замком. Теперь Крайтон… Я так дорого заплатил за услуги Бесси, что она вполне могла бы быть Саломеей! – сердито добавил он. – Хорошо, что еще? Священник объявил о предстоящем браке?
– Нет, – ответил Мейтленд. – Он отказывается это делать.
– Что? Вызовите его сюда!
– Кроме того, Мортон, Аргайл и Атолл встретились в Стирлинге. Они призывают туда других лордов.
– Кого? – Босуэлл стукнул кулаком по столу. – Кого?
– Клянусь, милорд, я не знаю. Известно лишь, что после встречи в Стирлинге Атолл поскакал на север, Аргайл на запад, а Мортон отправился в Файф.
– Они хотят собрать армию, – пробормотал Босуэлл. – Так скоро! Доставьте сюда этого проповедника!
Преподобный Джон Крейг стоял перед Босуэллом и королевой. Они успели переодеться, и Мария заняла место на троне под королевским балдахином, чтобы придать вес предстоящей беседе.
Крейг был худым, лысеющим человеком с резкими чертами лица. Он сильно напоминал Нокса – вернее, чисто выбритого Нокса. Мария мимолетно подумала, не должны ли все реформистские проповедники иметь такой вид: худые, бледные, с маленькими глазами и неестественно прямые.
– Почему вы не объявили о нашем предстоящем браке? – спросила Мария как можно более мягким тоном. – Мы велели сделать это немедленно.
Крейг переводил взгляд с Марии на Босуэлла и переминался с ноги на ногу.
– Значит, это правда, – наконец произнес он. – Я не мог этому поверить, – его голос не мог звучать более презрительно, даже если бы он увидел оргию на колдовском шабаше. – Вы подпишете документ, освобождающий меня от ответственности за такой грех?
– Да, – отрезал Босуэлл.
– Какой грех? – поинтересовалась Мария. Босуэлл наградил ее гневным взглядом за неуместное любопытство.
– Какой грех? Вы смеете спрашивать меня об этом? – Казалось, священник не мог поверить своим ушам. – Похищение и изнасилование королевы, не говоря уже о супружеской измене, сговоре между вами и подозрении в убийстве короля.
 
– Вы имеете в виду меня, когда говорите о подозрении в убийстве? – спросил Босуэлл.
– «Ты – тот человек!», как сказал Натан царю Давиду. Но вы хуже царя Давида. Он всего лишь согрешил с Вирсавией и убил ее мужа, в то время как вы похитили, изнасиловали и опозорили собственную королеву в дополнение к убийству ее мужа и супружеской измене со служанкой вашей жены.
Босуэлл зарычал и потянулся за мечом. Мария встала с трона и удержала его руку.
– Нет, не трогайте его! – она повернулась к Крейгу. – Ваш мастер Нокс, несомненно, будет рад этому. Действительно, в Шотландии стряслась беда, но я хочу все исправить. Как королева, я требую заключить этот брак. Я приду на заседание парламента и назову веские причины для этого, чтобы люди остались довольны.
– Никогда! – заявил Крейг. – Дело зашло слишком далеко. Они больше не потерпят такого обращения с собой. И Бог свидетель, они будут осуждать и презирать этот брак так же сильно, как и я сам!
Мария стояла в Тулботе, на том же месте, где лишь месяц назад стоял Босуэлл. Все взгляды, устремленные на нее, были либо враждебными, либо пустыми. Лорд-канцлер Хантли принадлежал ко второй категории, но всем своим видом демонстрировал враждебность. Все члены парламента, присутствовавшие в Эдинбурге, находились в зале, но подозрительно большое количество мест пустовало. Видные священники реформистской церкви, облаченные в черное, стояли вдоль стен.
– Я собираюсь поделиться с вами своими мыслями по поводу лорда Босуэлла. – сказала Мария. – Я была очень рассержена, когда он прервал мою поездку и увез меня в Данбар против моей воли. Несмотря на мой призыв о помощи, никто не пришел, а его отношение ко мне было добрым и уважительным. Постепенно я стала прислушиваться к его словам. Его предложение стать моим супругом было честным и уже получило одобрение со стороны лордов и баронов. Он показал мне их подписи. Поэтому, памятуя о его былой преданности и заслугах перед короной, я согласилась стать его женой.
Ни одной улыбки или хотя бы намека на улыбку. Они сидели перед ней как судьи и высокомерно глядели на нее.
– Поэтому я прощаю его и всех остальных, кто был с ним, за все, что они совершили за эти десять дней. Мои добрые подданные, я прошу вас сделать то же самое.
Она умоляюще подняла руки, хотя по закону требовалось лишь ее королевское прощение.
Мария с тяжелым сердцем возвращалась в королевские покои. Она слышала язвительное замечание: «Значит, шотландские законы, которые прощают изнасилование, если женщина впоследствии соглашается на брак с насильником, теперь используются и для оправдания убийства? Она готова извратить закон ради своей похоти!»
Разумеется, это был реформистский священник. Он в замешательстве отвел взгляд, когда понял, что она слышала его слова.
Но даже в своих апартаментах она не нашла покоя. Ее дорогой французский исповедник – доминиканец, чье присутствие так возмущало лорда Джеймса, – вышел ей навстречу.
– Ваше Величество, – сказал он. – Я должен просить у вас разрешения вернуться во Францию. Я больше не могу оставаться здесь.
– О, дорогой отец Мамеро, вы всегда были со мной! Не оставляйте меня сейчас!
– Я вынужден это сделать. Мне поступил приказ от высшей власти, и я не могу остаться, – он выглядел искренне огорченным, как будто собирался заплакать. Потом он поднял руки и положил их ей на плечи.
– От высшей власти? – собственный голос показался ей робким и дрожащим. – Но я королева!
– От Папы Римского, мадам, – сказал он. – Святой отец… приказывает мне отдалиться от вас, пока вы не приведете вашу жизнь в порядок. Он говорит, что до тех пор сам не будет поддерживать с вами никаких отношений. Он утверждает, что вы прокляты!