"Избранные историко-биографические романы". Компиляция. Книги 1-10 (СИ)

Герцогиня, привыкшая к слабости и апатии Франциска, была изумлена, когда Мария воскликнула «О нет, я не устала!» и едва не запрыгала на месте. Правда, затем она вежливо добавила:
– Но мне бы очень хотелось увидеть меблировку, которую вы выбрали для меня, мадам.
Герцогиня провела их через длинную сводчатую галерею и вверх по парадной лестнице, пока они не достигли покоев на втором этаже, выходивших на пологий склон, спускавшийся к Сене. Река сияла, как серебристая лента, в предвечернем свете. Мария подумала, что ей никогда не приходилось бывать в таком огромном здании; комнаты тянулись дальше и дальше, с бесконечной анфиладой дверей и входов, исчезающих за мягким шелестом платья герцогини, которое отражало свет, как поверхность жидкости, дрожало и переливалось при каждом движении.
Диана привела их в просторную солнечную комнату, обшитую темно-коричневым деревом.
– Вот ваши апартаменты, Ваше Величество. Это королевская детская.
Маленькие кровати по одной на каждой стороне комнаты, с изголовьями, украшенными резными птицами, листьями и цветами, были накрыты ярко-синими и золотистыми балдахинами. Имелись также маленькие стулья и столы, зеркала, висевшие на уровне глаз детей, и шерстяные коврики, делавшие пол мягким, как мох. В одном углу на подставке стояла деревянная модель замка – она открывалась на петлях, и можно было видеть миниатюрные комнаты и мебель внутри. Мария подбежала к ней и заглянула в крошечные окна. Внутри открывался волшебный мир, похожий на сон.
– О мадам, – только и сказала она. Она не могла подобрать слов, чтобы выразить свой восторг.
– Вы можете играть с ним и обставлять по вашему вкусу. Смотрите, вот куклы, которые живут в нем.
Диана указала на группу фигурок во дворе замка. К изумлению Марии, она узнала среди них себя. Она взяла куклу и уставилась на нее. У куклы были настоящие волосы такого же цвета, как у маленькой королевы. Она носила охотничий костюм из зеленого бархата, точно такой же, как ее собственный, а на крошечном запястье сидел охотничий сокол, изготовленный из настоящих перьев, с глазами-бусинками.
– Он похож на Раффлза?
Герцогиня улыбалась, глядя на Марию. Внезапно девочка как будто вознеслась на небеса, где ее любили, лелеяли и показывали одно чудо за другим. Она чувствовала себя не как дома, а как в другом, бесконечно лучшем и совершенном месте. Она обвила руками шею герцогини и начала всхлипывать от радости.
– Ш-ш-ш, ma petite, – герцогиня погладила Марию по голове. – Не нужно плакать.
Через плечо Марии она сделала знак камердинерам. Маленькая королева Шотландии явно перевозбудилась после долгого путешествия и нуждалась в отдыхе, несмотря на ее слова. Кроме того, настало время дневного сна для принцессы Елизаветы. Им будет полезно отдохнуть вместе.
– Откуда вы знаете, как зовут моего сокола? – спросила Мария, гадавшая, как могло случиться такое чудо.
– Мы много знаем о вас, потому что все во Франции интересуются храброй маленькой королевой, которой пришлось спасаться от англичан. Вы уже стали романтической героиней, и все любят вас.
– Но Раффлз… Откуда вы узнали? – настаивала Мария.
– От ваших родственников, дитя мое. От вашей бабушки Антуанетты де Бурбон и от братьев вашей матери, могучего Франсуа де Гиза и Шарля де Гиза, кардинала Лотарингского. Они уже хорошо знакомы с вами, так как ваша мать пишет им и рассказывает обо всем. Скоро вы встретитесь с ними, и они увидят вас воочию.
Личная сиделка Марии Джин Синклер вышла вперед, чтобы помочь ей устроиться в постели.
– Принцессе Елизавете пора отдохнуть, и с вашей стороны будет вежливо, если вы тоже немного полежите, – сказала она, и Мария невольно согласилась с ней. Ей было любопытно испробовать французскую постель. Рядом с кроватью имелась позолоченная ступенька. Какие еще чудеса здесь есть?
Когда все слуги, кроме шотландцев, ушли и Мария лежала в мягкой постели с пуховой периной и огромными подушками, накрытая белым шерстяным одеялом, герцогиня пришла задернуть занавеску балдахина.
 
– Добро пожаловать во Францию, – прошептала она и ласково поцеловала Марию в лоб. – Это для вас. – Она протянула атласную подушку, набитую душистыми травами. – Положите ее под шею и представьте, что вы лежите на весеннем лугу, смотрите на облака и засыпаете…
Мария вздохнула, положила под шею душистую подушку, как сказала герцогиня, и провалилась в глубокий детский сон.
На следующее утро Марию разбудил солнечный свет. Она сразу же вспомнила, где находится: в чужеземной детской комнате, где все было чудесным образом уменьшено под ее размер. Потом она услышала шепот на незнакомом языке, который звучал так же сладостно, как пахла ее подушка с травами.
– Bonjour Mesdemoiselles. Сегодня прекрасный день. Пойдемте, вас ждет сюрприз. Прибыли маленькие лошади от королевы Шотландии! Одевайтесь поскорее, и давайте посмотрим на них!
Верхняя одежда Марии была распакована, проветрена и отглажена, пока она спала. Теперь Джин Синклер, или Жанна Сен-Клер, как ее стали называть во Франции, разложила ее для своей госпожи.
Марию и Елизавету отвели в другую комнату, где был накрыт завтрак – le petit dйjeuner для дофина, а также для четырех Марий и трех Стюартов. Стол ломился от корзинок с фруктами, блестящих булок с плетеными хлебными косичками и нескольких больших круглых предметов со срезанными краями, уложенных на подносы.
Франциск уже сидел на своем специальном стуле с высокими ножками и положил себе немного еды. Он угрюмо смотрел на тарелку, но, когда вошла Мария, поднял глаза и улыбнулся ей.
Братья Стюарты – Джеймс, Роберт и Джон – с подозрением рассматривали предложенные яства.
– Что это? – спросил Роберт, указав на круглый предмет бледно-желтого цвета.
– C’est fromage, de Normandie [197].
– А это как называется по-французски? – спросила Мария и указала на глубокую тарелку с персиками.
– Pкches, – ответил Франциск.
– Pкches, – повторила Мария.
Французские дети засмеялись над ее произношением.
– Pкches, – она постаралась выговорить как можно точнее. – А это? – Мария указала на банку с фруктовым джемом.
– La confiture, – сказал Франциск. Он выглядел довольным собой и явно ощущал себя знающим человеком.
– La confiture, – повторила она, тщательно имитируя его произношение. – А это? – она указала на буханку хлеба.
– Du pain! Du pain! – хором воскликнули французские дети.
Попробовав понемногу всего, что она назвала, Мария вскоре съела так много, что почувствовала тяжесть в животе. Но дети наслаждались трапезой, помогавшей им лучше узнать друг друга. Теперь им не терпелось выйти на улицу и посмотреть на подарок, который привезла с собой королева Шотландии: миниатюрных лошадей.
Маленькие мохнатые лошадки ждали их во дворе, оседланные и готовые к прогулке. Там был собственный пони Марии по кличке Юнона, а также Синдерс, принадлежавший Пышке. Рядом стояло около десятка других лошадок с далеких островов у северного побережья Шотландии большей частью темно-коричневой масти и покрытых густой грубой шерстью.
– Выберите того, который вам больше всего понравится, дорогой Франциск, – сказала Мария и указала на пони.
Он улыбнулся, не понимая шотландского языка, но правильно истолковал ее жест. Прихрамывая, он подошел к одной из самых маленьких лошадок с белой звездочкой во лбу.
– Я хочу выбрать эту, s’il vous plait! – воскликнул он. – И я назову ее Марией в честь моей гостьи и невесты!
Все рассмеялись.
Следующие несколько дней были посвящены изучению замка Сен-Жермен-ан-Лэ. На плоской крыше дворца росли деревья в кадках и цветы в длинных ящиках, а маленькие скамьи и навесы обеспечивали приятный отдых для людей, ходивших по крыше и обозревавших сельскую местность и долину Сены внизу. Король собирался построить соседний дворец на вершине склона, с террасами, спускавшимися к реке. Туда можно было бы попасть прямо из старого замка или по длинным лестницам, расположенным по обе стороны от нижнего уровня. Подготовка к строительству уже началась.