"Фантастика 2025-118". Компиляция. Книги 1-20 (СИ)
- Глебу нравится, когда я на него охочусь, - выдала я и отпила еще немного вина. Кажется, оно начало немного действовать на организм – мышцы расслабились.
Арга выпрямилась и озадаченно на меня уставилась:
- Охотишься? По-настоящему?
Я кивнула:
- Особенно в лесу.
Арга прыснула и захихикала, а потом вдруг воскликнула:
- Это так глупо звучит! И у тебя, и у меня! А представляешь тала на их месте? Представляешь текст договора, который будет юрист читать? И формулировки?
Веселье передалось и мне. Очередной наш приступ недееспособности оказался немного длиннее прежнего.
- И ты прям ловишь? А что дальше?
- Не-не, - подражая Иммэдару, ответила я. – Я первая спросила.
Арга поморщилась:
- Да так… Связываю руки, заставляю делать что-нибудь. Или к кровати привязываю. Или не привязываю. Он все равно слушается. Вообще-то знаешь, я сначала думала, что я какая-то не совсем нормальная тала, потому что мне нравилось то, что немного аморально, но потом подумала, что это аморально на Тала. По земным меркам все вполне невинно. А потом я знаешь, что выяснила?
- Что?
- Много, очень много тала регистрируются на земных ресурсах и ищут себе партнеров-тала со схожими интересами в сексе, в брак вступают потом. Слишком сложная система договоров у нас, даже по предварительным отношениям. Да и общественная мораль давит.
Я согласно кивнула:
- Да. Мне тоже очень нравится охотиться, но по нормам нужно предварительное соглашение. Сейчас, со стороны, это, действительно, кажется необъяснимым. Почему не брать в расчет устное соглашение между двумя половозрелыми тала?
Арга пожала плечами.
- В любом случае, до Сура я не знала, что секс это так интересно, и что он так с ума сводит.
С появлением Глеба я тоже многое в себе открыла. С другой стороны, всегда есть опасность шагнуть за черту. Люди, например, так часто поступают, в той или иной степени нарушают границы партнера, не оговаривая это заранее, не получая на это разрешения. Это не то, что хочется видеть на Тала. Я нахмурилась и тут же осадила себя, поскольку вспомнился Хриса, илла Эгон и Симеон Первородный. При всей осмотрительности и продуманности системы ничто не помешало этим тала стать тем, кем они явились для нашего народа.
Я, как и папа, допустила ошибку. В пылу сражения и размышлений о судьбах планеты, не выведала хитростью у иллы Эгона, что значили его слова о моей матери. Почему-то казалось, что его благородство не позволит ему поступить иначе, чем рассказать миру истину. Наивная! Убил ли он энэ лично или видел ее перед смертью – до сих пор мне не известно. Там, в Обители Слез, он воспринял свое поражение и мой последующий запрет на смертельный исход, как личное оскорбление. С момента битвы Эгон не произнес ни слова. Оставалось надеяться, что многолетнее расследование итэ Анэ даст результат.
- Как думаешь, - обратилась я к Арге, - стоит упразднять весь институт правящих родов?
Она всегда отмалчивалась, когда мы начинали обсуждать эту тему. И в этот раз пожала плечами и как будто спряталась за бокалом.
- Нет, так не пойдет. – Усмехнулась я. – Мы одни. Выскажись уже. Мне очень важно твое мнение.
Арга сверкнула на меня смущенным взглядом исподлобья.
- Что? – не поняла я.
Она вновь повела плечами.
- Я не могу.
- Почему?
- Потому что, - вздох у нее получился усталый, протяжный, - когда ты в детстве дружить со мной стала, это очень повлияло на моих родителей. Меня перестали считать странной. Если дочери Пятого правящего рода со мной интересно, значит я просто скромная и неразговорчивая. Понимаешь, все мои предки, надо им соответствовать и…все такое…
Последнее она произнесла по-русски, с интонацией Сура и даже его формулировку использовала.
- Это глупо с их стороны.
- Знаю, - она кивнула, - но все равно. Я не могу размышлять о целесообразности существования института правящих родов.
- Ладно, - я отступила.
Нет, значит, нет. И тут же придумала нечто новое. Идея в первое мгновение показалась дикой, поэтому я с минуту покрутила ее в голове, и только потом, убедившись, что в ней есть зерно разума, озвучила:
- Слушай, а почему бы нам, по окончанию чтений, не навестить Кимми Ли?
Арга поперхнулась.
Глава третья
Глеб
- У-о-оу!! – взвыла победной сиреной на всю округу Иска. – Деда, я на тракторе!!
Я захохотал, глядя на лицо отца. Он стоял у подножия холма и невозмутимо наблюдал за Птичкой, которой хватило пары секунд, чтобы взобраться на движущийся полив. Я отлично знал, какая буря эмоций скрывается за этим выражением на его лице.
- Это не трактор, - наконец, недовольно пробубнил папа и повернулся ко мне. – Сломает, будешь ремонтировать.
- Она сама справится, - отмахнулся я.
- Сама? Так же как в позапрошлом году сама?
Я опять засмеялся.
- Не понравились ее усовершенствования?
- Категорически не понравились! – нарочито возмутился он. – У меня арендаторы выли от ее системы безопасности. Знаешь, во что мне обошлись ее модификации?
Над нашими головами пронесся дрон и завис над головой Иски.
- Но я же предлагал оплатить откат, специалистов прислать.
Отец фыркнул:
- Я что, сам по-твоему не справлюсь? Еще не хватало на моей земле каких-то городских дурачков, или, боже упаси, тала…
Я постарался сдержать раздражение. Серьезно? Опять та же тема?
- В город и так лезут всякие фанатики. И все из-за тебя и твоей ирры, между прочим, - пробурчал он.
Еще два дрона присоединились к первому.
- Гриша, черт тебя дери! – Отец развернулся и направился в сторону передвижной базы. – Ты за скотом следи, а не девчонку развлекай! Я тебе за что плачу!
Я помахал племяннику и получил в ответ лучезарную улыбку. Зря батя его так, лучше оператора в Солнечной долине поискать. Сейчас доучится в школе, и все, и уедет.
- Ыс, истой аым, - я подошел вплотную к медленно движущейся поливалке. – Илии-на нэм!
Она захихикала.
- Папа, когда я последний раз падала? Чего ты меня позоришь? Сейчас спущусь, только тише.
- Перед кем это я тебя позорю?
- Перед Гришей. – Она легко спрыгнула на уступ рядом с аварийной панелью, а дальше на землю рядом со мной, руки мои проигнорировала, еще и с таким видом деловым, независимым.
С каких это пор мы не хотим к папе на ручки? Что происходит?
- Он тала не знает, - парировал я.
Иска каким-то немного непривычным жестом поправила косу, - кокетливым что ли? – и прошептала:
- Знает, просто не афиширует, чтоб даэнэ не пугать. Ну, и чтоб даана не бубнил, что еще один бунтарь нашелся. Грише и так трудно тут. От отца у него поддержки нет никакой, мама тоже не в восторге от его планов и скорее согласна с даэнэ.
- Да ты что… - присвистнул я. – Как сложно ему.
Почему-то подкатило такое злое раздражение. С каких это пор Террористка так интересуется судьбой брата? Что за…
Я оглянулся на Гришку, который нас издалека изучал внимательно. Длинный, тощий, плечи широкие, морда прыщавая, патлы кудрявые длинные. Ему семнадцать! Он же на двенадцать лет старше!
- Пап, ты не поговоришь с дядей Игорем?
Не понял!!
- О чем? – Отвечал я сдержанно. Во всяком случае, старался.
- Пойдем в дом? – Иска взяла меня за руку и потянула за собой. Ее прикосновение немного успокоило. – Мне, кажется, у вас истории такие схожие. Ты, наверное, хотел в юности, чтобы хоть кто-то помог с давлением семьи и окружения. Вот я и подумала…
Она продолжала деловито излагать свою точку зрения, а я слушал и постепенно отходил. И вправду, чего так взбеленился. В энэ пошла – справедливость ищет.
- Мне мама твоя помогла. – Истории ради, я должен был это озвучить. – Я поговорю с Игорем и Леной. Ты уверена, что у Гришки все так всерьез с планами и учебой?
- Ага, - Иска оглянулась на меня.