"Фантастика 2025-118". Компиляция. Книги 1-20 (СИ)

Уже поздним вечером за ужином в гостинице на территории посольства я позволила себе резко высказаться в адрес Хриса и всего действующего звена верхушки Совета. Резко – это в духе Мансура, кратко, крайне эмоционально, грубо и бесполезно.
Папа положил ладонь на мою руку:
- Девочка моя, мне так жаль…
В зале мы были втроем, так что беседовать можно было откровенно. Я улыбнулась.
  
- Пап, все хорошо. Не каждый путь ведет к верной цели. Я справлюсь.
- Согласна. Лично я вообще настаиваю на отдельном документе. Почему бы не начать с декларации прав нейроморфов? - помогла мне Арга. – Черновик у меня есть. Я над ним не прекращаю работу и в любой момент готова начать сотрудничество по нему хоть с самим Первородным.
Папа засмеялся.
- С Симеоном? Упаси Вселенная!
Упоминание тала, очистившего Первый круг от всех инакомыслящих, включая папу, развеселило не только его. Не знаю почему. Может, слишком устали за сегодня, а может быть, в целом, устали от грязных игр действующего звена.
Папа, действительно, ошибся, когда поверил Первородному и покинул Первый Круг, но Симеона послушали и более зрелые тала, те, кто входили в верхушку Совета дольше отца. Глеб говорит, что каждый мыслит в меру своей испорченности. Папа и остальные старцы, что добровольно отреклись от членства в верхушке Совета, дабы решение Второго круга о расформировании Первого вступило в силу, думали лишь о воле своего народа, о судьбах Тала, доверяли друг другу и своим избирателям. Те же, кто обманывал их, изображая солидарность, с целью хитростью очистить верхушку от инакомыслия, вряд ли думали о ком-то, кроме себя. Лишь эгоист не слышит окружающих и продолжает навязывать свои идеалы. Причиняют добро и наносят пользу – это тоже выражение Глеба.
- Они все равно не просуществуют долго, - уверенно кивнула Арга. – Даже если Первый круг будет действовать еще пять-семь лет, это все равно всего лишь пять-семь лет. 
Папа устало выдохнул и потер переносицу:
- И принесут массу вреда за это десятилетие.
- У них практически нет сторонников, - возразила Арга, – чтоб вредить по-настоящему. Будут тормозить законопроекты и инициативы – вот и все.
Тут я с Аргой была не до конца согласна. Хриса вполне мог еще раз проявить свои криминальные таланты, но напоминать об этом вслух не стала, заснуть папе это не поможет. Пытаться предугадать, на кого нацелится сумасшедший старик, - та еще задача! К счастью, нам удалось сохранить в тайне личность отца Тима, да и сам Тим не горел желанием связывать себя со Вторым родом, так что хотя бы за него волноваться не приходилось.
- Надо отправить итэ Анэ сообщение о новом наблюдателе от ОНК, - вспомнила я. – Уррау не слишком щепетильна, следит везде, где только можно. Вдруг получится через нее достать коалицию.
- Точно, - папа кивнул. – Что-то я раскис. 
Арга взглянула на меня:
- Я сделаю. Вам обоим не помешает отдохнуть.
- Да, - теперь настала моя очередь положить ладонь на папину руку. – Ты иди, прими ванную, позвони домой, выспись. Мы еще немного пообщаемся и тоже разойдемся.
- Хорошо.
Он поднялся и тихо удалился, позабыв о добрых пожеланиях на ночь.
- Ему нужен длительный отпуск, - заключила Арга.
- Да. – Я с тревогой смотрела ему вслед. – Давай закажем вина?
Она засмеялась:
- Ты серьезно? У нас еще два дня переговоров! 
- Вот поэтому, - я скорчила нелепую мину, окончательно развеселив подругу. – И так уже ясно, что чтения формальные. Бокал на ночь – в конце концов, мы на Земле. И потом, у меня есть ты – оплот зрелости и здравомыслия.
- Говоришь прям, как Ун-Гэ, - фыркнула Арга. 
Я от души расхохоталась, аж глаза рукой прикрыла и в кресле сползла. Имя, которое она Суру дала, конечно, веселило каждый раз, но не так сильно. Видимо из-за усталости я оказалась особенно восприимчива.
- У тебя все больше человеческих жестов и мимики. Ты знала? – Я имела в виду ее привычку фыркать.
Арга изобразила возмущение:
- Ты сама-то себя в зеркале видела?
- А у тебя ийнэ носит имя древнего воплощения нелепостей, - глупо и абсолютно нелепо парировала я и не менее глупо захихикала. В основном над собой.
- А ты вино пить собралась!
- А ты тоже!
Мы минуты две заливались бессмысленным смехом, пока силы окончательно не иссякли.
- Фу, что-то я утомилась. – Выдохнула Арга. – Сейчас закажу, а то так и будем чушь нести.
- Я ж говорю, оплот.
Потолок над моей головой излучал мягкий рассеянный свет и выглядел идеально гладким.
- Иска сейчас учится, как Глеб в свое время в школе, - внезапно поделилась я своим беспокойством. – А говорил «ты ее энэ, она будет такая же умная, целеустремленная» и все такое прочее, - я передразнила голос Иммэдара. – А в итоге что? А в итоге, права была я. Какой ана, такая ыс.
- Ты его слишком любишь, - на русском проговорила Арга, - так что не лги. Ты гордишься дочерью, потому что она похожа на него. А беспокойство твое базируется на страхе, что она позже пойдет не по его стопам.
Я выпрямилась и взглянула на подругу.
- Думаешь?
Она утвердительно кивнула и взглянула на меня оценивающе:
- Уверена. Давно у тебя не было времени на себя, да?
- Давно. – Я вздохнула. - У меня и секс знаешь, когда последний раз был?
Арга засмеялась, ожидая продолжения.
- Почти три дня назад. И это, не потому что я не хочу или Глеб не хочет, а потому что мы доходим до кровати и отключаемся. Я вчера утром очнулась одетая, а он рядом лежит с рукой у меня под кофтой – грудь мою нашел, и все, мы на этой стадии оба уснули. Как так то? Это не жизнь, это безумие какое-то! 
- Сама выбрала в ийнэ себе землянина. Расплачивайся, - поучительно заключила Арга. – Хочешь жить, как тала, - выбирай тала.
- Мудрейшая… 
Нам принесли вино, прервав на минуту диалог.
- О да! - Арга сделала глоток и отставила бокал. – Вот я знала, на что иду, поэтому теперь, когда меня в семь утра в выходной будят фразой «давай сегодня у тебя есть раб для секса», я сохраняю спокойствие и не стремлюсь кормить своего землянина каким-нибудь успокоительным.
Я удивленно уставилась на нее. Серьезно? Ул так делает? Смех опять душить начал, но я мужественно справилась с приступом, едва вино не расплескала. Арга редко рассказывала подробности своих отношений, а она ведь их строила не с кем-то, а с Суром – сумасшедший дом. Как-то времени не хватало поразмышлять на эту тему. У меня землянин неспокойный, а у нее и подавно!
- Надо было выбирать тала, - меланхолично заключила я.
Арга протяжно вздохнула:
- Согласна.
- А лучше вообще никого не выбирать. Заниматься собой, достигать высот, кормить разум.
Вздох у нее вышел еще печальнее:
- Согласна.
Небольшую столовую вновь огласил наш хохот.
- И как? Нашла применение рабу? – Хотелось узнать концовку. Это же Арга! Парировать глупости она умеет не только эффективно, но и эффектно.
- Да, - спокойно кивнула она, - завтрак готовил. 
Пока я веселилась, на лице у нее появилось такое выражение занятное, какого я еще не встречала. И оно точно относилось не к реальности, а к воспоминаниям. Она задумчиво перебирала бокал пальцами и, прикусив нижнюю губу, с мягким прищуром изучала обивку на подлокотнике моего кресла.
- А дальше? – Это был очень личный вопрос, вопиюще личный, но мне вдруг стало так любопытно!
Она отвлеклась от дум и рассеянно на меня посмотрела.
- Дальше?
- Да, - я кивнула. – Что ты с ним делаешь? Он же не раз это просил?
Арга смущенно усмехнулась:
- Не раз. – Потом неопределенно повела плечом. – Да ничего особенного. Зависит от того, что мне хочется.
  
У меня от удивления рот приоткрылся. 
- А ты? – поспешно сменила ответчика она. – Что у вас? Вы разве так не дел…не играете? Не… Что-то я не знаю, как это называть.
Она окончательно смутилась и рассмеялась. Я тоже почувствовала, как к лицу приливает кровь. Мы о чем-то подобном последний раз говорили пять лет назад, когда она мне призналась, что у них с Суром был почти секс. Это странно, делиться подробностями личной жизни, но почему-то интересно.