"Фантастика 2025-118". Компиляция. Книги 1-20 (СИ)

Алида села на место, пристыженная.
– Тогда зачем ты меня позвал?
– Да так, поболтать. Ты меня забавляешь. – Мел снова дёрнул длинными ушами, а потом вдруг улыбка пропала с его бледного лица, и он посмотрел на Алиду со всей серьёзностью, на какую был способен.
– Я слышал, ты вернулась одна, значит, не смогла сделать то, о чём просил отец.
Алида покраснела и опустила взгляд. Перед Вольфзундом ей хотелось оправдываться, а перед Мелом признавать своё поражение было невыносимо.
  
– Да не в этом дело, я не собираюсь читать тебе нотации!
– Тогда в чём?
Алида старалась говорить ровно, но голос всё равно прозвучал плаксиво, словно она была обиженной маленькой девочкой, которую снова собирались ругать за провинность.
– Ты свободна от того обещания, понимаешь? – вкрадчиво произнёс Мел, будто хотел, чтобы до Алиды лучше дошёл смысл слов. – Раз у тебя не получилось, значит, ты постаралась выполнить свою часть сделки, но потерпела крах. Ты больше не обязана следить за Ричмольдом, не обязана ему помогать. Скажи отцу, чтобы больше не взваливал на тебя такие задания. Попроси сделать то, что он тебе должен. Вряд ли ему есть выгода от того, что твоя бабушка до сих пор заперта в совином теле.
Алида смотрела на него, открыв рот. Конечно, она сама думала об этом по пути в замок, но лишь украдкой, не позволяя себе поверить, что такое возможно. Выходит, Мел сам предлагает ей взбунтоваться против Вольфзунда? Потребовать выполнения его обещания, не выполнив своё? Да Владыка тут же превратит всю её душу в восковую фигуру, а тело выбросит бродяжничать!
– Это невозможно, – выдавила она. – Ты не понимаешь, что говоришь, Мел. Твой разум помутился от беспокойства и ранения. Если я пойду против Вольфзунда, мне конец.
– Тебе конец, если будешь бездумно плясать под его дудку, – фыркнул Мел. – Отец ценит решительность. Будь не такой рохлей, покажи зубы сейчас, иначе он так и продолжит тебя использовать, пока твоё тело не истлеет от старости. А потом найдёт себе новых дурочек, которым запудрит мозги. Иди к нему и потребуй выполнить то, что ты хочешь.
Алиду бросило в жар. Может, в словах Мела есть здравый смысл? Может, так и поступить? Потребовать вернуть бабушке человеческий облик да уйти подальше отсюда, начать новую жизнь. И забыть всё как страшный сон. Но что-то внутри неё было против. Что-то поднялось со дна души, клубясь, как чёрный дым, и затмило искорку надежды, вспыхнувшую было в сердце.
«Ты лишишься покровителя. Кто ты без расположения Владыки? Не смей сбегать от него. Будь рядом, и он сделает тебя сильной, такой, какой ты никогда не станешь сама. Будешь сильной, сильной…»
– Хватит! – выкрикнула Алида. Шёпот в её голове затих, словно его и не было. В груди пекло огнём, а ноги, наоборот, стали едва ли теплее ледышек. Девушка обхватила себя руками и вздрогнула.
– Опа, – подал голос Мел, обеспокоенно выглядывая из-за горы подушек. – Так вот чей разум помутился, а всё на меня валишь. Мухоморов по дороге не ела?
– Не смейся надо мной, Мел, – попросила Алида. – Я не всегда понимаю, что со мной происходит. Иногда бывает очень холодно, будто на дворе зима, а потом грудь жжёт пламенем и такая злоба накатывает… я… я даже… – Она вспомнила, как хладнокровно убила птицу, и горло сдавило спазмом.
– Прости, – немного помолчав, сказал Мел. – Платочки в ящике, если нужно.
Алида послушно подошла к тумбочке, достала из ящика платок и шумно высморкалась. Мел снова завозился на постели.
– Ну, так вот. Я, между прочим, не закончил.
Алида подняла на него покрасневшие глаза и вздохнула.
– Эй, не смотри на меня так, иначе я почувствую себя извергом. И как отец это выносит? В общем, слушай. На этот раз у меня есть для тебя задание.
Алида застонала и упала в кресло.
– Ты даже не дослушала! – возмутился Мел. – Ничего сложного! Ты просто найдёшь Лиссу и вытащишь её из дома этой чокнутой бабки. Идёт?
– Просто соберу Манускрипт, просто помогу Чернокнижнику, просто найду Лиссу, – развела руками Алида. – Вот интересно: какие же задания у вас, альюдов, считаются сложными?
Мел пропустил её тираду мимо ушей.
– Да это легко, чего ты. Не надо тащиться на край света. Она всего-навсего в Авенуме, Алида! Не усложняй. Я бы сам давным-давно справился, если бы не заклятие, наложенное на дверь. К тому же Лисса тебя любит и не испугается, когда ты влезешь в окно. Ну, или испугается, если ты будешь смотреть на неё так же, как на меня сейчас. Пожалуйста!
Алида покачала головой. Нет уж, больше в игры альюдов она не играет. К тому же неясно, что Мел предложит ей взамен. Но, с другой стороны, Лисса была её подругой, и если она действительно в беде, а Вольфзунд не собирается ей помогать…
Дверь распахнулась, Алида резко обернулась и застыла с восторженным выражением лица.
Первой в комнату вошла Симониса, одетая в простое дорожное платье и с плетёной ивовой корзиной в руках, полной ароматных трав. Огненные кудри чаровницы волной стелились по плечам и спине, яркие глаза сверкали, как капли росы на траве. За ней вошёл Вольфзунд и прикрыл за собой дверь. Он равнодушно скользнул по Алиде взглядом, будто она была ещё одним предметом мебели.
– Здравствуйте, – пролепетала Алида, не сводя глаз с Симонисы.
– Привет, птичка, – улыбнулась чаровница. – Прости, но тебе нельзя смотреть, как я колдую над сыном господина. Не обижайся.
Алида разочарованно опустила плечи. Внезапно Вольфзунд сжал её локоть пальцами и стащил её с кресла. Алида сама не заметила, как оказалась в коридоре. Тяжёлая дверь закрылась перед самым её носом, запирая всё колдовство, которое должно было свершиться за ней.
Алида вздохнула и, постояв ещё немного, пошла искать Мурмяуза и птиц. Надо скорее добраться до своей комнаты, чтобы в одиночестве подумать над всем, что сказал ей Мел.
  
Глава 12,
 
в которой всё труднее противостоять тому, что внутри
 
Звёзды густо испещрили чёрный небосвод: он будто покрылся инеем и сиял, маняще и загадочно мигая огоньками созвездий. Голые, лишённые коры и листьев узловатые ветви мёртвых деревьев, похожие на вздувшиеся вены на руке великана, тянулись вверх, словно хотели обхватить небо и задушить его в объятиях.
Трава под ногами хрустела, скованная холодом. Чернокнижник шёл быстро, изо всех сил стараясь не смотреть вверх. Звёзды глядели на него будто с укоризной, и ему стоило изрядных усилий не бросить им в ответ хотя бы мимолётный взгляд. Он знал, что воспоминания далёкой прошлой жизни обрушатся на него, стоит ему взглянуть на знакомые созвездия.
Тишина стояла такая, что звенело в ушах. Не кричали ночные птицы, не стрекотали кузнечики и сверчки, не переговаривались лягушки. Даже ветер не шелестел листьями – мёртвые деревья давно лишились своих одеяний и стояли голые, белёсые, словно скелеты существ, по колени увязших в густой болотистой земле.
После того как он открыл книгу, окрестности сковал холод: не слишком студёный, но всё же неприятный, и Чернокнижник никак не мог согреться. Особенно стыли руки, и когда он пытался их согреть, потерев друг о друга, от кончиков пальцев отлетали яркие вспышки серебристого света, похожие на крошечные молнии.
Он шёл уже довольно долго, сам не зная, чего ищет. Мёртвый Лес был полон сил, тёмных и недобрых, и они, закручиваясь серебряными вихрями, оседали на полах плаща, цеплялись к сапогам, а самые отчаянные забирались на плечи и гладили лицо бесплотными ледяными пальцами.
  
Тропы через лес не было. Болотистая, мягкая, чавкающая под ногами земля сменялась твёрдыми переплетениями древесных корней. Между бледными стволами зияла тьма. Он устал, хоть и старался не признаваться себе в этом. Без книги сумка стала легче, но астролябия неприятно оттягивала шею. Чернокнижник раздражённо сорвал бесполезный прибор, порвав цепочку, и зашвырнул в лысые заросли багульника. К чему она сейчас, когда магия сама плывёт ему в руки?