"Фантастика 2025-118". Компиляция. Книги 1-20 (СИ)

– Мелдиан, помолчи, – осадил его Вольфзунд. – Думается мне, это их рук дело. А люди? Уже знают?
– Да, хозяин, – отозвалась Кемара. – В столице зазвонить кракелы, все перепугаться и устроить переполох, а потом… потом все заметаться, прийти много стражи, но люди не успокоиться. Все волнуются, покоя больше нет.
– Грабежи, разбой, паника – всё из-за того, что стадо овец лишилось пастуха. Которого, по сути, и не имело… – задумчиво протянул Вольфзунд и отпил вина. – Занятно. Это ценные новости. Спасибо, Кемара. Ты неплохо поработала. Можешь идти.
  
Кемара просияла и, поклонившись на прощание, побежала в сад. Мел кашлянул, чтобы привлечь внимание отца, и Вольфзунд, моргнув, наконец-то посмотрел на сына.
– Ты тоже можешь отправляться по своим делам, Мелдиан. Мне нужно кое с кем поговорить. Но делай только то, что точно меня не разозлит.
Он встал из-за стола, но Мел схватил его за запястье, не позволяя уйти.
– Мы не договорили! – возмутился он. – Ты слышал, что творится в городе! Там теперь совсем не безопасно! Да и твой купец что-то не торопится в Птичьи Земли. Я еду за Лиссой, слышишь?
Вольфзунд дёрнул рукой, но Мел впился в отцовское запястье изо всех сил. Они снова встретились взглядами, словно воины, скрестившие мечи. Мелу показалось, будто он даже слышит звон стали о сталь.
– Ты похож на меня больше, чем думаешь, – покачал головой Вольфзунд и опустился на место. – Только ты уже знаешь, чем для меня закончилось противостояние с отцом.
– Знаю. Но ты не похож на своего отца, правда? Значит, ты понимаешь меня лучше, чем он понимал тебя.
– С одной лишь разницей, Мелдиан. Он заботился о себе. А я – о тебе. Поэтому ты знаешь мой ответ. И отпусти, пожалуйста, мою руку.
Мел разжал пальцы и хмуро посмотрел на Вольфзунда. Спорить с ним сейчас бесполезно, это видно по ожесточившемуся лицу. Значит, остаётся одно: изобразить покорность и послушание. Но только изобразить.
– Ты прав, отец, – сказал Мел, чуть прижав уши к голове. – Мне нечего делать в городе. Если можешь, передай Хьёльду или Ленарду, чтобы при случае забрали Лиссу. Понимаешь, мне будет спокойнее, если она покинет Авенум.
Вольфзунд посмотрел на него, словно пытаясь определить долю искренности в словах сына, но, видимо, удовлетворившись его покорным видом, кивнул.
– Я им напишу. Сим и Магрет тоже где-то неподалёку, занимаются кое-чем… Не беспокойся, Мелдиан. Я позабочусь, чтобы с твоей подругой ничего не случилось.
Мел улыбнулся довольно сдержанно, стараясь не выдать свою радость. Он с наигранной беззаботностью встал с места, оправил рубашку и сказал:
– Спасибо, отец. Я знал, что ты меня поддержишь.
Коротко поклонившись, он сбежал по ступеням в сад и свернул на аллею из сливовых деревьев. При свете дня и правда опасно появляться в небе на летающем коне, но ночью чёрный силуэт вряд ли заметят. Мел ухмыльнулся, радуясь своему плану. Надо будет сказать Элли, чтобы говорила всем, будто молодой хозяин слёг с жестокой мигренью. Тогда даже мать пожалеет бедняжку и не побеспокоит до самого утра.
* * *
Небо на западе окрасилось в золотисто-лиловый, как недоспелая слива, покрылось капельками редких звёзд, а потом подёрнулось мутной зеленовато-серой пеленой, и туман начал подниматься из низин, запутываясь в верхушках деревьев и повисая на ветках, похожих на гнёзда гигантских пауков.
Мел торопливо пробрался к конюшням, стараясь держаться поближе к стенам. На белоснежные крылья, которые могли выдать его в темноте, он предусмотрительно набросил тёмно-синий плащ.
В башенке конюха Дерва тепло горела лампа, из приоткрытого окна тянуло супом. Мел ухмыльнулся и вошёл в конюшню. Лошади зафыркали в темноте, почуяв его, но скоро узнали и успокоились. Мел зажёг фонарь и прошёл, шелестя, по устланному соломой полу, к дальнему стойлу, где отец держал своих любимцев.
Аргус, Кест и Ройос потянулись к нему мордами, и Мел погладил каждого по мягкому носу.
– Добрый вечер, ребята. Конечно-конечно, я не с пустыми руками. Вот, держите.
Мел угостил всех трёх волшебных коней сахаром, потом снял со стены седло и набросил его на спину Аргуса, самого быстроногого и ловкого из трёх отцовских коней. Конь довольно всхрапнул, предчувствуя приятную прогулку, а остальные двое возмущённо зафыркали и замахали хвостами, разочарованные, что их с собой не берут.
Мел вывел Аргуса наружу, провёл через сад, выбирая самые укромные уголки и от всей души надеясь, что конь не заржёт в самый неподходящий момент. Было так тихо, что цоканье копыт по дорожке казалось Мелу настоящим грохотом. Он то и дело оглядывался на замок: не следит ли кто? Не загорелся ли свет в ещё одном окне? Но чёрная громада беспристрастно взирала на него тёмными витражами окон, и замку не было никакого дела до того, что происходит снаружи.
Мел подвёл Аргуса к краю скалы и запрыгнул в седло. Конь нетерпеливо затоптался на месте, готовый в любой момент сорваться в пропасть, навстречу будоражащему простору. Тёплый вечерний ветер принёс со стороны рыбацких деревень запахи дыма и крестьянской еды. Отсюда огни далёких домов сияли, как волшебные звёзды, так никем и не собранные после звездопада.
Мел потрепал Аргуса по загривку и обернулся.
В сумерках, между кустами сирени, белела беседка, а в беседке виднелась женская фигура. Мел нахмурился. Как долго мать за ним наблюдает? И поняла ли, что он замыслил? Но Перинера, заметив замешательство сына, поднялась на ноги и махнула ему рукой. Мел моргнул, не веря своим глазам. Она не позовёт Вольфзунда? Не расскажет отцу, что он без позволения взял волшебного коня? Не попытается его остановить? Перинера махнула снова, и Мел понял: она позволяет ему сделать то, что он задумал. Он кивнул матери, не будучи, впрочем, уверенным, что она это заметит.
Аргус встал на дыбы и пустился вскачь, бросившись прямо со скалы. По воздуху он мчался даже быстрее, чем обычные кони по земле, и Мел широко улыбнулся, подставляя лицо ветру и чувствуя, как в груди разливается радость.
Они молниеносно пересекли влажные заболоченные поля, отделяющие гору от пригорода, и Мел направил Аргуса правее, чтобы пролететь вдоль южных границ Биунума, не попадаясь на глаза большому количеству людей. Прямо перед ними над горизонтом повисла яркая звезда, и Мел посчитал её ясный серебристый свет хорошим знаком.
Он снова мысленно перебрал все те скудные сведения, которые сообщила ему Лисса в своей сумбурной записке. Вокзал. Деревянный дом. Странная старуха. Больше похоже на бредовый сон, чем на правду. Ну, ничего. Он что-нибудь придумает по пути. Мел убедился, что Аргус скачет уверенно и плавно, и переложил поводья в одну руку. Он нащупал на шее цепочку и вытянул из-под рубашки компас, стащенный из отцовского кабинета. Конечно, астролябия тут справилась бы лучше, но и компас сойдёт, на худой конец. Мел встряхнул прибор в руке. Синяя стрелка закрутилась, как сумасшедшая, явно не понимая, чего от неё хотят. Мел подозревал, что компас может растеряться, ведь после уничтожения Манускрипта волшебство растеклось по воздуху, как пар от нагретого молока. Но он надеялся, что компас всё-таки обнаружит Лиссу с её врождённой магией древунов. К тому же у неё было его перо, которое определённо обладало частичкой волшебства.
Покрутившись ещё немного, стрелка медленно переползла справа налево и остановилась, указывая прямо, на самого Мела. Мел потряс компас, но стрелка замерла, упрямо указывая на альюда. Он выругался настолько витиевато, насколько хватило фантазии, и вдавил пятки в бока Аргуса. Конь заржал и пустился по воздуху во всю прыть.
  
Внизу проплывали пригородные посёлки, из печных труб вился дымок: в уютных домишках люди готовили поздний ужин. Правее виднелись шпили и крыши Биунума, поблёскивающие в свете бледной сонной луны.
То, что компас не оправдал возложенных надежд, здорово вывело Мела из себя. Теперь придётся как-то искать старухин дом самому… Он пожалел, что не послал Лиссе ответное письмо. Может, она смогла бы подать ему какой-то знак из дома. Он хмуро пригнулся к широкой спине Аргуса и плотнее запахнул плащ. На высоте было гораздо прохладнее, чем внизу, и пальцы у него начали мёрзнуть.