"Фантастика 2025-118". Компиляция. Книги 1-20 (СИ)

Мел нетерпеливо поёрзал на стуле, но спросить первым не решался. Лучше, если отец увидит, что он умеет проявить выдержку и ведёт себя как настоящий взрослый альюд.
– У тебя такое лицо, будто тебе налили лимонного сока вместо вина, – произнёс Вольфзунд и откинулся на спинку стула. – Учись владеть собой, Мелдиан. Зачем ты показал мне эту милую записочку?
Мел дёрнул ушами. Что отец хотел от него услышать? Он же сразу всё понял, так зачем спрашивает? Мел выпрямил спину, аккуратнее сложил крылья и непринуждённо взял в руку бокал. Вольфзунд едва заметно улыбнулся.
  
– Лисса застряла где-то в Авенуме, – осторожно сказал Мел и пригубил вино.
Вольфзунд изобразил на лице вежливое недоумение.
– Я это уже понял. И что с того? Уверен, не стоит делать из этого трагедию.
– Если она решила написать, значит, всё серьёзно, – заупрямился Мел.
Вольфзунд фыркнул.
– Девушкам только дай повод. Знаешь, сколько глупых писем написала мне твоя мать? «Ах, сегодня рассвет был похож на розовый бок яблока», «Небо плакало с самого утра, как брошенная возлюбленная», и всё в таком духе. Ей скучно, Мелдиан. Вот и решила поиграть.
– Нет, – покачал головой Мел. – Лисса не пустоголовая девчонка. Она не стала бы писать, не будь нужды. Ты сам слышал, что люди пытались убить своего короля. Что, если на этот раз у них получилось? В столице может быть опасно. Вдруг поднялись бунты? Тебе ли не знать, с каким кровожадным наслаждением люди развязывают войны? Им только дай повод, и они с радостью вцепятся в топоры, сорвут со стен мечи, вытащат из хлевов вилы, чтобы рубить, сечь и дырявить друг друга.
– Человеческие женщины не участвуют в войнах, – пожал плечами Вольфзунд. – Тем более Лисса – не жительница Авенума, она даже не гражданка Земель Короны. Ей нечего бояться. Расслабься. О, Элли, как раз вовремя, спасибо, милая.
Служанка принесла поднос с мясными рулетами и маслинами. Мел задумчиво проводил взглядом еду, но не положил себе ни кусочка.
– Превосходно, – промурлыкал Вольфзунд, откусывая от рулета. – Благодарим, Элли, можешь быть свободна. Так о чём мы там говорили, сынок?
– Война – это не только сражения армий, папа, – сказал Мел. – Это сожжённые города, разрушенные дома, покалеченные души. Я не хочу, чтобы Лисса это видела. Я хочу, чтобы она скорее попала домой. К себе или к нам.
– Ты видел всего одну войну на своём коротком веку, а она произвела на тебя такое неизгладимое впечатление, – прищурился Вольфзунд. – Для того, кому предстоит жить вечность и дольше, ты слишком милосерден. Это пройдёт. Я тоже был таким в твоём возрасте.
Мелу уже плохо удавалось скрывать своё раздражение. «Дерзить пока нельзя, – сказал он сам себе. – Терпи. Прояви сообразительность».
– Отец, – сказал он твёрдо. – Позволь мне взять лошадей. Я быстро, только заберу Лиссу с Диньяной и вернусь обратно. Никто меня не увидит. Если получится, я даже одолжу у Алиды зачарованный плащ для пущей безопасности.
Вольфзунд вскинул руку и замотал головой. В груди у Мела похолодело, будто сердце обернулось камнем.
– Нет, не стоит отвлекать Алиду и Чернокнижника. У них куда более важная цель, чем у тебя. Они заботятся не о себе, а обо всех нас. Если хочешь, оденься бедняком и возьми Сальвию, эта лошадка достаточно стара, чтобы сойти за крестьянскую клячу. Посмотри, что там в городе, раз тебе так интересно. Но я всё равно не советую тебе покидать замок, пока Магистры не успокоятся.
– Я имел в виду летающих лошадей, – мрачно произнёс Мел. – Не строй из себя идиота. Ты давно уже понял, что я хочу.
В глазах Вольфзунда мелькнуло что-то, очень похожее на гнев, но тут же погасло, словно искра, вылетевшая из костра и угасшая в черноте ночи. Он отставил бокал в сторону и чуть отодвинул от себя тарелку с едой.
– Этого не может быть. Я никогда не позволю тебе рисковать собой и моими лошадьми ради смертной девочки, с которой ты знаком пару месяцев. Этого не будет никогда. Ты меня услышал?
Мел хмуро уставился отцу в глаза. Ему никогда не удавалось переглядеть Вольфзунда: через несколько секунд становилось жутко, словно ледяной колодец затягивал его на самое дно. Но в этот раз нужно продержаться дольше. Пора показать, что он тоже чего-то стоит. Показать свою силу.
Вольфзунд неожиданно рассмеялся, и Мел растерянно заморгал, чувствуя себя глупее некуда. Отец щедро плеснул себе вина и выпил одним глотком, будто это внезапное веселье иссушило его горло. Мел ощерился, как обиженный щенок, и отодвинул свой стул чуть дальше от стола.
– Видел бы ты себя сейчас, – весело ухмыльнулся Вольфзунд. – Ни дать ни взять волчонок, оскаливший зубы на вожака. Стремление – это похвально. Только не бери на себя больше, чем можешь вынести. Вожак – я, и собираюсь оставаться им ещё долго. Своё слово я уже сказал. Ты никуда не едешь. И мои Ходящие по воздуху кони тоже никуда не скачут. Ты меня понял, малыш?
Вольфзунд перегнулся через стол, чтобы потрепать непослушные вихры сына, но Мел увернулся от отцовской руки.
В небе застрекотала сорока. Мел запрокинул голову и увидел, как к ним летит Кемара. Отец нахмурился. Белоголовая сорока, их верная городская шпионка, приносила только важные вести. Значит, весь город гудит о чём-то…
О покушении на короля отцу рассказал Хьёльд. Он отвёз Лиссу и Диньяну в Авенум, а сам скоро вернулся с вестями. По мнению Мела, Хьёльд как-то уж слишком быстро поспешил убраться по каким-то своим делам. Он решил сначала, что неплохо бы присмотреть одним глазком за старшим альюдом, но потом рассудил, что отец сам разберётся во всём лучше него.
Вольфзунд нетерпеливо взмахнул рукой, и птица, ещё не успев приземлиться, обернулась девушкой и немного неуклюже упала на мраморный пол террасы. Мел поморщился и постарался наградить её сочувствующим взглядом, но Кемара даже не взглянула на него.
– Окэлло, – встревоженно начала она, пытаясь пригладить растрепавшиеся волосы. – Может быть, вы уже знать… В городах только об этом и говорить… Если вы смотреть в амулет, вы видеть то же, что и я.
Вольфзунд нахмурился и подался вперёд на стуле. Мел повесил заострённые уши: Кемара появилась не вовремя и теперь отцу трудно будет вернуться к их прошлому разговору.
– Давай к делу, – поторопил девушку Вольфзунд.
Кемара наконец прекратила без конца теребить светлые пряди и, потерев руки так, будто они замёрзли, произнесла:
– Король Гиорт умер.
Мел рассерженно фыркнул. Он сам только что пытался сказать Вольфзунду что-то подобное. Отцу нет никакого дела до вечно суетящихся смертных. Помер один король, придёт другой, так было всегда. Не успеешь запомнить имя, как король умирает… Сорока только тратит время их разговора. Он собирался высказать Кемаре всё в лицо и отправить её обратно, клевать абрикосы в садах, но заметил, что отца эта новость заинтересовала. Он медленно откинулся на спинку стула, а взгляд у него стал таким, что Мел сразу понял: в его голове одновременно вспыхивает столько планов и помыслов, что хватило бы на целое население какого-нибудь человеческого городка.
– Это точно? И кто его убил? – спросил он.
– «Слёзы Тумана», господин. Его убить «Слёзы Тумана», – ответила Кемара.
Мел приоткрыл рот от изумления. Кто сумел изготовить «Слёзы Тумана» в городе? Рецепт этого яда издревле охранялся альюдами и древунами, а людям никак не удалось бы узнать секрет смертельного зелья. Яд нужно использовать только свежеприготовленным, ведь хранить его без волшебства невозможно. Но кто? Хьёльд? Симониса? А может, даже сама Лисса? Но зачем?
– Любопытно, – бесстрастно произнёс Вольфзунд. – И что наши почтенные друзья из Библиотеки?..
  
– Не знаю, – потупилась Кемара. – Я не выяснять, я сразу лететь к вам. Вы… вы же не злитесь?
В глазах Кемары промелькнул такой ужас, что Мелу стало её жалко. Отец так запугал несчастных шпионок, что они готовы из кожи вылезти, лишь бы не получить последнюю, третью метку.
– Ой, да расслабься ты, – сказал Мел, желая подбодрить девушку-сороку. – Не такое уж он и чудовище. Вот люди – те уже давно сожгли бы тебя и твоих сестриц на общем костре. А папа разрешает ошибиться. Трижды. – Он широко и, как ему казалось, приветливо улыбнулся, но Кемара почему-то побледнела сильнее и испуганно всхлипнула.