"Фантастика 2026-66". Компиляция. Книги 1-31 (СИ)

— У меня останешься, — погладив ее по волосам, которые и правда пахли сгоревшим мясом, ответил Вяземский. — Ну что, не передумала еще зазеркалье смотреть, или домой пойдем?
— Теперь точно посмотреть хочу. У тебя так каждый раз?
— Нет, иногда без стычек обходится. Ладно, пойдем на обещанную экскурсию, гора трупов тебя не смущает?
— Если через нее лезть не придется, то нет.
  
— Тогда через главный вход. Кстати, познакомься это временный глава анклава потеряшек Иван Холодов, по прозвищу Холодный, глава местной армии и безопасности.
— Ольга, — представилась Бушуева.
— Очень приятно, — кивнул Иван. — А теперь прошу меня простить, мне нужно делами заняться, как сказал Дикий, я тут теперь за главного. Вы можете бродить, где заблагорассудится, главное вернуться до темноты. Хотя, о чем я? Он же ходок, любое зеркало в любой квартире сойдет.
Радим кивнул и, взяв Ольгу за руку, пошел к выходу.
— Ох, — только и сказала Бушуева, увидев кучу трупов высотой в три ее роста, к которой волокли новые и новые тела. — Сколько же тут народу полегло?
— Пока восемьдесят насчитали, — бросил мрачный мужик, стоящий у дверей. — И это только чужаки, наших отдельно сложили, замучаемся могилы копать. А ты кто такая? Его знаю, ходок это, видел, когда он Зануду забирал, а вот тебя первый раз вижу.
— Она со мной, — немного резче, чем нужно, ответил Вяземский. — Обзорная экскурсия.
— Ну-ну, — хмыкнул мужик, — любуйтесь.
— Пошли, — беря Ольгу за руку, произнес Радим, — нечего на этот курган смотреть. Покажу, что из себя представляет зеркальный мир.
— Да вроде и так вижу. Это зеркальные фантомы, про которые ты говорил? — указывая на полупрозрачные фигуры и машины, поинтересовалась Бушуева.
— Они самые, — проходя через призрачную женщину с коляской, ответил Радим.
— Как они тут живут? — мотнула головой в сторону потеряшек, которые катили на тачке очередную пару трупов.
— Привыкают. Это тебе в глаза бросается, а я даже не обращаю внимания. Единственный недостаток — маячат на краю периферийного зрения, отвлекает, и звуковое эхо раздражает. Кажется, что кто-то за спину заходит, вот и приходится башкой вертеть, проверять, фантом это или злобная редиска.
— Унылое место, — примерно через полчаса подвела итог Ольга. — Фантомы эти, звуки живого мира и отсутствие красок, черное и белое.
— Это да, — подтвердил Вяземский, — только живое краски имеет, например волосы, еще золото и камни драгоценные, типа изумрудов и рубинов, а вся одежда тут же черно-белая становится. И черные деревья с травой раздражают.
— Смотри, — вдруг вскинув руку и указывая в небо, выкрикнула Ольга.
Радим быстро посмотрел в указанном направлении, он сразу понял, что так заинтересовало девушку, подобное он и сам видел впервые, но прекрасно знал, что это такое. Пробив серую непроглядную муть, прямо у них над головой падала самая настоящая звезда. Яркая точка, оставляющая огненный росчерк, превращающийся в инверсионный след, пронеслась над домами и рухнула где-то среди высоток. Никакой взрывной волны, яркой вспышки, разрушений и пожаров, просто где-то упал кусок миродита.
— Здорово, — восхитилась Ольга. — Пошли, метеорит искать? Это же здорово, найти камень из другого мира, ни у кого такого нет, метеориты и так редкость, а тут такое.
— Это не метеорит, это миродит, — пояснил Вяземский, — зеленоватый артефактный металл, как тот, из которого сделан меч, рукоять которого торчит из моей сумки, очень дорогой — сто грамм стоит примерно триста тысяч. Во всяком случае, в московском отделе есть кузнец по прозвищу Гефест, который кует оружие с его добавлением, мой кукри как раз он делал. Не знаю, есть ли у него применение в других отраслях, но его в наш мир попадает не слишком много, это большая ценность.
— Этот меч стоит несколько миллионов?
Радим вытащил из сумки трофей и развернул тряпку, в которую замотал его, посмотрел на цвет, на руны, выполнены хорошо. Вообще, оружие ему нравилось, хотя его не учили с подобным работать. Это все же меч, а не нож, совершенно иной стиль боя и фехтования. Он вытащил из кобуры кукри и показал оба оружия рядом.
— В моем тесаке примерно граммов сто-двести, при весе железа восемьсот пятьдесят. Задача артефактного металла — укрепить обычную сталь, чтобы он смог выдержать нанесение рун. На нож, как у тебя, нанесено всего три. Две на клинке — на пробитие, и одна на рукояти — на поиск гостей. У меня же куда как больше. А этот клинок, — он качнул мечом, — чуть ли не пятьдесят на пятьдесят сделан. Весит он полтора кило, может, чуть больше,ну а дальше сама прикинь, какова его цена.
— Если в нем восемьсот граммов миродита, — быстро сосчитав в уме, выдала Ольга, — то этот кусок железа стоит как мой кореец, на котором я езжу.
— Примерно так, — согласился Вяземский.
— Пойдем искать упавший слиток, — с азартом предложила Ольга.
Радим покачал головой.
— Не пойдем, бесполезно. Во-первых, нужен специальный артефакт, типа миноискателя, у меня такого нет, хотя планирую обзавестись. А во-вторых, это опасно, двойников мы проредили, людям Ивана с их потерями тоже не артефактного металла, но еще есть местные, и просто те, кто слоняются по зеркальному миру и живут с добычи миродита. Так что, нет. Да и возвращаться пора.
Ольга кивнула.
— Ты прав, да и устала я.
Радим взял ее за руку, и тут ощутил на себе чужой взгляд, тяжелый взгляд, полный злобы, и этот взгляд не сулил ему ничего хорошего, и пора было сваливать. Развернувшись, он увидел, что путь отрезан, прямо посреди дороги стоял человек, судя по фигуре, женщина в добротной одежде, высокие сапоги, длиннополая куртка, лицо скрыто глубоким капюшоном. Это ее Радим видел на крыше, наблюдающей за штурмом и его провалом, но тогда было далековато, разглядеть хорошо не смог, а вот сейчас их разделяло шагов двадцать.
— Зеркальная ведьма Виара приветствует зеркальщика Радима, по прозвищу Дикий, — раздался из-под капюшона хриплый женский голос. — Сейчас я пришла говорить. Согласно традиции я здесь, чтобы ты узнал, что тебя ждет.
— Говори, я слушаю, — ответил в той же манере Вяземский и почувствовал, как стиснула его руку Ольга, ей было страшно.
— Ты умрешь, — выдала сакраментальную банальность незнакомка в капюшоне, — но по нашим правилам ты должен быть извещен о том, что я начала на тебя охоту.
— И чем я заслужил подобную честь? — поинтересовался Радим, следуя золотому правилу, узнавать, как можно больше.
— Ты убил одну из старших зеркальных ведьм, Анею. Ковен признал, что ты в своем праве, но я нет, это моя месть. Я знаю, что с тобой были еще двое, их судьба так же предрешена. Они еще ходят, дышат, но уже мертвы. И еще, умрете только вы трое, никто из посторонних, вроде этой женщины, что сейчас смотрит на меня с ужасом, цепляясь за твою руку, не пострадает.
— Насчет последнего, хорошо. Я принимаю твой вызов, но Анея свой приговор честно заработала. Почему ты пошла против воли старших?
— Она была моей матерью, — Виара скинула капюшон
Ну, что сказать? Они были похожи — глаза, черты лица. На вид ей лет тридцать, но это ничего не значило. Анея была старшей, и ей было далеко за сотню лет, а выглядела она на сорок.
— Ты умрешь не сейчас, я сама решу, когда. А теперь я ухожу, если ты, конечно, не хочешь меня атаковать.
— Иди, — разрешил Вяземский, — я не трону тебя сейчас. И прими совет, откажись от своей мести, живи собственной жизнью, иначе придется убить тебя так же, как твою мать, которая нарушила закон.
— Это неважно, — произнесла Виара и стала таять прямо на глазах, такого Радим еще не видел. Она превратилась в темное облачко размером с голову, которое поднялось к небесам и растаяло в серой мгле, служившей зеркальному миру небом.
  
— Это не блеф, — с плохо скрываемым испугом прокомментировала Бушуева.
— Это уж точно, — ответил Вяземский, — нужно Лихача с Ломом предупредить. Хотя, скорее всего, к ним она тоже заглянет, таковы правила игры. В принципе, это местный дуэльный кодекс, вернее сказать, охотничий. Ладно, пошли домой, нагулялись. Интересно, как она меня нашла? Ведь неслучайная встреча, почувствовала, что я в зазеркалье явился? Если так, то это сильно осложнит мне жизнь.