"Фантастика 2026-66". Компиляция. Книги 1-31 (СИ)

Вилен отложил записку и нахмурился. Он не надеялся прочитать что-то иное, всё было так же, как и везде: обезумевшие люди, пытающиеся выжить. Его очень интересовал вопрос – удалось ли пэпээсникам уйти? Ильич обошёл здание, пустые гаражные боксы, несколько поваленных секторов забора.
– Похоже, прорвались, – подвел он итог. – Интересно, куда они подались и получилось ли у них уцелеть?
  
Пепел предостерегающе гавкнул в сторону парка. Вилен напрягся, вскинув автомат, – в деревьях что-то двигалось.
– Отходим, – скомандовал он и начал медленно пятиться.
До штаба оставалось ещё два десятка метров, когда в проломы забора хлынула волна зверьков размером с крысу. Их было так много, что даже не имело смысла стрелять. Всё равно, что камешек в прибой кидать. Пепел, не дожидаясь приказа, рванул и одним прыжком заскочил в здание через разбитое окно. Вилен мгновение медлил, после чего помчался следом, на ходу сбрасывая рюкзак. Он успел в последний момент. Забросив своё имущество в окно, парень подпрыгнул и лёг грудью на подоконник, подтянулся и забрался внутрь. Одна из тварей совершила героический прыжок и успела вцепиться пастью, полной зубов, в его ботинок. Но жёсткая кожа оказалась ей не по зубам. Вилен достал «Гюрзу» и, аккуратно прицелившись, выстрелил. Тяжёлая пуля, пробивающая средний бронежилет навылет с пятидесяти метров, разнесла зверька в клочья. Вся территория до забора была покрыта ковром тварей. О том, что удастся выбраться этим путём, и речи не шло, сожрут моментально. Чтобы пройти, нужен огнемёт, причём не ручной типа «Шмеля», а ранцевый, который на полсотни метров струю напалма выплевывает.
Вилен спрыгнул внутрь и осмотрел помещение. Маленькая бытовка, в которой стоял одинокий стол и металлический шкаф, дверь закрыта. Ильич подергал ручку, заперто. Мощный удар ногой – открыто.
– Пепел, хватит лаять, давай за мной.
Пёс, стоящий на задних лапах у окна и облаивающий крысоподобных тварей, последний раз гавкнул и пошёл следом за Виленом.
В дежурке было спокойно, выход на улицу чист. Твари умели переть только напролом, такое понятие, как обходной манёвр, в их маленьких мозгах не укладывалось. Уже больше двух недель Вилен провёл в этом мире и усвоил одну истину – самый опасный противник – человеческий мутант, все прочие твари были куда примитивней. Например, большие крысы могли далеко прыгнуть, но их легко сбить в прыжке, поскольку твари, пока летели, представляли собой классическую «тарелочку» со стрельбища. Другие брали скоростью, третьи – силой, но все они не умели думать – сплошной голый инстинкт, а на нём далеко не уедешь, особенно если твоим противником является хорошо подготовленный боец.
Ильич с Пеплом быстро перебежали плац, миновали ворота и рванули через площадь к разваливающимся от времени панельным девятиэтажкам. Задерживаться рядом с таким количеством хоть и мелких, но шустрых тварей было не с руки. Город, как и все, через которые он прошёл, был мёртв. Но если остальные погибли быстро, то этот явно какое-то время жил.
А вот что Вилену не понравилась, так это новенькая гильза под винтовочный патрон, лежавшая посреди дороги. Вилен поднял зеленоватый цилиндрик и понюхал его. Порохом уже не пахло, но гильза могла лежать здесь как пару дней, так и пару недель. Судя по чистоте, по-любому не больше недели. Вывод? Вывод прост – здесь кто-то живёт или проходил, как и Вилен, из пункта А в пункт Б. Конечно, здесь уже могли появиться уголовники. Ильич успел догадаться, что портал теперь открывается не только в «его» лес, но и в любой другой точке. Похоже, за это время детище Валеры Рябова довели до ума. Теперь «соотечественников» можно было встретить где угодно, вот только Вилен не слишком жаждал этих встреч, во всяком случае, пока что. Но что-то ему подсказывало – тут стреляли не они. Манеру ведения боя зэками Вилен уже видел, им нужно выпустить максимум пуль в надежде, что через этот ливень никто не пробьётся. Здесь же был другой почерк – один-единственный выстрел с большой дистанции с поражением. Что говорило о профессионализме стрелявшего.
Ильич вскинул автомат и начал разглядывать в оптику ближайшие дома. Если стрелок по кому-то бил, значит, можно было попробовать определить цель. Пёс тоже забеспокоился и, замерев на месте, вертел мордой. Пять минут Вилен разглядывал всё, до чего могла дотянуться оптика. Центральная улица города, по сторонам за густыми деревьями возвышаются дома, которые скоро сами собой развалятся без надлежащего ухода. Крыши давно прохудились, вода залила всё до подвалов, стены мокрые, ближайшей зимой их может просто разорвать из-за резкого перепада температуры.
Как ни странно, Вилену удалось найти место, куда попала пуля, выпущенная из винтовки.
– Пепел, за мной, – скомандовал он псу и направился к высокому тополю, росшему метрах в двухстах.
С тех пор как человек уступил место природе, прошло много лет. Давно не подрезаемые деревья порвали электрические провода на фонарных столбах. Тополь был большим, не меньше метра в обхвате и около пятнадцати в высоту. Ильич провёл рукой по лишь слегка потемневшему сколу, находившемуся на высоте его груди.
– Меньше недели, – прокомментировал он.
Но больше всего его заинтересовало другое: ветка, валявшаяся рядом со стволом, была испачкана чем-то бордовым. Вилену даже не нужно было гадать – чем именно: здесь точно кого-то подстрелили.
– Пепел, нюхай, – подняв ветку и поднеся её к морде пса, скомандовал он.
Умная собака быстро обнюхала кровь, затем землю вокруг дерева и спокойно пошла к ближайшему дому.
Больше всего Вилена интересовало, кого здесь подстрелили. Был ли это человек или же какой-то мутант? Следов вокруг не наблюдалось. А это нужно было знать, и знать наверняка. В здешнем мире знания – залог выживания. Если снайпер стрелял в человека, значит, в городе не только Вилен и неизвестный стрелок – есть и другие люди. Следовательно, бояться придётся не только мутантов, но и пули, хотя… пули теперь бояться придётся по-любому.
Как пёс учуял почти стершийся след, оставалось неясно. Хоть и медленно, но уверенно он шёл к самому крайнему подъезду. Остановившись перед дверью, гавкнул.
Вся подъездная дверь, изъеденная ржавчиной, в дырах. Кто-то отстреливался изнутри, не давая противнику войти. Вилен обвязал ручку куском веревки и, отбежав за бетонную подпорку козырька, дёрнул шнур на себя. Дверь приоткрылась на полметра, ничего не произошло.
– Давай взглянем, что там внутри, – сказал Вилен псу, входя в подъезд.
То, что подстреленный человек остался где-то здесь, не вызывало сомнений. Слишком тяжёлую рану он получил, слишком много крови потерял. Особенно много её было на ступенях лестницы, ведущей на первый этаж, дальше цепочка из капель уходила вверх. Сладковатый запах разложения говорил об очевидном.
Вилен поднялся на площадку первого этажа и обнаружил труп, лежавший между этажами. Сил у раненого хватило ровно на то, чтобы отбиться от противника, заползти сюда и умереть. Пуля разворотила ему бедро, причём разворотила по полной программе. Вилен присел на корточки, зажав нос. Пепел фыркнул и спустился на первый этаж, где почти не пахло.
Бывший разведчик приступил к осмотру. Перед ним лежал мужчина лет сорока, ничего необычного в нём не было, мужик как мужик, две руки, две ноги, голова, никакого хвоста или третьего глаза. Длинные грязные волосы, которые явно подравнивали с помощью ножа. Под рукой мертвеца – старый, обшарпанный АК-74 м с расколотым прикладом, перемотанным синей изолентой. Вилен отщёлкнул магазин, пересчитал патроны. Одиннадцать. Ещё два полных магазина, смотанных валетом, нашлись в кармане тактических брюк. Вилен быстро разобрал автомат и после беглого осмотра вынес жестокий вердикт – «калаш» останется рядом с хозяином. Даже для такого надёжного оружия этот автомат служил слишком долго: нарезы стёрты, износ деталей больше восьмидесяти процентов. Удивительно, как он вообще стрелял. А вот магазины Вилен забрал. За спиной у трупа – рюкзак. Мараться не хотелось, но осмотреть его было нужно. Вилен вытащил труп из щели и, поборов рвотный рефлекс, стянул рюкзак. Не такой большой, как у него, но тоже довольно вместительный. Не новый, но и не слишком обшарпанный. Сразу обнаружилась ещё пара магазинов, лежавших во внешнем сетчатом кармане и тут же переехавших в рюкзак Вилена. Внутри не нашлось ничего интересного: какая-то одежда, сушёные мясо и грибы, фляга с водой. Больше всего его заинтересовал дорожный атлас. Сразу смотреть его не стал, сунул в карман. Запашок тут стоял уж слишком мерзкий. Больше у трупа ничего не было. Несколько минут Вилен размышлял, стоит ли стаскивать ботинки, которые выглядели поновее всей одежды, вместе взятой, но решил, что они уже настолько пропитались трупным запашком, что не спасёт уже ничто. Взвесив все «за» и «против», махнул рукой. Хотя жалко, размер подходящий, да и ботинки хорошие. Пепел гавкнул, ему надоело ждать.