Темнота в окне напротив (СИ)

Кожа покрывается мурашками от вибрации его низкого голоса.
Он начинает плавно меня ласкать. Его ладонь скользит по груди, пальцы играют с сосками.
— Зачем… — стону я. — Зачем ты это делаешь?
— Расслабься, Эстер. Будь послушной девочкой, — уговаривает он меня, но как-то властно, не оставляя других вариантов, как раствориться в его руках.
Он не отвечает.
Покусывает шею, а потом запечатывает своим языком саднящее место.
  
Почему мне это так приятно? Настолько, что хочется плакать от собственного бесстыдства.
— Тебе нравится, Эстер. Покажи, насколько. Постони. Не сдерживайся. Я разрешаю, — продолжает он, сводя меня с ума своими круговыми движениями.
Я вся дрожу. Сдаюсь и стону.
— Вот так, мой нежный цветочек. Ты слишком сладкая. Мне нравится, — он ускоряет свои движения.
Проникает пальцем, надавливает и плавно двигает им внутри.
— Дай мне почувствовать, как ты сжимаешься, — требует незнакомец.
Я едва сдерживаюсь, чтобы не закричать, но мои стенки послушно сжимаются на его пальце и предательски сокращаются…
Проклятье…
Что он сделал со мной?!
Это так неправильно, что у меня темнеет в глазах, а потом — искрит.
Я упираюсь руками в борт.
— Моя девочка, — он покрывает меня поцелуями, не позволяя собрать себя воедино.
— Хватит. Пожалуйста, — умоляю я. — Я не была готова к этому, — искренне признаюсь.
— Привыкнешь, — уверенно бросает он мне в ухо и наконец-то отпускает из своих рук.
Я отползаю на другую сторону ванны. Всё ещё тяжело дышу и чувствую себя полностью опустошённой.
Парень ухмыляется. Он напирает на меня, чтобы украсть жадный поцелуй, с которым выпивает остатки моей невинности. Затем встаёт, выставляя напоказ все свои достоинства, и вылезает из ванны.
Я остаюсь дрожать в горячей воде.
Парень исчезает. Спустя несколько минут мне начинает казаться, что всё это безобразие мне просто плод моего воображения.
А потом в приоткрытую дверь забегает котёнок. Ньютон.
Он служит напоминанием, что ко мне в дом пробралась темнота. Но и в этой темноте есть своя, нежная и деликатная часть.
  
13
 
Эстер 
Я давно не спала так крепко, как сегодня ночью. Даже несмотря на то, что произошло.
Наоборот, в теле ощущаются лёгкость, спокойствие и умиротворение. Только в голове развал. Морально я чувствую себя испорченной. Грязной. Порочной. Я не думала, что потеря невинности будет ощущаться именно так.
Кем бы он мог быть? Этот сталкер?
Я мотаю головой, потому что лучше мне не знать. То, что он со мной сделал, выходит далеко за рамки нормального. Его движения во мне, пирсинг… я до сих пор всё это ощущаю. Наслаждение схлынуло, и теперь между ног саднит, напоминая о необузданном разврате, в который меня погрузил мой сталкер.
А мне ведь ещё ехать в Милан на тренировку к Хантеру Келлеру. Не хватало только его внимания.
Я одеваюсь в свободную спортивную одежду. Удобный серый худи даёт ощущение некой безопасности. Может, если я сольюсь с палатками, Хантер не будет так давить на меня своим взглядом?
Сажусь в машину, завожу… А она не заводится.
Чёрт…
И что мне теперь делать? Хантер порежет меня на ленточки, а потом украсит ими свой мотокросс, если я не появлюсь на его тренировке!
Сразу же вызываю такси и вызваниваю Крис.
— У меня проблема. Я осталась без машины. Поеду на поезде, но опоздаю… — я подсчитываю в уме время, учитывая все пересадки. — Часа на два, — предупреждаю я Крис.
— Это очень безответственно, — отчитывает она меня, прицокивая языком.
— Поверь, я не специально. Просто машина не заводится, и всё. Никогда такого не было. — выхожу из дома навстречу подъехавшей чёрной машине.
— Ладно, — раздражённо говорит Крис. — Я позвоню Хантеру и перезвоню тебе.
— Хорошо.
Сбрасываю и сажусь в такси.
Прошу таксиста довести меня до станции.
Вот же я влипла.
Хантер и так уже странно на меня смотрит, будто ждёт, что я накосячу, и потом он сможет сделать из меня свою меченую на исправление…
Ужас.
А куда меня ещё метить, если мой сталкер оставил на мне кучу засосов, которые так и не удалось замазать консилером?
Жду звонка Крис, но вместо неё мне перезванивает незнакомый номер.
Несколько секунд смотрю на цифры. В сердце проклёвывается тревога.
— Я тебя подвезу, — говорит мужской голос в трубку, и у меня холодеют конечности, а волосы становятся дыбом.
Нет…
Я знаю этот голос.
— Кто это? — спрашиваю, давясь собственным вопросом.
— Ты знаешь, кто я, — хладнокровно отвечает он. — Я буду ждать тебя на парковке центральной станции. Чёрный внедорожник.
Он сбрасывает.
Пока моя рука, держащая телефон, немеет от страха, на телефон поступает новый звонок.
— Хантер тебя подберёт на станции, — говорит Крис. — Только, пожалуйста, не опаздывай.
Теперь телефон выпадает из моих рук.
Нет…
Этого не может быть.
Первое, что я подумала, услышав мужской голос, — что мне позвонил мой сталкер. Потому что голос уж слишком похож, и за эту ночь он въелся в мою кожу и голову.
Но это же не может быть Хантер?
Чем ближе мы подъезжаем к станции, тем сильнее у меня потеют руки.
Чёрный внедорожник стоит рядом с остановкой такси, так что, расплатившись и выйдя из машины, я сразу же встречаюсь с тяжёлым взглядом Хантера.
Сердце пропускает несколько ударов.
Теперь я молюсь, чтобы это был не он.
Келлер с непроницаемым лицом наблюдает за тем, как я подхожу к его машине. Он высасывает своим взглядом всё моё оставшееся после безумной ночи спокойствие.
Открываю тяжёлую дверь. Забираюсь в огромную машину, пропахшую дорогой кожей и… им.
Хантер, в чёрной кожаной куртке Armani, не двигается. Терпеливо ждёт, пока я пристегну выскальзывающий из рук ремень.
Моё тело горит, между ног саднит, и сладко сворачивается возбуждение, реагирующее на запах.
Его запах.
Я дышу коротко и рвано. Стараюсь сделать такой же равнодушный вид, как и у Хантера Келлера, который с холодным спокойствием и решительностью выруливает с парковки и направляет машину в сторону автострады.
Его железный монстр довольно рычит.
Хантер не говорит мне ни слова.
Ни привет. Ни как дела. Ничего.
Он молчит. В салоне даже не играет музыка, и с каждой минутой мне становится тяжело дышать.
Так мы едем целые сорок семь минут до миланской трассы мотокросса.
Он паркует свой внедорожник рядом с огромным чёрно-оранжевым грузовиком с надписью KTM.
Выходит из машины, хлопнув дверью. Я вздрагиваю и вспоминаю, что мне необходимо дышать.
Не успеваю опомниться, как пассажирская дверь открывается, и Хантер оказывается совсем рядом.
— Вижу, тебе нравится моя машина, Эстер, — констатирует он низким голосом и прожигает взглядом. — Тебе помочь?
То, как он произносит моё имя, заставляет сердце застрять в горле.
— Я… Я сама…
Тянусь к ремню, но Хантер меня опережает. Раздаётся щелчок, а вместе с ним и шумный вдох Келлера.
Как же он близко…
Он не дожидается, что я слезу сама с этого железного монстра.
Хантер обхватывает мои бёдра, прижимает меня к своему сильному плечу и опускает на землю.
Он не спешит убрать руки с моей талии. Жадно рассматривает моё лицо и… искусанную шею. Его взгляд пугающе темнеет.
Я воспламеняюсь от стыда и упираюсь ладонями в его грудь.
Проклятье.
Я в заднице.
Даже тепло его тела мне кажется слишком знакомым.
Облизываю пересохшие губы. Хантер сглатывает, и его адамово яблоко приходит в движение.
Что происходит?
Он собирается меня съесть перед тренировкой?
Господи…
Только бы это был не он…
Мне страшно подумать, что он сделает со мной и как опустит перед всем университетом… особенно когда наиграется.
  
— Следуй за мной, — хрипло приказывает Хантер и выпускает из плена своих рук.