Архитектор (не) моей мечты (СИ)
— Не переживай. Если станет слишком мрачно, я разбавлю это чем-нибудь весёлым.
— Хорошо. Ты же знаешь, что я работал в «Foster + Partners».
— Конечно. Кто же этого не знает.
— Вот там я познакомился с девушкой. Севи. Она была старше, но нам это совершенно не мешало.
— И сколько ей было?
— Тогда тридцать два, мне — двадцать пять.
— Ну, не катастрофа, — я невольно улыбаюсь.
— Насчёт возраста — да. Но через четыре года всё ею — катастрофой — и закончилось.
— А что произошло?
— Севи забеременела, но сначала ничего не сказала. Потом ей стало совсем плохо, я начал догадываться, но она… она избавилась и от него, и от меня. Её мучил сильный токсикоз, перепады настроения. Как она сама говорила — «мозги поплыли». Начались проблемы в бюро из-за прогулов и невозможности генерировать идеи. И тогда она решила всё кардинально. Заодно прихватила мой проект, выдав его за свой.
Я на секунду замираю, переваривая услышанное.
— Как ты это пережил?
— Не смог простить ей ребёнка и уехал, разорвав все связи.
— А проект?
— А что проект? — Илья пожимает плечами. — Это как раз то, что можно создать заново. Доверие восстановить куда сложнее… Там расчёты не помогут.
— Не жалеешь?
— Нет. Через два года я встретил тебя и влип по полной. О Севи иногда напоминает мать — они пересекаются в Лондоне. У неё уже есть сын, мама сообщила.
— Странно. Если женщина была готова пренебречь всем ради карьеры, то, должно быть, её приоритеты сильно изменились. Если что-то перевесило — это было большое чувство…
— Возможно. Но я не хочу об этом думать. Ты обещала веселить, если разговор затянет нас в меланхолию.
Я судорожно пытаюсь переключиться.
— Даже не знаю, с чего начать.
— А как насчёт твоих ухажёров? — не могу не закатить глаза и протяжно выдохнуть.
— О-о, там полный «бардальеро»…
Глава 24
Ухажеры
Наташка
— С ухажёрами полный «бардальеро», — говорю я полушёпотом, прицельно заглядывая в глаза Илье и чуть наклонившись к нему.
Он не отстраняется. Напротив — подаётся навстречу, сокращая расстояние до критического минимума. Теперь я чувствую кожей тепло его дыхания и аромат чая.
— Почему? — почти шепчет он, и этот шёпот рикошетит по всей моей нервной системе.
— Ну, знаешь… это как в «Десяти негритятах»… — мой голос едва слышен.
— Звучит захватывающе. Рассказывай! — Илья явно в предвкушении.
И я начинаю, наслаждаясь всей ироничностью момента.
— Пятый из парней приставлен был к квартире, — начинаю я нараспев, — он немного задремал, осталось их четыре…
Мы хохочем. Илья откидывается на спинку стула, не сводя с меня глаз.
— То есть пятый — это всего? Или это только из последней партии?
— Ну, конечно, это последние пять! Там же целый батальон: дедушкины подчинённые, которые мечтали породниться с генерал-майором и сделать головокружительную карьеру.
— Даже так? То есть дело не только в умопомрачительной тебе⁈ — Илья улыбается во весь рот. Блеск его глаз заставляет и меня «плыть»…
— Конечно, нет! Да и, знаешь, бабулины пирожки вызывали мгновенное привыкание у голодных солдатиков. Так что войти в нашу семью через брак хотели многие… Но дед всех отвадил непосильным трудом и своим «ОПГ» из живности: котов, собак, хомяков и попугаев. Он, кстати, именовал их в честь павших на полях любви героев.
— Дедовское ОПГ — это сильно! Я уже пропал в этой семье Андриевских, — говорит Илья, не сдерживая смеха. — Но дед у тебя молодец. Жёстко — называть питомцев именами подчинённых, но стратегически верно! Чтобы другим неповадно было. А остальные?
Я решаю продолжить «считалочку»:
— Четыре пацана не пережили горе,
Кота пришлось спасать — и их осталось трое…
Мне кажется, у Ильи уже блестят глаза от смеха до слёз.
— Наташка, ты великолепна!
— Ты не знаешь главного. Это была спасательная операция «Кот-скот». Спасали Вениамина — кота, который и ныне здравствует. Он сожрал какого-то тухлого голубя во дворе имения, и ему резко поплохело. Трое солдатиков вылетели с Веней в ветклинику, а у четвёртого — не к столу будет сказано — от стресса скрутило живот. Как говорил дед: «Он просрал и операцию, и место в окружении семьи Андриевских».
«Краснолицые», мы утираем слёзы от смеха.
— А дальше?
— Веня жив-здоров! Коля, который не доехал, тоже. Всё в порядке. Дальше?
— Продолжай!
— Эммм…
Трое пацанов в именье оказались,
Один труда не вынес — и вдвоём остались.
Дед очень нагружал ребят в осенний период. Причём не столько физически, сколько нотациями и дисциплиной. Ну, Серёга и свалил — перевёлся от греха подальше. Потом дед задумал стройку бани и гостевого домика. И там уже…
Двое пацанов строят дом высокий,
Один упал — и вот один, несчастный, одинокий.
— Упал⁈ — Илья округляет глаза. Улыбка мгновенно улетучивается с его губ.
— Ну, с лесов сорвался. Звучит страшно, но там высоты было метра полтора. Этот ухажёр умудрился так неловко лететь, что получил растяжение и ушёл на больничный. Решил беречь ноги и больше у нас не показывался.
Последний из парнишек посмотрел устало,
Он пошёл пройтись — и никого не стало…
— Пройтись⁈ — мы снова заходимся в хохоте.
— Да, рапорт на увольнение написал. Короче, дом достраивала уже профессиональная строительная бригада. А нас, девочек-красоток, дед месяц не пускал в имение, чтобы не плодить новых «жертв» и не разводить долгострой.
Смех постепенно затихает, оставляя после себя приятную тяжесть во всем теле и ту особенную тишину, которая бывает только между по-настоящему близкими людьми. Воздух в кухне кажется наэлектризованным, но уже не от шуток, а от чего-то гораздо более плотного и осязаемого.
Илья медленно отставляет пустую чашку. Его взгляд меняется — ирония исчезает, уступая место той самой «бархатной» глубине, от которой у меня перехватывает дыхание. Он протягивает руку через барную стойку и накрывает мою ладонь своей. Его пальцы горячие, сухие и надежные.
— Наташ… — тихо произносит он, и моё имя в этой акустике звучит как признание.
Я молчу и просто смотрю в его глаза, где в мягком свете панорамных окон отражается вечер, этот дом и я сама — наконец-то настоящая.
— Ты потрясающая!
Он целует мою руку, запуская разряды тока по моей коже.
Он плавно встает, не разрывая визуального контакта, и делает шаг ко мне. Пространство между нами сокращается до минимума, до того самого резонанса, когда слышишь не голос, а биение сердца. Я закрываю глаза и просто впитываю его присутствие — как ту самую недостающую деталь. Теперь всё правильно…
Глава 25
Неожиданные «гости»
Илья
Когда я проектировал этот дом, то почему-то разделил кабинет на две зоны. Изначально задумка была в том, чтобы совместить пространство для черчения и лаундж с библиотекой. Но позже книги «осели» в каминном зале, и часть моей «светочи» осталась свободной. Наверное, это было провидение: Наташе как архитектору-дизайнеру тоже понадобится рабочее место. И оно у неё будет — здесь, рядом со мной.
Я показываю Наташе это помещение. Она в восторге.
— Илья, это потрясающее пространство для творчества. Здесь всё пропитано тобой. В каждой детали — ты.
— Я хочу, чтобы часть этого кабинета стала твоей.
— Мне ещё год учиться, и…
— Кто из нас не заканчивал университетов? Все через это прошли. Год пролетит незаметно, а там…
— А что там? — я не решаюсь заговорить об этом первой. Принято, что такие темы поднимает мужчина. И хотя Илья уже признался в чувствах и не раз назвал этот дом «нашим», он всё ещё не произнёс самого главного. — Там — «жили долго и счастливо»?
— И умерли в один день… — Илья иронично ухмыляется.
— Нет, не умерли… — он берет мою руку, и в этот момент магия тишины рушится.