Сводные. Любовь на грани (СИ)

Без стука захожу в комнату и встаю как вкопанный, сжимаю кулаки, меня еб@шит, кровь по венам бежит огненной лавой, перед глазами красная пелена. Они что, смертники?
— Охр@нели? — выплёвываю вопрос сквозь зубы.
— Матвей… — вскрикивает мелкая, и оба вскакивают испуганно с кровати. — Ты чего пугаешь! — переходит в наступление и шипит на меня, включая режим котёнка «Гав».
— Я вопрос задал, — окидываю в чём одета мелкая, и у меня резко падает забрало: лосины и спортивный топ, сверху это безобразие прикрывает спортивная мастерка.
  
От двери вижу, как в обтяжку лосины подчеркнули лобок и линии сексуальных губок, она вообще в трусах?
— На выход, — гаркаю на Егора, взглядом суля ему п@здец.
— Да мы фильм смотрели, — мямлит камикадзе.
— В кровати? — вопросительно, выгнув бровь. — Сидя на диване, не смотрится?
— Не твоё дело, где и как! — вопит мелкая, складывая руки на груди, озлобленно сверкая в меня глазищами.
— Я тебе сейчас ремня всыплю, не нарывайся, — раздражённо огрызаюсь. — Идем, — киваю на выход Егору.
— Не смей, — визжит и несётся за нами.
— Только попробуй выйти из спальни, — рычу и грохаю перед её носом дверью.
— Вниз пошли, — агрессивно указываю пацану.
— Иду я, иду, — проходит мимо меня на приличной дистанция и правильно делает. Я в лютом бешенстве.
Спускаемся молча, даю ему время одеться. Выходим на улицу, и, схватив его за ворот куртки, впечатываю со всей дури в стену дома. Охает и хватает ртом воздух.
— Что у вас с ней? — задаю вопрос сквозь зубы.
— Дружим мы. Просто друзья, — спешно добавляет, соображая, что сейчас может прилететь посерьёзнее.
— Точно? — давлю предплечьем на шею, перекрывая ему кислород.
— Да, мы только друзья. У меня девушка есть, — хрипит в ответ.
— И она нормально относится к тому, что ты с другой в кровати лежишь?
— Она знает, что Арина просто подруга, как и Полина, — вспоминает выскочку, подружку Арины.
— Допустим, я поверил, — убираю руку с шеи и отпускаю его. — Но если ты сп@здел, я тебя урою.
— Вот это я понимаю, старший брат, — сипит Егор, растирая шею.
— Чего бл@ть? — ору на него.
— Ну, я говорю, круто ты сводную сестру оберегаешь, а Арина говорила, что вы не ладите.
— Какой н@хрен брат, она не сестра мне! — выбешивает этот долб@еб окончательно. — Егор, ехал бы ты уже домой, пока цел, — подталкиваю его для ускорения со ступеней.
— Хорошо. Ты извини, я понимаю, что вы не родственники, но так принято называть сводных, — тщетно пытается оправдаться Егор.
Решаю уйти, пока я реально его не покалечил, зайдя в дом, громыхаю дверью. Мне срочно нужна сигарета, необходимо успокоиться. Пролетев мимо двери Арины, довольно усмехаюсь, послушная какая, не вышла. На балконе плюхаюсь в кресло и беру пачку со стола, вынимая сигарету, внезапно взгляд падает на леденцы «Холлс», кидаю пачку обратно на стол и закидываю леденец в рот. У меня национальный чемпионат на носу, а я на никотин подсел. Время завязывать с пагубной привычкой.
Долго просидев на балконе и успокоившись, возвращаюсь в спальню, снимаю джинсы и подхожу к гардеробной за спортивными штанами. В этот момент дверь спальни открывается, и злющий котёнок заходит в мою комнату. Вопросительно задираю бровь, окидывая Арину с ног до головы взглядом. Стоит, уперев руки в бёдра, смешная такая. Скандалить прибежала. Скрещиваю руки на груди и правым плечом прислоняюсь к косяку гардеробной. Занимательно послушать, она же усердно готовилась, сидя в комнате, речь сочиняла.
— Приступай, — забавляясь, провоцирую разъяренного котёнка.
— Ты… — тычет в меня пальцем, — что ты сделал Егору? Монстр! Кто тебе дал право лезть в мою жизнь? — кричит на меня.
— Прикопал я твоего Ромео в саду, удобрять розы бабы Нюры теперь будет.
— Что? — открывает рот в растерянности мелкая. — Повтори, что ты сделал?
— А что могут монстры? — смеюсь с реакции Арины.
— Ты совсем? Он ничего плохого не сделал! Мы фильм смотрели, ясно тебе? — огрызается.
— Он — нет, а вот ты да! Ты чего так разоделась? На тебе хоть трусы есть? — яростно выплёвываю.
— Чего?! — замолкает на время, а потом срывается с места и стрелой мчится, замахиваясь на меня, — так я тебе и сказала. Ты меня допёк, — лупит руками, жаль её, отобьёт же их об меня.
Ловлю злющую фурию за талию, делаю два шага к кровати и роняю Аринку на нее. Ошарашенно затихает, отбрасывает волосы с лица и, видя, что я ставлю колено на постель, принимается испуганно отползать. Эээ, нет, ты сама припёрлась. Всё, теперь не убежишь. Ловлю за лодыжку и фиксирую, не давая больше отдаляться.
— Отпусти, я сказала! Я буду кричать.
— А до этого ты типа не орала? — усмехаюсь.
— Чего тебе надо от меня? — крутит головой по сторонам в поисках плана побега.
— Это ты пришла в мою спальню. Вот и ответь, чего тебе от меня надо?
— Мне — ничего! — шипит мелкая и пытается вырваться. — Да отцепись, придурок. Это ты вечно лезешь ко мне со своим воспитанием! Кто только право дал! Ты мне никто! — пихает меня второй ногой вырываясь.
— За словами следи, а то сейчас реально выпросишь, — невесело усмехаюсь.
— Да хватит мне команды раздавать! Я не твоя собачка! Ясно тебе? Ты много на себя берёшь.
Резко садится и шипит свою тираду мне в лицо. Замахивается и бьёт по щеке, от внезапности и прыти, моя голова от удара отклоняется назад, звук пощечины эхом прокатывается по всей комнате. Я в ах@ре, Арина замирает и большими испуганными глазами пялится на меня, боясь последствий и осознавая, что натворила.
— Сука, — рявкаю ей в лицо и вгрызаюсь злым поцелуем в греховный рот.
Нет, это не поцелуй. Это просто контакт, жажда наказать, сделать больно. Грубо раздвигая зубы, проталкиваю язык в её рот, заполняя собой, исследуя, фиксируя за шею рукой, пробую её на вкус, ласкаю язык, вовлекая в битву с моим, накачиваю своей слюной и пью её взамен. Всё время сидевшая совершенно неподвижно Арина, всхлипывает и её начинает трясти.
— Ну же… котёнок, откликнись мне, — прикусываю нижнюю губку, облизываю место укуса и заново ныряю языком вглубь её рта.
Застывает, дыхание сбивается, губы трепетно вздрагивают, и она напрягается. Вижу, как ведёт борьбу сама с собой. Я свою проиграл, не люблю целоваться, хоть и умею это делать. Этот вид физического контакта мне всегда был противен. С Ариной целоваться — неразбавленный кайф.
— Давай, моя медовая девочка, поцелуй меня, — хрипло шепчу, захватывая её язык в сексуальный танец.
Громкий вздох, дрожь по телу котёнка и она подаётся мне навстречу, обхватив меня за шею. Стонет, рычу в унисон с ней, накачивась её вкусом. Смотрю на Арину, глаза прикрыты, нереально сексуальная девочка, сердце настойчиво пытается пробить грудную клетку, сильнейшее возбуждение проносится по позвоночнику и ударяет в пах, активируя низменные инстинкты. Наш поцелуй максимально полон секса и похоти. Аринка принимается, сама того не осознавая, тереться об меня. Моя ласковая малышка, отрываюсь от губ, заглядываю в затуманенные возбуждением глаза, вздыхаю в губы и упираюсь своим лбом в её. Чётко осознаю, что из своей постели сегодня не выпущу, если не будет соглашаться, сделаю всё для того, чтобы загорелась желанием не меньше меня. Припадаю снова к губам, действуя в это раз более нежно, распаляя и разжигая.
Отрываю себя с мясом от котёнка, стягиваю футболку через голову и роняю на пол. Хочу ощущать её кожей. Она с жадностью пожирает глазами мой торс. Мысли, есть ли на ней трусики не дают покоя. У меня стояк такой, что боксёры лопаются по швам. Вижу как взгляд Арины сползает на уровень члена, она испуганно дёргается и всхлипывает.
  
— Не бойся, котёнок, я вас чуть позже познакомлю, — ласково смотрю на неё и смеюсь.
В голове взрывается множество диких идей. Она выглядит как ангел, но сексуальна как дьявол. Искушает зверя внутри меня, которого я не выпускал с момента знакомства с ней. Она опять начинает отползать от меня, сопротивляясь себе и факту нашей близости. Не даю ей много времени на раздумья и побег, встаю на колени и двигаюсь за ней по огромной кровати. Её глаза раскрываются шире и она начинает пятиться ещё быстрее. Но недостаточно быстро для меня.