Сводные. Любовь на грани (СИ)

— Тебя, что ли? — дерзит Полина. — Не много ли на себя берёшь?
— Захлопнись и не отсвечивай, — рявкает Тимофей на подругу, цепляются взглядами, и она красноречиво показывает ему фак.
Нас же с Царёвым не трогает происходящие вокруг, мы глазами примагничены к друг другу, он транслирует ненависть, я же ищу ответы, за что ненавидит?
— … дарю тебе машину…, — улавливаю произнесённые отчимом слова, и вырываюсь из гипноза сводного брата.
  
— А у неё права хоть есть? — язвит Матвей.
— Серёжа, это такая неожиданность, спасибо тебе, дорогой, — мама натягивает улыбку, что даже самому слепому в зале все понятно.
За столом баб Нюры со скрипом отъезжает стул, смотрю на Татьяну, которая суетится, вставая, и торопится покинуть зал, Тимофей подрывается следом за мамой.
— Срочный звонок по бизнесу, — оправдывается за себя и Татьяну на ходу.
— … но это не всё, — продолжает Сергей Владимирович, когда становится тихо. — Мы с тобой завтра улетаем в свадебное путешествие, любимая.
— Вот теперь точно п@здец, — смотрит Денис на Матвея.
— Вызовите скорую, кричит Алевтина Петровна, — быстро встаёт из-за стола и наклоняется над бабой Нюрой.
Первыми срываются с места Матвей с Денисом. Сижу потерянная, смотрю на подругу, а у неё трясутся руки, и глаза, полные слёз, меня тоже начинает потряхивать на нервах.
— Отойдите все, она не дышит! — рявкает Матвей.
— Скорая выехала, докладывает Денис.
Все суетятся, кто-то в шоке, кому-то тоже от нервов плохо, пьют воду и открывают окна, чтоб запустить свежий воздух. И только мама с искренней улыбкой, которую не пытается скрыть, сидит и пьёт шампанское. Что же с тобой стало мама?
Дальше было как в плохом кино, врачи и госпитализация. Сергей Владимирович и Алевтина Петровна поехали в больницу за машиной скорой помощи. Застолье пришлось свернуть, мы с мамой и Матвеем попрощались с последними гостями и он вызвал нам водителя. Полина с мамой уехали, я пообещала быть на связи. Сегодня будет длинная ночь…
  
ГЛАВА 25
 
АРИНА
Вернувшись домой, мама ушла в свою комнату. Побродив по первому этажу, решила тоже подняться к себе, надо заняться каким-то делом. Время тянется медленно, а неизвестность давит на нервную систему. По-быстрому приняв душ, переоделась в спортивный костюм, навела порядок в комнате после сборов на торжество. Заварила себе чай и созвонившись с Полиной, поговорила с ней немного. Матвей ещё не вернулся, долго что-то, или он тоже поехал в больницу? Окончательно разнервичавшись, поднимаюсь к маме, хочу узнать есть новости от Сергей Владимировича. Приближаюсь к комнате родителей, стучусь, а в ответ тишина.
— Мам, ты спишь? — тихо спрашиваю и стучусь ещё раз.
Неужели уснула? Постояв минут пять, принимаю решение больше её не беспокоить, в конце концов, у меня есть номер Сергей Владимировича, могу и сама написать смс. Разворачиваюсь к лестнице, взгляд цепляется за свет под дверью кабинета, я что, просидев в спальне, пропустила возвращение отчима? Подхожу к нему, стучусь, дверь распахивается и на пороге стоит мать, глаза нервно блестят, вся раскраснелась, держит дверь рукой и смотрит на меня.
— А, это ты! — шипит на меня, — чего пугаешь? Заходи, помогай мне документы искать.
— Мам, лучше времени не нашла? Анна Семёновна в больнице, а ты за своё! Может, хватит?! — действует на нервы её черствость.
— Да и слава богу. Надеюсь, больше не увидим её в этом доме, — проговаривает серьезно ужасные слова.
— Ты что несёшь, мама? — у меня волосы дыбом от сказанного.
— Правду! — зло смеясь, отвечает. — Надоела эта старуха, из-за неё я чересчур долго ищу эти гребённые документы, вечно маячит где-то за спиной, старая кочерга! — произносит мать, роясь в выдвижных ящиках стола. — Мешает она мне, но, слава богу, мои молитвы услышаны, и её бог приберёт к своим рукам! — поднимает руки к потолку кабинета, в жесте благодарности.
— Ты совсем потеряла рассудок? — спрашиваю в шоке.
— Сворачивай свои сопли, это не наша печаль! Смотри на тех полках среди папок, — указывает рукой на стелажи. — Их вчера должен был привезти Сергей домой, может, нам повезёт и они там. И вообще, у нас мало времени, сейчас ещё щенок приедет, с заносчивыми друзьями семьи, тоже мне, кучка снобов! Ты видела, как эти две выдры на нас смотрели?
— Нормально смотрели, — отвечаю, понимаю что речь об Алевтине Петровне и Татьяне. — Оценивали нас, мы входим в их круг, а не они в наш.
— Как была дурочкой так и осталась, жизнь тебя ничему не учит! Ищи давай! — кричит на меня. — Ещё это путешествие, я в шоке, не знаю, что Мише говорить. У нас столько дел, а я выпадаю на полторы недели! Взбрела же в голову идиоту идея свадебного путешествия, — причитает мать.
— Не буду я ничего искать, я тебе говорила много раз, это ваши дела! Меня не втягивай! — отказываюсь я.
— Сделаешь как миленькая, уяснила?! Мы улетаем, старухи нет, щенок не так часто дома, так что сделаешь, что скажу. Будешь сообщать о каждом шаге и проделанных поисках Мише, — зло смотрит на меня. — Мне плевать, как ты достанешь эти документы. Если потребуется, и будет мешать щенок, начнёшь с ним спать. Какая разница, с кем ты лишишься девственности!
— Ужас! Мама!
— Что такое? — возится мать в шкафах и вскидывает взгляд на меня, — правда жизни не нравится? Запомни, ты обыкновенная, у тебя нет талантов, ничего нет! Не рассказывай, что в твоей жизни будет самый лучший мужчина, которому ты подаришь невинность! Чем заинтересовывать такого будешь? — саркастически спрашивает. — Принцы только в сказках! — произносит гадости, смеясь мне в лицо. — Не забывай, откуда мы! — режет своим ядом, словно лезвием.
У меня слёзы дрожат на ресницах, но я не позволяю им пролиться. Ей их не покажу! Мы чужие люди! Теперь я это понимаю в полной мере, я жертва несостоявшегося аборта — вот моя правда жизни. Нужно и правда искать жильё, пусть свои грязные дела проворачивает без меня. Мать на мой шок от сказанных ею слов не обращает внимания, дальше передвигаясь по кабинету и осматривая все папки на полках.
— Что вы здесь делаете? — грозно прилетает со входа в кабинет.
Вздрагиваю от неожиданности. На пороге стоит Матвей, сжав челюсти вопросительно смотрит на нас. Когда он вошёл? Почему я не слышала, как открылась дверь? Стоп. А мы вообще закрывали её? Стах сворачивает желудок, слезы, готовые пролиться, высыхают моментально. Паника разгоняет кровь, сбивая дыхания на нервах, сколько он успел услышать? Перемещаю взгляд на мать, обомлев, стоит в шоке, сумашедшие глаза пугают, впечатление, что она нездорова.
— Я не слышала, как ты стучался! — переходит мать в наступление.
— А я и не стучал. Вопрос остаётся тот же, что вы тут делаете? — нетерпеливо спрашивает и наблюдает за нами.
— Это кабинет моего мужа, если ты не забыл, отчитываться перед тобой я не буду, — сухо отвечает мать, пряча руки за спину, чтоб не демонстрировать, как они трясутся от страха.
— Ты бессмертная? — ползёт потрясенно бровь у Царёва вверх. — Арина?
— Мы…
— Что ты хотел? — беззастенчиво перебивает меня мама.
— Ладно, — усмехается, такое ощущение, что его забавляет ситуация. — Отец звонил, они едут с Алевтиной Петровной к нам, тебе не дозвонился, так что я передаю его просьбу: всем собраться в гостиной. Вот он удивиться, что ты не переживаешь, а по кабинету в бумагах шаришься в его отсутствие, — припечатывает правдой Матвей и выходит из кабинета.
— Паспорта я искала по просьбе Серёжи! Ясно тебе! — зачем-то выкрикивает мама в спину Матвею.
  
— Так в сейфе глянь, — не оборачиваясь, парирует Царёв, но мне кажется, что его ответ не о паспортах. Он точно слышал…
— Убл@док, — шипит мама, как только Матвей покидает кабинет.
— Мам, он наверно всё слышал.
— Если бы это было так, то сейчас он устроил бы конец света, а его поведение наталкивает на то, что ничего он не слышал, — слишком самоуверенно заявляет мать. — Пошли вниз, сегодня уже не получится искать, понаехали блин, прям трагедия у них.