Эхо Ривеннора (СИ)

— Увидел, но не могу сказать. Ваше сиятельство столь ослепительно, что даже мои мысли ослепли.
Я скромно потупился, Ориана выждала секунду и опытным движением распахнула веер, укрыв декольте.
— Как вы стремительно прозрели! Но мои глаза выше.
Мы с удовольствием играли в словесный пинг-понг ещё несколько реплик, пока она не сдержалась и рассмеялась от души.
— Ты одновременной серьёзный и курьёзный, человек с Земли. Для меня странно даже представить, что все люди равны друг другу и в вашем супермаркете я стояла бы в общей очереди. Но в мысли о том, что никто никому не должен, есть своя окрыляющая свобода.
  
— Караул, эта вода взрывается! — истошно завопила девочка, отбросив пошедшую пеной газировку, которую неосторожно открыла после того, как растрясла. Бух, баночка разбилась о камни, чем привела Ори в дополнительный восторг. — Это шипучие бомбы?
— Чур, я бросаю вот эту, — тут же выбрала княжна.
Я думал объяснить девицам, что они неправы, но швырять шипящие бомбы оказалось веселее, чем пить.
— У меня в жизни не было такого обалденного пикника! — пискнула Ори. — Ужасно вкусно и весело.
Девочка обняла меня со спины, а потом нагло влезла на плечи.
— Покатай, ты обещал!
— Но теперь у меня нет крыльев.
— Я зажмурюсь и представлю, что лечу.
Детского обожания редко хватает надолго. Когда все лакомства были опробованы, а моя обыкновенная фигура так и не выявила особых свойств, Ори слегка потеряла интерес. Конечно, я ей по-прежнему нравился, но она со мной уже наигралась. К тому же слегка устала от фейерверка ощущений.
— Ваша светлость, — сказала девочка новым, вкрадчивым тоном. — Из канцелярии передают, что прибыл посол Барельстона, родной дядя вашего экс-жениха, а теперь пленника. Нижайше просит аудиенции.
— Будет торговаться за свободу Дейла и угрожать введением торговых и магических санкций, — кивнула Ориана, которая заранее знала политику всех соседних государств. — Но я не должна выходить к нему сегодня. Их страна организовала попытку госпереворота, посягнула на суверенитет Антара и мою свободу, причём, самым гнусным образом: они хотели загнать меня в ментальное рабство. Какой вотум на это нарушение международного устава и всех гуманитарных норм вынесет федерация свободных княжеств?
Она наконец посерьёзнела.
— Барельстон развязал с нами войну без объявления войны, мы должны среагировать очень жёстко и заставить их заплатить высокую цену. Это скажет каждый из малого Совета, новый состав которого я уже утвердила, они заседают прямо сейчас.
Княжна потянулась, как хищная кошка, которая заранее спланирована мышиный спектакль. Но вместо проведения срочных политических и дипломатических мероприятий она тратит утро на неизвестного чужака. Что же за долг у Орианы перед Силеном?
— Отказав послу в аудиенции, мы должны сегодня же поставить ультиматум.
— А я об этом и думаю, — улыбнулась хитрая девочка. — Позволь мне провести аудиенцию и припечатать их списком твоих условий. Я составлю речь из лучших дипломатических хроник!
Ори явно мечтала проявить себя не только как скромный библиотекарь, но и как яркая политическая деятельница, вершащая судьбы княжеств. Порушив планы заговорщиков, девочка преисполнилась важности момента и захотела играть в политику.
— Хм, моя детская версия выйдет к дипломатам и Совету вместо меня? — мягко улыбнулась княжна. — Это нанесёт Кармайклам смертельное оскорбление и приведёт посла в ярость. А наших подданных… в восторг.
— Разве мы не этого хотим? — невинно моргая глазищами, спросила Ори.
— Да будет так, кроха. Список требований возьми у малого Совета, используй летописи и облачи их в красивые церемониальные слова. А нам с твоим Яром как раз нужно поговорить о деле. Можешь идти.
— Слушаюсь! — просияла девочка, махнула мне рукой и тут же исчезла.
Наступила тишина.
Мы с красавицей остались одни, и это слегка смутило обоих. Несколько секунд взгляд молодой женщины блуждал по цветущим россыпям сада, потом вернулся ко мне.
— Ты необычный, — сказала она без церемоний, и без всякой демонской чуйки я понял, что наедине можно быть попроще. Пожал плечами:
— Обычный для своего мира.
— Тогда твой мир неординарен.
— Да все миры удивительные. Я восхожу совсем недавно, но пока не встречал ни одного скучного и банального.
— Это истинно, — согласилась княжна. — Тысячи лет Башня Богов вбирала в себя осколки самых разных цивилизаций, подчас диковинных и невозможных. Наш маленький мирок феодальных княжеств — наверное, самый банальный из всех.
— Зато здесь есть вы… — вырвалось прежде, чем успел подумать, — … вы с Ори!
Грамотный сейв, но княжна не улыбнулась. Она подалась вперёд, и я почувствовал аромат её духов — неброских и ненавязчивых, тихо кружащих голову. Волна цитрусово-цветочной свежести, почему-то вспомнилась вербена.
— Я хотела заглянуть в твои глаза, Яр Соколов, и увидеть, что ты за человек. Ведь с твоим приходом для меня начнутся суровые времена.
Это ещё что за новости.
— Почему?
— Когда я верну долг Силену, случится… нечто большое и важное. Будто недвижимые горы сойдут с места, сокрушая то, что ютилось у их подножия. В момент перелома даже десятилетия холодной войны с демонами покажутся нам спокойными временами. Я много лет со страхом ждала сегодняшний день, и вот ты привёл его…
— Не нарочно и не осознанно.
— Да, но как только я исполню клятву, вихрь судьбы закружит горы и мне придётся встать в центре вихря. Вместе с тобой. Поэтому я хочу знать, достойный ли ты напарник.
Наедине княжна говорила проще, чем при других, даже при Ори. Но всё равно так красноречиво и складно, будто толкала написанную спичрайтером речь в парламенте или читала какие-нибудь хроники с листа.
— Я здесь случайный человек: подвернулся под руку бессмертному и лишь исполняю его волю.
— Боги мудрости не используют случайных людей.
— Может, и так, но до сегодняшнего дня я был посторонним. Не в курсе ни про твой долг Силену, ни про события, о которых речь. Поэтому для меня твои слова звучат как загадки, княжна.
Я рискнул и перешёл на ты, Ориана изумлённо вскинула брови и поёжилась.
— Опять ваше земное равенство. Сложно привыкнуть, — тихонько улыбнулась она. — Но да, посланник Силена: когда мы наедине, можешь не изображать подобострастие, а говорить свободно. Как привык.
— Благодарю. Так что ты решила: я достоин объяснений?
— Раз ты помог нам с крохой, значит, у тебя достойное сердце. Пусть я и не нуждалась в твоей помощи, но Ори нуждалась. Пикник показал твою внимательность и доброту. Надеюсь, это не фасад.
— Просто стало обидно за девочку, она такая умница!
— Спасибо.
Её щёки едва заметно порозовели, и до меня дошло, что комплименты Ори княжна воспринимает как слова о себе. Ведь она и есть та умница, просто годы спустя.
— Расскажи мне свою историю? Вашу с Ори.
— Хорошо. Только начать придётся раньше: моя жизнь неразрывно связана с Благословенным княжеством. Сто шесть лет назад Гелион Разящий, божество ярости света, отец и покровитель андаров, моего народа, низверг страшнейшего из наших врагов. То был безжалостный многолетний убийца, руки которого обагрили реки крови. Он начал с убийства и отлучения служителей разных культов и конфессий, а когда возвысился, завладел легендарным клинком пустоты и стал способен убивать богов, используя их же силы. Его звали Бран Безбожник, безжалостный истребитель, объявивший себя судьёй. К моменту священного похода от руки Безбожника пало уже несколько богов, и сферы их сил оказались утрачены. А ещё нескольких небожителей Бран отлучил от их сфер силы, низвергнув до смертного статуса.
  
Ориана говорила тихо и сосредоточенно, тщательно подбирая слова. Прежние речи лились из её уст легко и непринуждённо, но рассказ о злодейском Бране потребовал от княжны концентрации и сил. Интересно, почему.