Эхо Ривеннора (СИ)
Цель хищника: охота. Хищники получают доступ к своим вещам и инвентарю. Но только один хищник может покинуть этаж. Пока на этаже присутствует хоть один живой соперник и/или хоть одна жертва, хищник не может выйти.
За каждого убитого им участника восходящий получает бонусный уровень, как за пройденный этаж.
Если участник выжил, все непотраченные вещи, отнятые или иным образом взятые у него на этом этаже, возвращаются хозяину при выходе в Изнанку.
Если по истечении 10 часов хоть один из участников не мёртв или не покинул этаж, охота завершается поражением всех участников.
Я моргнул, информации было слишком много, чтобы в первые мгновения усвоить и разобраться. Но главное придавило всех: во-первых, выбравшие путь жертвы становятся безоружны и теряют инвентарь. Во-вторых, этот этаж даёт +1 уровень за каждого, кто погиб от твоих рук, стимулируя нас добивать друг друга!
В теории кто-то из нас может перебить остальных и получить +9 уровней и всё, что к ним прилагается. Столько очков на прокачку сразу, даже у меня что-то предательски дрогнуло внутри — что говорить о волчаре, его постамент осветился кроваво-алыми отблесками почти мгновенно. Генетику и культуру расы не обманешь.
«Выбран путь хищника!» — сообщила система, и в пустой нише врат за секунды изваялась статуя ощеренного волкоглава.
— Погодите! — крикнул Номад. — Давайте обсудим, пока охота не началась, нет смысла торопиться с решением, мы найдём оптимальную тактику…
«Выбран путь хищника!» — Горун расхохотался и положил секиру на плечо. Статуя минотавра появилась во второй нише.
— О, вы понимаете, что должны убить друг друга, о? — испуганно поразился Фунишар.
— Чего уж тут непонятного, — оскалился волчара. И облизнулся.
«Выбран путь хищника!» — Алёнка Сидоренко пожала плечами, поправила туго сидящий жилет и убрала длинные волосы под повязку. Подбросила и ловко поймала парные изогнутые клинки. Ассасин едва заметно кивнула волку, мол, союз? Тот расплылся в оскале, хищный взгляд скользнул по девичьей фигуре.
Я стоял с открытым ртом, ведь сказать, что я офигел, — не сказать ничего. До сих пор, будучи суровой, беспощадной к слабым, но абсолютно справедливой, Башня всегда давала восходящим шанс. Все этажи, кроме созданных такой маньячной сволочью, как Ингвар Искусник, были проходимы и давали возможность выжить. А этот этаж казался грандиозным расточительством, ведь здесь была двойная угроза: местные монстры и участники, выбравшие охоту. При этом нет возрождения и второго шанса.
Башня выращивала героев, в этом её предназначение и суть — но было крайне жестко и нерационально убивать девять из десяти, а то и всех десятерых на одном этаже! До сих пор максимальный рейт погибших, о котором я слышал, составлял 20% на этаже с кочками и кипятком, о котором однажды рассказывала Мира. И то было очень немало, а здесь…
— «Выбран путь хищника» — псионик молча поднял свою сферу, и его осветили багровые всполохи вдобавок к фиолетовым.
— О, Энхилу, ты тоже? — расстроился меховой шар. — Но почему, о?
— Простой расчёт, коллега, — спокойно отозвался головастый. — У жертв незавидная участь. Они лишатся всех вещей и доступа в инвентарь, боевая сила и защитные параметры резко снизятся без накопленных к нашему уровню ресурсов. В лучшем случае судьба жертвы — пройти этаж без потерь и не получить ничего, кроме опасности и испытаний. В худшем — бесславная смерть. Путь жертвы — высокорисковый, но при этом без награды. Путь хищника также опасен, но возможности и награды на порядок выше. О чём тут думать? Лучше стать хищником, чем прятаться и умирать, как травоядные. Присоединяйся к нам, Фунишар.
— О, не могу, — пискнул меховой. — Я пацифист, о!
Как же тогда он проходит этажи Башни?
— Но только один из охотников может покинуть этаж, — напомнила Мэй. — А мы все, в теории, имеем шанс выжить! Если бы никто из вас не польстился на бонусные уровни, мы могли бы все договориться и вместе прорваться к вратам Альфы без потерь. Все были бы живы!
— Теперь уже поздно! — рявкнул волчара, хлеща себя хвостом по ногам. — Теперь только вперёд.
Он хотел спрыгнуть с платформы, но тихий, почти незаметный жест Алёнки остановил следопыта, она прищурилась и пригнулась, осматриваясь вокруг, на лицо убийцы легла тень, в буквальном смысле слова: она на глазах у окружающих побледнела и растворилась. Фунишар озирался, его уши с кисточками вращались, словно локаторы, а хвост подрагивал.
А я подумал о том, что охотники упускают главный нюанс: «травоядные» могут общими силами завалить хищника даже без вещей. Способности-то у нас у всех остались.
— Предлагаю объединиться! — тут же воскликнула Мэй, пришедшая к тому же выводу. — Вместе мы будем сильнее и сможем себя защитить. К тому же в каньоне и лесах есть звери и монстры, возможно, добыча. Может, мы найдём там ресурсы или даже вещи, оставшиеся от прежних восходящих!
Сразу видно опытного ведущего игр: она видит возможные пути развития сюжета наперёд.
— Вы даёте жертвам слишком много времени и возможность договориться, — презрительно сказал псионик и шагнул вперёд, чтобы сойти с постамента.
— Стой! — шикнул волчара. — Девчонка предупредила, что есть опасность. Хищники, давайте в союз, сначала перебьём бегунов, вместе будет проще. А потом разберёмся друг с другом.
— Согласен, — сказал интеллектуал тоном довольного превосходства, будто предвидел это предложение и ждал его. — Только никакой прямой угрозы тут нет.
— Ты не видишь…
— Я вижу одиннадцатую нишу на вершине арки, — тон псионика стал ледяным. — Я увидел её раньше всех вас, потому что соображаю быстрее каждого. Естественно, этот мирок выдвинет своего чемпиона, своего участника Охоты, и конечно он будет хищником. Альфой, который охотится в том числе и на нас. В отличие от вас, я понял всё, что тут происходит, в первую минуту прибытия, пока вы тратили время на ненужную болтовню! Я предсказал, что мы по умолчанию будем добычей; сказал про появление наших статуй в нишах; а этот гравий, который повсюду вокруг врат, — осколки статуй погибших, которые раскалываются на мелкие кусочки. Как видите, я безошибочно предсказал каждый из аспектов этого этажа. Не так уж и сложно для существа с интеллектом.
Он раздражённо, но с большим значением постукал себя пальцем по раздувшейся черепной коробке.
— Как псионик, я начал сканировать всё пространство вокруг в поисках разума Альфа-хищника в ту же секунду, как одиннадцатая ниша появилась на вратах. И сейчас я гарантирую, что на нашем плато никого нет. Иначе бы я его почувствовал. Так что хватит тянуть время и давать добыче возможность обсуждать стратегию. Да начнётся охота!
Энхиллу соскочил с постамента, буквы во вратах дрогнули и с грохотом повернулись обратно. И теперь автоперевод Башни сразу выдал нам правильный смысл тех фраз:
«Путь жизни от Лямбда до Альфа орошён кровью. Да начнётся охота хищников и беглецов!»
В интерфейсе каждого из нас повисли два счётчика: 10:00:00, 9:59:59… 58… И второй, который отсчитывал полчаса форы.
— Ну? — насмешливо развёл руками псионик. — Как видите, Альфа-хищника здесь не…
Пространство у него за спиной исказилось, астральный разлом открылся за долю секунды, и оттуда прыгнуло чудовище размером с небольшого слона. Его полупрозрачное, наполовину материальное, наполовину астральное тело прошло сквозь Энхилу, а вот острые, сверкающие наконечники энергетических щупалец воткнулись ему в череп, сердце и живот, в каждую ладонь и подняли его, как распятого, блокируя все возможные способы сделать хоть что-то и спастись.
Пасть раскрылась и сомкнулась, зубы откромсали псионику башку вместе с обрубком шеи, чудовище брезгливо выплюнуло её, и овальная голова, подскакивая на камнях и разбрызгивая ошмётки крови, прокатилась до края плато и свалилась вниз. Статуя в четвёртой нише лопнула на десятки осколков, а в одиннадцатой появилась. Альфа-хищник обернулся к нам и сокрушительно заревел, в его крике звучала чистая ярость хозяина этой земли.