Слово дракона, или Поймать невесту (СИ)

А в конце учебного дня меня вызвал ректор! И до кабинета главы академии я шла не в компании Таона, а в сопровождении самого Рэйтрана.
Уже у двери драконий принц спросил:
– Сходить с тобой?
– Нет, – буркнула я, – не надо.
Мне было неловко. Разобраться в своих чувствах, мыслях и том, как нужно реагировать на ситуацию общей осведомлённости, я пока не могла.
Зато ректор знал! Уж у кого, а у него проблем с ориентацией в событиях не возникло!
Наш разговор начался с потирания рук и нейтрального:
– Ну, Элия, я вас поздравляю!
– С чем? – жалобно откликнулась я.
Ректор зубасто, безэмоционально улыбнулся.
– Вы сомневались в истинности целей и намерений драконов, и оказались правы! Истинная цель – это вы! А теперь перейдём к делу.
Я застыла, как примороженная. Вот что за издевательства?
– Элия, там, рядом с куполом, стоит обоз с продовольствием. Мы караулили три дня, хорошо, что поймали момент. Пройти через барьер невозможно, но словато долетают. Мы предупредили возницу, он не успел врезаться. По моему приказу, он оставил обоз прямо на дороге, а сам забрал одну из лошадей и поехал с новостью о наших делах в Косгард. Видите? Как вы, Элия, и хотели, мы смогли подать весть о нашей беде.
Тут я всё-таки очнулась и едва не выругалась. Просто сама формулировка! Будто все старания ради меня!
– На какую-то помощь надеяться, конечно, глупо, – продолжил ректор, – с драконами никому не справиться.
– Но? – подтолкнула я, уцепившись за интонацию.
И едва не взвыла повторно!
– Обоз, Элия. Продовольствие. С голоду пока не помираем, но пополнить запасы надо. Попросите милорда Рэйтрана, чтобы пропустил телегу через барьер? Чего добру пропадать?
Просьба, как и весь разговор, была настолько в текущих обстоятельствах нелогична, что из кабинета я вышла с желанием кого-нибудь стукнуть!
И главное – мне даже не посочувствовали! Ректор сам намекнул, что драконы те ещё чудовища, а то, что я – как бы цель «чудовищ», ерунда!
Нет, я-то понимала, но…
Впрочем, стоп. Хватит.
– Элия? – позвал ожидавший у двери Рэйтран.
Я отмахнулась.
Секунда, и дракон уточнил вкрадчиво:
– О чём говорили? Чего хотел ректор?
Закономерный вопрос. Просьба главы академии тоже, в общем-то, разумна. Но…
– Ничего. Глупости.
Ящер фыркнул. А потом сказал:
– Ладно, телегу вашу я, так и быть, подвину.
К калейдоскопу моих эмоций добавилось ещё и возмущение:
– Ты подслушивал?
– Вовсе нет, – улыбнулся принц. – Просто у драконов очень хороший слух.
Я застыла, хлопая глазами. Выходит он и про гонца в Косгард слышал? При этом совсем на нас не злится?
А хотя не важно. Плевать. Делайте, что хотите. Это касается всех – и драконов и ректора!
Придя к такому выводу, я взяла курс на выход, но на втором шаге остановилась и вновь уставилась на Рэйтрана.
– Что? – спросил ящер весело.
– Когда Таон стоит неподалёку от нашей комнаты, он тоже всё слышит? Все наши с девчонками разговоры?
– Это нужно уточнить у самого Таона, – Рэй развеселился ещё больше. – В любом случае, мне он ничего не рассказывал. Кроме беседы, в которой твоя подруга спрашивала не пора ли мне на кладбище.
В этот раз я не смутилась. Вот не смутилась, и всё.
Зато вернувшись в сопровождении Рэйя в жилое крыло и обнаружив, что Таон сдал пост охранника Хорину, я подумала и отправилась за стулом. У нас в комнате их было всего три, но я решила, что ради такого дела могу позаниматься и на кровати. В крайнем случае, передвину тумбочку и усядусь на неё.
Моё явление в обнимку с колченогой, видавшей виды мебелью, драконы встретили удивлением. Когда же я поставила стул, уселась на него, а потом встала и потащила стул дальше, Рэйтран рассмеялся.
Подошёл, перехватил увесистый предмет интерьера одной рукой и спросил:
– Куда?
Я указала направление, и дракон понёс.
Рэй переносил стул раз десять, прежде чем я удовлетворённо кивнула. Затем повернулась к Хорину и сказала вежливо:
– Прошу вас, присаживайтесь.
– Да я постою, – охранник, который уже понял в чём причина моей «заботы», разулыбался.
 
– Ни в коем случае! – моя вежливость сменилась непримиримым упорством. – Присядьте!
Хорин всё-таки подчинился. А я расслабилась. Всё. Из этой точки коридора чешуйчатый охранник точно ничего не услышит! Но на самые важные темы мы, пожалуй, всё равно будем разговаривать только шёпотом и при включённой воде.
На этом я с ящерами простилась. Пожелала обоим хорошего вечера и отправилась дописывать реферат для магистра Дукана.
Очень надеялась, что невзирая на это моё фырчание, вечером меня снова позовут на свидание, но не сложилось. Из всех драконов на ужине присутствовал только охранник-Хорин, а позже – сколько я ни вглядывалась в темноту за окном, Рэйтрана не заметила.
Вернее, его там не было. Я не видела, но, как и вчера, знала наверняка.
Глава 20
Рэйтран
Нет, к звукам, которые доносились из комнаты Элии, Таон не прислушивался. Но моя дэйлира не ошиблась – кое-что он действительно выведал и не преминул поделиться со мной.
В процессе утреннего дежурства в жилом крыле выяснилось, что комната, где проживают тэс Малей с товарищем, расположена не так уж далеко от комнаты Элии.
Таон зацепился за разговор этих двоих почти случайно и недослушать не мог.
– Ну что, Сал? – сказал тогда второй. Сосед и товарищ скользкого аристократишки. – Сегодня вечером снова на охоту? Крепость по имени Элия тэр Линидас должна пасть?
– Не знаю, – ответил тэс Малей. – Не уверен.
Второй удивился:
– То есть?
– Ты разве не замечаешь, как она смотрит на проклятого дракона?
– И что? – сосед Салиса удивился ещё больше. – Ведь дракон рано или поздно улетит, шансов у Элии всё равно нет.
Пауза и продолжение:
– Этот Рэйтран только разобьёт ей сердце, а ты вылечишь. Обогреешь, обласкаешь, дашь уверенность в завтрашнем дне. Да у неё даже магии нет, Сал! После академии её, в любом случае, выдадут замуж. Так почему не за тебя?
Из интонаций и пауз Таон сделал вывод – тема обсуждается адептами не впервые. Они явно уже спорили по этому поводу, и не раз.
В итоге тэс Малей произнёс:
– Я боюсь, что Элия меня возненавидит, Томс. Она и так почти не реагирует на приказы, понимаешь? Лезет целоваться, как одержимая, но приказов о том, что должна полюбить словно не слышит.
– Отец предупреждал, что приказ любить – это глупость, – вдруг заявил второй. – Вызвать любовь магическим способом невозможно. Но Салис, кому она нужна? Пусть Элия скомпрометирует себя, а ты, как порядочный человек, женишься. А дальше – какая разница? Будет исполнять супружеский долг, как миленькая. Любить и уважать. Ещё и благодарной останется! Ведь даже если выяснится, что она вешалась на тебя не по собственной воле, а под внушением, это ничего не изменит. Элия останется опозоренной, а ты, в любом случае, вне подозрений. Ты адепт и не можешь иметь отношения к магии столь высокого порядка. Ты всего лишь отвечаешь на страсть девушки, которая тебе давно нравится. Сал, да ты все пять лет в академии сходишь по Элии с ума!
После очередной заминки тэс Малей неожиданно заявил:
– Томс, это нечестно. Недостойно аристократа.
– Да что ты заладил про эту честь? – разозлился второй. – Честь, честь… Ты мог затащить Элию в постель год назад, а потом жениться, и все были бы довольны. Но ты дотянул до последнего, и вот – твоя баба сходит с ума по какой-то замшелой ящерице.
– Элия – не баба, – процедил Салис.
А дураком себя всё-таки признал. Начал объяснять соседу, что воздействие для него – крайний вариант. Говорить, что вообще не хотел прибегать к этому методу, но Элия сама виновата, даже не смотрит в его сторону.
Мы, драконы, тоже виновны – мы появились и испугали. Решив, что жить осталось недолго, Салис пришёл к выводу, что не желает умирать, «не познав вкуса» Элии.