Ближний бой. ЦРУ против СССР

ЦРУ обычно обвиняют главным образом в том, что оно обладает слишком большим влиянием на внешнюю политику США. На этих обвинениях основываются предложения таких известных сенаторов, как Юджин Маккарти и Майк Мэнсфилд, добивающихся либо включения в состав подкомиссии сената по контролю над деятельностью ЦРУ членов сенатской комиссии по иностранным делам, либо создания объединенной комиссии по разведке. Было бы глупо утверждать, что ЦРУ не может оказывать влияния на внешнюю политику. Представителей ЦРУ за границей обычно считают способными и умными людьми, обладающими глубокими знаниями о стране пребывания. Почти всегда они обладают тем преимуществом по сравнению со своими коллегами из госдепартамента, что долгое время живут и акклиматизируются в той или иной стране; это обстоятельство ЦРУ рассматривает как непременное условие успеха своей работы и успеха в деле подготовки специалистов по отдельным районам мира. Госдепартамент гораздо чаще перемещает своих работников из страны в страну, считая, что они должны приобрести опыт работы во многих районах мира. Вполне естественно, что американские послы как из числа карьерных дипломатов, так и политических деятелей обычно советуются с самым опытным работником в своем аппарате. И таким человеком, как правило, оказывается представитель ЦРУ, что почти неизбежно порождает чувство ревности у сотрудников дипломатической службы. К сожалению, не все они проявляют достаточную сдержанность в своих высказываниях и, давая волю своим чувствам, не брезгуют нападками на ЦРУ.
Это лишь одна сторона влияния ЦРУ на внешнюю политику США. В последние годы в американских посольствах за границей резко возросла роль «персонала, работающего в стране», то есть всех главных чиновников посольства, после консультаций с которыми послы принимают решения. Когда в таких случаях мнение представителя ЦРУ оказывается решающим, как это зачастую и происходит, обвинения ЦРУ в чрезмерном влиянии на внешнюю политику США становятся беспочвенными.
В Вашингтоне влияние ЦРУ на внешнюю политику происходит в условиях конкурентной борьбы с влиянием других органов, причем окончательное решение президент принимает сам. Следует отметить, что в области разработки внешней политики президенты Эйзенхауэр, Кеннеди и Джонсон всегда отдавали приоритет государственному департаменту и государственному секретарю.
Правильным следует признать также мнение о том, что ЦРУ, как молодое ведомство, обладающее способным и активным руководством и возможностью действовать более свободно, чем другие министерства и ведомства, обладает динамичной силой юности, живостью воображения и никогда не отказывается взяться за выполнение задач, за которые вследствие или нежелания, или неспособности не берутся другие министерства и ведомства. Эту динамичность организации следует всячески использовать, а не критиковать.
Высказывалось также мнение, что в связи с эффективной деятельностью ЦРУ среди лиц, принимающих политические решения, стала преобладать тенденция полагаться в слишком большой степени на тайные действия. Это утверждение, пожалуй, справедливо, но мало объяснять эту тенденцию только воздействием эффективности работы разведывательной организации. Тенденция такого рода восходит своими корнями к 1945 году, когда ходили легенды об успехах движения Сопротивления и подпольных организаций во время второй мировой войны. Многочисленные свидетельства блестящих действий французского движения Сопротивления, итальянских партизан, отрядов Тито в Югославии, партизанских операций в Бирме и на Филиппинах и подпольных организаций почти во всех странах, оккупированных фашистскими державами, способствовали созданию мифа вокруг тайных акций.
Этот миф поддерживал дух наших политических деятелей в конце 40‑х годов, когда Соединенные Штаты, демобилизовавшие свои вооруженные силы, столкнулись с коммунистической повстанческой деятельностью во всем мире. Вера в этот миф сохранилась и в 50‑е годы. Я прекрасно помню, как наши военные лидеры испытывали мучительное чувство разочарования во время войны в Корее, когда обнаружилось, что тщетно ожидать от ЦРУ разведывательной информации с территорий, занимаемых коммунистами, и активных противоповстанческих операций в районах, где почти невозможно было действовать даже одному агенту.
  
Учитывая, что Соединенные Штаты только два десятилетия располагают органом для ведения тайной деятельности, мне кажется, что политические руководители как в военной, так и в гражданской сфере за этот короткий срок приобрели значительный опыт в применении этого оружия, несмотря на частую смену политических лидеров и вытекающую отсюда невозможность посвятить их должным образом во все тайные пружины разведывательных операций. Как в случае с атомной бомбой во все детали посвящены только эксперты, так же и во все тонкости разведывательных операций должны быть посвящены только эксперты.
Если правительство США хочет выработать приемлемую систему использования разведки, совершенно необходимо, чтобы политические руководители и конгрессмены знали о тех возможностях, которыми располагают разведывательные организации страны. В апреле 1966 года целые подвалы пяти номеров «Нью-Йорк тайме» были посвящены Центральному разведывательному управлению и его работе. В статьях делались ссылки на 150 резолюций конгресса, направленных на установление более строгого контроля над ЦРУ, что было призвано подтвердить беспокойство законодателей относительно деятельности ЦРУ. Ссылаясь на эти 150 резолюций, газета не потрудилась сообщить, что многие из них повторно вносились на каждой новой сессии конгресса одними и теми же конгрессменами, и не провела опроса, чтобы выяснить, сколько членов конгресса заслушали информацию ЦРУ или просили ЦРУ об организации такой информации.
Я вспоминаю, как однажды полдня потратил на то, чтобы информировать одного влиятельного конгрессмена, ранее вносившего законопроекты об установлении дополнительного контроля над ЦРУ и часто критически высказывавшегося в адрес Управления. Мне казалось важным, чтобы он получил полное представление о задачах и методах деятельности ЦРУ и ее координации с другими министерствами и ведомствами. После окончания беседы он заявил, что совсем по-новому взглянул сейчас на деятельность нашей организации и что ранее он просто не понимал ее структуры, системы контроля и степени квалификации работников Управления. К сожалению, слишком мало членов конгресса пользуются такой возможностью. Один из членов конгресса, публиковавший в журналах критические статьи, посвященные ЦРУ, и ставший ныне видным государственным деятелем, однажды, встретившись с работниками ЦРУ и беседуя с ними об интересовавших его мелких и второстепенных вопросах, не получил полной информации. Пообещав прийти к нам еще раз, он этого так и не сделал, несмотря на неоднократные приглашения.
Замечание о необходимости более полного ознакомления с принципами действия разведки можно повторить в адрес многих представителей исполнительной власти. К сожалению, условия работы в государственном аппарате США таковы, что большинство высших чиновников, назначаемых на должности, не имеют времени перенять опыт своих предшественников и познакомиться с основами сложной системы государственного управления. Редкий высший чиновник соглашается заслушать доклад какой-либо другой, не своей, организации, а некоторые пренебрегают даже докладами своего ведомства Я, однако, полагаю, что за последние годы благодаря активным действиям Джона Маккоуна и генерала Картера большинство принимающих политические решения деятелей, которые являются потребителями информации ЦРУ, были в достаточной мере проинформированы относительно Управления и получили о его работе необходимое представление. Я припоминаю, как лично беседовал поочередно с тремя членами Объединенного комитета начальников штабов (к сожалению, другие члены комитета не использовали этой возможности). Позже «Нью-Йорк тайме» привела заявление одного члена Объединенного комитета начальников штабов, который признал, что он раньше не понимал задач, стоящих перед Центральным разведывательным управлением.