Крылья свободы

– Спасибо. – Дагнар скрестил два пальца в жесте Пылающих и приложил руку к сердцу. – Тогда вернемся к Оракулу.
На поляну опустилась гнетущая тишина. Каждый на мгновение задумался о том, что после двух параллельных операций они могут не встретиться. Любой их шаг мог унести за собой тысячи жизней и поставить восстание под сомнение. Если команде, которая отправится на Драконий перевал, не удастся найти Оракула, Альянс не сможет вернуть силу Путям. А если вторая группа попадется в руки Сената или ангелов, они лишатся важной части группировки: потомка Богини, лидера восстания и сильнейшего командира. Их пути расходились, и после операций они либо приблизятся на шаг к победе, либо потерпят окончательное поражение.
Эстелла устремила взгляд вдаль. Так много произошло за такое короткое время: она потеряла близких людей, оказалась в ответе за смерть невинного и встала на тропу, которая вела только к войне. Но наконец-то, за столько лет, у нее появилась цель. Цель, за достижение которой она была готова сражаться до последнего. Все годы в Велорийской Школе искусств, все годы в книжной лавке Фрэнка и родном городе, который гнил под гнетом Богов, научили Эстеллу не сдаваться. Она отомстит за смерти, отомстит за то, что от нее отказались собственные родители по одной лишь причине: ей передалась сила Богини, которая могла разрушить их планы.
Эстелла не сдастся даже сейчас, когда шанс потерять все, что у нее появилось, настолько велик.
А когда Эстелла Солари давала обещания, она всегда их сдерживала. И сейчас она пообещала, что защитит свой народ.
– Выступаем через три дня, – отдал приказ Дагнар, вставая с мягкой травы. – За это время нужно подготовить все оружие, экипировку и запасы. Приведите себя в порядок и очистите мысли, постарайтесь отдохнуть перед путешествием. Нам осталось сделать последний рывок.
Маска спокойствия дала трещину, и Эстелла увидела, как Дагнар переживает за каждого из них. Для Эшдена они были словно дети – он сам спустился в Бездну и вернул им воспоминания, готовясь пожертвовать собой, он заново обучал их, подарил крышу над головой и веру в то, что они со всем справятся. Дагнар взял их под свое огненное крылышко и вырастил, словно новорожденных птенчиков.
Илай поднялся на ноги, скривившись, когда задел сломанное крыло, и подошел к Дагнару. Он положил руку ему на плечо и крепко сжал.
– Наконец-то я от тебя избавлюсь, – прохрипел Илай, растягивая губы в ленивой усмешке.
– На некоторое время, командир. Когда мы встретимся, я заставлю тебя мыть полы в нашем новом замке.
Нэш и Аарон тихо фыркнули, будто только они понимали их перебранку. Эстелла даже представить не могла, через что им пришлось пройти. Они выглядели как обычные мужчины, но на их плечах лежал непосильный груз, который они несли несколько столетий.
– Ну хватит этих нежностей, – пробормотала Кира. – Я воняю сенатскими ангелами, черт бы их побрал.
По поляне разнесся тихий смех Пылающих.
  
Глава 25. Прощание
 
Странно, что именно в этот день в Кельфорде пошел дождь.
Все три дня солнце омывало Пылающих яркими лучами, отражалось от реки, протекающей внизу Балрога, и согревало теплом, будто готовясь пролить на них нещадный ливень. Две небольшие группы Пылающих стояли на том месте, где их встречали после путешествия в Прокс и Каано. Восемнадцать падших, ангелов и обычных смертных облачились в черно-красные доспехи и закрепили на бедрах и за спинами оружие, готовые отправиться на операцию по возвращению Путей и освобождению Тобиаса Мортона. Перед ними собралась оставшаяся часть Альянса и застыла в безмолвии, прислушиваясь лишь к звукам дождя.
Эстелла стояла на одной стороне с Дагнаром, Клэр и Нэшем и окидывала Балрог тоскливым взглядом, будто прощаясь с воспоминаниями, которые пережила на этой горе. Эстелла не знала, вернутся ли они сюда в полном составе и вернутся ли вообще. Возможно, она последний раз видит эти застывшие лица, причем некоторые из них впервые. Возможно, она в последний раз смотрит на молчаливого Аарона и вспыльчивую Астру. Возможно, она так и не сблизится с Кирой, которая выполняла приказы и не отвлекалась на лишнее общение.
 
Возможно, она в последний раз слышит голос Илая.
– Я учил вас не сдаваться и идти до конца, – произнес он, оглядывая собравшуюся толпу. – Но я никогда не учил поддаваться эмоциям.
Пылающие молчали, внимательно слушая своего командира.
– Если я умру где-то на перевале, не оплакивайте меня. Иначе я вернусь и оторву вам крылья. А тем, у кого их нет, пришью нитками и снова оторву.
По толпе прокатилась легкая волна смеха, и Эстелла растянула губы в улыбке.
– Я не собираюсь с вами прощаться, потому что, когда мы вернемся, вы будете строить новое королевство, где нет места лжи, господству и казням.
Илай говорил голосом человека, который хотел добиться лишь одного. Свободы. Его лицо не выражало эмоций, но взгляд пылал такой любовью к своим людям, что Эстелла чувствовала это каждым сантиметром кожи. Илай прикрыл глаза и произнес следующие слова тихо, чтобы слышал только он, но Пылающие будто чувствовали своего командира и были готовы идти за ним хоть на край свет.
– Рассвет во имя свободы, закат во имя господства.
– Рассвет во имя свободы, закат во имя господства!
Илай коротко улыбнулся и сделал два шага назад. Вперед выступил Дагнар.
– Пока нас не будет, за старшего остается Локки. – Он указал на обычного смертного из атакующего отряда, на что тот коротко кивнул. – Мы не знаем, как долго продлятся операции, но будьте готовы к любому исходу. Собирайте вещи и выдвигайтесь на новую точку, иначе ангелы ударят по вам в любую секунду.
Дождь закрывал Эстелле обзор, и она откинула прилипшие к щекам волосы. Над Балрогом собрались грозовые тучи, ветер усилился и стал завывать, проскальзывая между деревьями. Стоящая рядом Клэр накинула на голову капюшон черного плаща, что надели все восемнадцать Пылающих, и задрожала от холода. Эстелла заметила в толпе две отстраненные фигуры и узнала в них Леону и Даниэля. Парень помахал ей рукой, а девушка вызывающе вскинула подбородок.
Дагнар поднял голову к небу и произнес:
– Будьте верными себе.
Пылающие подняли руку со скрещенными пальцами и прижали их к сердцам.
* * *
Когда все Пылающие разошлись, на поляне остались лишь две группы: одна – под командованием Дагнара, вторая – Илая. В группу лидера восстания входили четыре человека. Дагнар решил не делать ее больше, потому что для операции в столице им нужно быть максимально незаметными и малочисленными. В группу Илая входили три командира и одиннадцать Пылающих, выступающие подкреплением.
В Меридиан они отправятся на морском флоте с Сеятелем Бури, но ближе к столице пришвартуют корабль в каком-нибудь городе и двинутся пешком, чтобы не привлечь внимание Сената. На Драконий перевал группа полетит, потому что в нее входят только ангелы и падшие.
Они прощались и желали друг другу удачи, пожимая руки и похлопывая по плечам. Эстелла подошла к стоящим в стороне Астре и Аарону, наступая в собирающиеся под ногами лужи и грубо ругаясь.
– Чего тебе, Солари? – протянула Астра, завязывая короткие волосы в маленький хвостик. Ее красная помада даже в такую погоду идеально смотрелась на полных губах, не растекаясь от капель дождя.
– Хотела пожелать вам удачи, – ответила Эстелла, останавливаясь напротив падших.
Астра нахмурилась и хотела сказать что-то колкое, но Аарон сделал шаг и неожиданно заключил Эстеллу в медвежьи объятия. Она застыла, но через мгновение расслабилась в его крепких руках и обняла в ответ.
– Ты молодец, Эстелла, – тихо произнес Аарон, быстро отстраняясь, но не выпуская из рук ее ладони.
Он крепко их сжал, и Эстелла почувствовала такую благодарность, что захотелось снова его обнять. Аарон всегда держался на расстоянии, но Эстелла чувствовала его молчаливую поддержку.
– Неважно, справитесь вы или нет. Ты уже стала одной из нас.