Навсегда, мой принц (СИ)

Стило королеве Пари увидеть меня, как она сделала знак рукой и призывая к себе.
— Ваше величество, — я склонилась перед королевой, но она только отмахнулась.
— Держись ближе, я собираюсь вести неформальный и непринуждённый разговор с принцем. Где его носят черти… — она бормотала себе под нос, будто меня тут и нет вовсе, а я в свою очередь оглядывалась по сторонам.
— Кажется, идёт, — шепнула я, и Королева перевела на меня взгляд, вопросительно вздёрнув бровь, а я кивнула на лестницу, ведущую в северное крыло, где устроили гостей.
Принц шёл первым, он хмельно улыбался, кивал встречным придворным и выглядел так, будто сборы на бал не составили ему никакого труда: всё те же живописно растрёпанные волосы, сюртук распахнут, а верхняя пуговица рубашки расстёгнута. Он не выглядел неопрятным, но казался таким юным и дерзким, что сердце невольно отзывалось на эту очаровательную дикость.
— Господи, какой неразумный мальчишка, — простонала королева и даже прижала руку ко лбу.
Она была на два года младше принца, но выглядела и правда старше, в своей сдержанной манере и строгом стиле, выражая больше благородства и королевской стати.
Но в конце концов… он только принц, не король! И хоть ему недолго осталось ходить в наследниках, это ничего пока не меняло.
Король — правит судьбами. Принц — должен только жениться, и это единственный его долг.
— Народ Траминера обожает его, ваше величество, — подала голос одна из фрейлин, с жадностью изучая юного наследника.
— Да уж… а ещё они обожают копаться в своей грязи и разводить овец, и что с того? — прошипела королева, натягивая на лицо улыбку.
Я ничего не знала про грязь и овец, и мои представления о Траминере были полны романтического мусора, но слова королевы заставили задуматься, так ли хорош этот вечнозеленый край, как я думала.
Хотя… что в сущности это значит для меня? Моя жизнь в Пино не была беззаботной, не станет она таковой и в Траминере, если судьба распорядится доставить меня туда в числе королевской свиты.
— Ваше величество, — принц приблизился и склонился к руке королевы.
— Ваше высочество, — холодно улыбнулась она.
Принц тут же выпустил её руку, будто обжёгся о лёд. Ему явно претила манера Пари выражать своё крайнее недовольство, но он ничего не мог с этим поделать, а она не желала ничего менять.
— Прекрасный вечер, — заговорил принц, и я принялась переводить, следуя за его речью, которая будто второй внутренний голос поселилась в моей несчастной впечатлительной головке уже через пять минут беседы.
Королева и принц пожелали выйти в сад, и туда с ними отправились только я, тётушка Эмили и переводчик из Траминера. Мы шли маленькой процессией между чёрных деревьев к чёрному озеру, и я поражалась тому, зачем королева выбрала этот мрачный маршрут. Тётушка, будто прочитав мои мысли, спешно сделала несколько пассов рукой, и на сухих ветвях появились светлячки, их крылья отливали бронзой и изумрудами, теперь мы будто оказались в сверкающем лабиринте, уходящем к нетронутой глади озера.
— У вас очень чарующая природа, — произнёс принц.
— Благодарю, — просто ответила Королева, не считая нужным продолжать этот разговор. Я уже поняла, что Пари не видит в Пино ничего родного главу и красивого, она безразлично смотрела прямо перед собой, в то время как я задыхалась, уже чувствуя себя очарованной этим мрачным пейзажем.
То что с первого взгляда остудило мой пыл, теперь казалось совершенным творением природы. У Пино была своя стать, и своя тревожная красота. В центральной части, где я жила, всё было песчаным, жёлтым и сухим. Тут были пронизывающий холод и благородная бархатная темнота.
 — Я не привык к подобным ландшафтам, говорят, раньше этот край был пустыней.
 — Да, тут постоянные песчаные бури, — натянуто улыбнулась королева.
Её будто раздражал и тяготил разговор, а я мысленно договаривала за неё фразы так, как сказала бы их сама.
Тётушка чувствовала напряжение между монаршими особами и тоже хмурилась, переводчик смущенно доносил смысл фраз королевы принцу, и тот недоумённо кивал, стараясь сохранять на лице дружелюбное выражение.
 
— Простите, — Королева замедлила шаг. — Вы знаете, я себя неважно чувствую и хотела бы немного отдохнуть, вы не против?
— Конечно! Конечно, — кивнул принц, расплываясь в улыбке. — Быть может, ваша Эммоджен продолжит экскурсию? Это будет проще, чем переводить чьи-то слова.
— Конечно! Эммоджен, позаботься о госте, — велела королева и удалилась в сопровождении тётушки.
— Ваша помощь не понадобится, — кивнул своему переводчику принц, и тот отступил в тень, вскоре попросту испарившись из виду.
Мы остались наедине. К сожалению или к великому счастью.
Глава 6
— Наконец-то! — воскликнул принц, неожиданно усталым и недовольным тоном.
Мы уже были на берегу Чёрного Озера, и Натаниэль принялся расстёгивать запонки, чтобы скинуть сюртук. Я во все глаза смотрела, как наследник Траминера раздевается на моих глазах, и не могла поверить, что этот учтивый молодой человек почти с презрением смотрит вслед королеве Пари, которая уже и из виду-то скрылась.
— Невыносимая женщина, — заявил принц, подмигнул мне и скинул туфли.
Он остался в одном только белье: длинных белых подштаниках и с голым торсом. Его тело было поджарым и безволосым, но я впервые видела настолько обнажённого мужчину и не могла определить, хорошо это или плохо, потому решительно отвернулась, успев заметить только мелькнувшую в темноте наглую усмешку Натаниэля.
Он успел вручить мне свой сюртук и нахлобучил мне на голову свою тонкую парадную диадему, и я так и осталась стоять, сжимая дорогую чёрную ткань, чувствуя тяжесть королевского атрибута на лбу.
— Никуда не уходи, — наказал он, строго грозя пальцем, разбежался и скрылся в водах Чёрного Озера. Идеально-зеркальная гладь разбилась от столкновения с его телом на тучу брызг, и тишину, нарушаемую лишь шелестом ветра в мёртвых ветвях, разрезал плеск воды.
Принц Натаниэль, показавшийся теперь откровенно наглым и дерзким, а никак не учтивым, купался, как мальчишка в озере, погружаясь в него с головой и выныривая на поверхность, а я стояла и смотрела на это, не веря своим глазам.
Прекрасная картинка казалась частью безумного сновидения, в котором я оказалась наедине с полуобнажённым мужчиной, которого ещё утром сочла привлекательным.
Когда он вышел на берег, тряхнув головой, и приблизился ко мне, я снова опустила взгляд. В высшей степени неприлично и грубо было так себя вести наследнику престола, но что я могла ему сказать? Запретить или пристыдить? Я?
— Ты интересная, — протянул принц, задумчиво рассматривая меня своими тёмными глазами.
Его взгляд снова был изучающим, но теперь, когда утренняя цель была достигнута, я уже не хотела его заинтересовать. Мне было попросту страшно в такой компании.
— Простите, но… — я отступила было назад на шаг, только принц протянул руку и сжал мой локоть.
— Не уходи. Я тебя не трону, — его голос был совсем тихим, он смотрел на меня исподлобья, а потом вдруг вскинул голову, глядя сверху вниз. — Расскажи о себе. Ты не похожа на Траминерку. Даже эта ледяная глыба Пари больше походит на одну из нас, но при этом ни слова не говорит по-траминерски, а ты щебечешь без акцента. Ты его не учила… это врождённый дар, как и твоё имя. Эммоджен… Эмма, верно?
Он говорил тихо, и его голос был тягучим, непривычным для меня. Траминерский язык был подобен песне, если говорил тот, кто знает его с рождения, а не заучил по книжкам. Он обладал особой притягательностью и пинорцы часто признавали его чарующе прекрасным.
Я и не думала, что сама звучу так же, но когда заговорила, взгляд грозовых глаз принца вмиг потеплел и обратился ко мне с вниманием и восхищением. Его губы изогнулись в улыбке и чуть приоткрылись, а взгляд застыл на моих губах, из которых выходили подобные песне слова на его родном языке.
— Мой отец траминерец, он аристократ, но увы, я не знаю его имени. Он прибыл сюда в составе делегации девятнадцать лет назад и больше не появлялся. Он был… послом, если не ошибаюсь, — принц кивнул. — Я с рождения владею языком, это правда, но раньше мне не приходилось так долго на нём говорить.