Разводные процедуры (СИ)

Сомневалась ли я? Да. У меня даже пальцы дрожали – так я себя мерзко чувствовала. Но желание узнать, с кем муж разговаривал, оказалось сильнее.
«Артур Петрович» – гласил контакт.
Мне бы успокоиться, но нет же. Я впилась взглядом в экран телефона и запомнила номер. Записывать было нечем да и некогда: Олег мог в любой момент выйти из душа и застукать меня за вопиющим непотребством.
  
Дело в том, что муж практически никогда не занимался делами после работы. У него было правило: нужно всё успевать в рабочие часы. А если нет, значит ты плохо организован или слишком много на себя взвалил.
«Артур Петрович» – явление неизведанное. Я не знала таких друзей, товарищей или знакомых.
«Сейчас Олег уйдёт на работу, и я позвоню, – подумала я, – Позвоню, не скажу ни слова, просто чтобы успокоиться».
Собственно, так я и поступила – позвонила почти сразу, как только за мужем закрылась входная дверь.
 Глава 10 
Естественно, это было не самое моё лучшее решение, потому что на звонок ответили. Женский голос. Такое глубокое развратное контральто.
Я молча нажала на «отбой». Артур, значит, Петрович?.. Вот как теперь это называется?..
Но сердце верить не хотело. Может, это жена Петровича приняла звонок. А может, секретарь… кто ж его знает? Ведь могут же быть разные варианты? Как-то необоснованно кидаться обвинениями не стоит, наверное.
Жаль, я спешила. Надо было посмотреть, часто ли муж с этим Петровичем созванивается… Но мне не до того всё же было. Я старалась запомнить и не забыть цифры.
А может, не стоило вести себя, как испуганный заяц? Спросить Артура Петровича и послушать, что будет дальше?
Но звонить со своего телефона я больше не рискнула.
Засела за работу.
– Мам, а ты не на работе сегодня? – удивился сын.
– На работе. Но дома, – показала я пальцем на синяк.
– А, ну да, – почесал он в затылке, – А…
– А ты завтракать, принимать лекарства, и за уроки. Я потом проверю.
Лицо сына стало несчастным-несчастным. Ну, это ему не музыку на всю мощь включать. Со мной не забалуешь.
Ближе к обеду сын заметался. Бегал по квартире, что-то бормотал, отвлекая меня от работы. Я с интересом за ним наблюдала. Что происходит? На мой немой вопрос сын, запинаясь и пылая щеками ответил:
– Я тут это… выйду, мам? Мне Катя домашние задания даст. И объяснит кое-что, а то я тут запутался по алгебре.
Это, видимо, предвосхищая мой вопрос, что за необходимость встречаться, когда есть мессенджеры.
– Конечно, сынок, – не дрогнула внешне, но внутри немного сжалась, что поделать. Катя. Им по двенадцать. И, кажется, ему нравится соседская девочка.
Сын будто в воздухе испарился, как только понял, что я дала «добро». Запоздало подумала, где это они встречаться надумали. Не на улице же. И тут же покрылась холодным потом, понимая, что, скорее всего, попрутся в священную соседскую обитель. Не было печали… А если там папаша притарахтит? И припишет ещё что-нибудь нашей «неблагополучной» семейке?..
Попыталась дозвониться сыну, но куда там… Не до меня Андрею сейчас. Ну, как говорится, будь что будет. Выдержим, если что, и ещё одну несправедливую атаку. Первый раз, что ли.
Я вдруг поняла, что и не обедала. Сын там самостоятельно кастрюлями гремел. А я как-то заработалась. Посмотрела на часы – ну, да. Третий час. Захотелось выйти на свежий воздух. А ещё… поплакаться в жилетку.
Может, поэтому позвонила Кате, подружке своей закадычной.
– Приглашаю составить мне компанию и пообедать.
– Суворова! – обрадовалась она, будто мы сто лет не виделись. – Конечно! Всегда готова, как пионер! Время и место, встречаемся!
Катя фрилансер. Вольная птица. Не привязана к месту постоянной работы. К тому же, лёгкая на подъём.
Я всё же не совсем бескорыстно договорилась о встрече. И не совсем, чтобы поплакаться. Грыз меня этот Артур Петрович неимоверно. Попробую ещё с Катькиного телефона дозвониться. В этот раз не струшу и спрошу. Чтобы уж наверняка. А то на душе неспокойно, буду потом себя грызть и изводиться от подозрений в сторону мужа.
Нужно, наверное, при любой опасности быть страусом. Только что – и голову в песок. Ничего не знаю, ничего не ведаю. Но я не из этой породы. Голову спрятать можно. А вот пинок под зад никто не отменял в этих случаях. И получать их внезапно – не мой стиль, не мой выбор.
Андрею я написала записку и отправила сообщение. Но кто бы его читал… У него ведь Катя. И очень важный запутанный материал по алгебре. Не до матери ребёнку сейчас. Взрослеет, – подумалось с грустью. А мне всего тридцать два. И у меня то ли проблемы, то ли подозрительность повышенная.
– Слушай, ты где соседа своего откопала? – взяла быка за рога подруга, как только мы уселись за столик и сделали заказ.
Я посмотрела на неё непонимающе. Как-то мне не до соседа сейчас было – другие мысли доставали.
– Мила, очнись! – пощёлкала Катька пальцами возле моего носа. – Я тут, может, влюбилась, а ты в облаках витаешь!
– В кого влюбилась? – посмотрела на неё с подозрением, и только после этого до меня начал доходить смысл её слов. – В Марка, что ли?!
– О-о-о! Какое имя! – застонала она, закатывая глаза. – Это ж все тридцать три удовольствия в одном флаконе! Даже имя у него бр-рутальное. А со мной он ни общаться, ни разговаривать не захотел, – вздохнула она уже по-человечески. – Ладно, ты ж меня знаешь. Но он такой… такой… Я б его съела.
Ну, красивый мужчина – кто спорит? Но после всех наших дебатов я как-то больше готова была его на клочки разорвать.
– У меня проблема, – выдохнула я. – Серьёзная. И мне, наверное, твоя помощь нужна.
Катька сразу же подобралась.
– Говори! – приказала и даже салат в сторону отставила.
– Мне твой телефон нужен, – вздохнула тяжело. – Мне… позвонить надо.
Катька смотрела не мигая, словно змея, и не шелохнулась. Она такая. Ей подробности подавай. Вначале стулья, потом деньги. То есть почему мне её телефон нужен, а затем она сделает всё, что надо. Даже с моста может сигануть, если понадобится. К счастью, я никогда ничего подобного не просила.
– В общем, вчера муж вечером собаку выгуливал и по телефону разговаривал. А я глянула сегодня – Артур Петрович в контактах. И подумала: что за Петрович поздно вечером? Олег после работы старается рабочими вопросами не заниматься. А тут такое… Ну, я взяла и позвонила этому Петровичу.
Катька затаила дыхание. По её внешнему виду – как глаза из орбит не вылетят.
– И что? – не выдержала она напряжения и спросила таким придушенным шёпотом, что, не смотря на несмешную ситуацию, я хохотнула. Невесело, правда получилось.
– А ничего. Мне женский голос ответил. А я сразу сбросила звонок. Испугалась. А теперь хочу ещё раз проверить.
И Катька без слов протянула мне свой телефон. Подруга. Готова на всё ради моего спокойствия. Ну, и ради порции новых сведений и адреналина.
– Нет, – отобрала она у меня свой гаджет, – ты сейчас всё опять испортишь. Давай, диктуй номер, я сама позвоню. У меня нервы – во! – канаты! Уж я сбрасывать звонок не стану. Расспрошу, что и как. На громкую связь поставлю, чтобы ты не волновалась. Так оно правильно.
И я назвала цифры, Катька даже язык от усердия вытянула, вбивая их. А потом она нацепила на лицо деловое выражение и нажала на кнопку дозвона.
В этот раз долго никто не отвечал. Я нервно теребила салфетку в руках.
– Алло, – раздался всё тот же голос с придыханием.
– Добрый день! – затараторила Катька. – Позовите, пожалуйста, Артура Петровича к телефону!
  
– Вы ошиблись номером. Здесь нет никакого Артура Петровича.
– Ну как же, девушка! Он мне дал именно этот номер!
– Значит, он вас обманул. Всего хорошего, – выдала эта мадам и сбросила звонок.
Я сидела… ну, как-то сидела, да. И что делать, пока не знала. И на Катьку старалась не смотреть, потому что в её глазах плескалась жалость. То, что я терпеть не могу. А по этому поводу – так и вовсе.