Дикорожденный (ЛП)

Он повернулся к Норе, пока остальные стояли с разинутыми ртами, и слабо улыбнулся — что было совершенно не свойственно ее дяде.
— Ты уверена, что не хочешь сегодня выглянуть в иллюминатор? Может, помашешь всем привет? Это может быть твой последний шанс.
— Кому «всем»? — Почти вся ее семья была мертва. По коже пробежал холодок, не имеющий ничего общего с прохладным погрузочным доком. — И… что ты имеешь в виду под «последним шансом»?
  
Джо помедлил, прежде чем снова улыбнуться. Он отступил на шаг, затем провел рукой по своим взъерошенным кудрявым волосам.
— Забудь. Это все из-за сегодняшнего дня — он давит на меня. Ты же понимаешь, о чем я?
Нора потерла губу — привычка, от которой ей давно следовало избавиться.
— Понимаю. — Как она могла не понимать? Тяжелый туман скорби — старой и новой — душил ее по ночам с нарастающей силой все последние недели, предшествовавшие этому дню.
Отведя взгляд, она сосредоточила внимание на большом экране позади него. Там по кругу крутили приветственный ролик «Абеоны». Он был прекрасно анимирован: мать, отец, старшая дочь и младший сын, запечатленные в момент радости и надежды. Вот только все они улыбались с какой-то жутковатой, маниакальной натянутостью, словно за кадром кто-то держал их щенка на мушке, и, если бы они не выглядели счастливыми от пребывания на «Абеоне», с Бинго случилось бы что-то ужасное.
Этот маленький мальчик со своими растрепанными волосами и голубыми глазами болезненно царапнул Нору по сердцу.
Прямо как Тео.
Ее правое колено подогнулось. Она прислонилась к стене, испытывая облегчение от того, что Джо снова втянули в разговор с остальными и он был слишком занят, чтобы это заметить.
Гудящий говор нарастал и эхом отражался от металлических и керамических стен погрузочного дока, так что за этим нервным ропотом стало трудно различить голос Джо.
Краснолицый инженер по имени Рекс нерешительно подошел к ним. Его рука нервно подергивалась над планшетом.
— Джо, их до сих пор нет. — Он перекатывался с пяток на мыски. Норе захотелось положить руку ему на плечо, чтобы он перестал мельтешить. — Как думаешь… ну, знаешь… может, они случайно отправились на Марс? Может, нам стоит установить связь с «Вальхаллой»?
— Ага. — Нора не смогла заставить себя промолчать. Она всегда несла глупости, когда ей было страшно, а так близко к иллюминаторам, где она в любой момент могла столкнуться лицом к лицу с земными океанами, ее мозг вообще отказывался нормально соображать. — Может, вы сломали врата, когда пытались переправлять майонез туда-сюда из Вашингтона…
Джо с силой хлопнул ладонью по стоявшему рядом ящику, и резкий звук эхом разнесся по открытому пространству.
— Н-Врата не сломаны. — Он свирепо посмотрел на нее, и внезапно она снова почувствовала себя десятилетней девчонкой, на которую кричат за очередную провинность. — И никто случайно не отправляется на Марс без моего ведома.
— Но, может, их перенаправило куда-то еще: например, они потерялись, — возразил Рекс. — Может, они на Сатурне или типа того? Или, может, они отправились… — Глаза Рекса расширились, взгляд расфокусировался. — Дальше?
— Перенаправило дальше — куда? — рявкнул Джо. — Этим штукам больше некуда лететь. Земля. Сюда. Марс. Все. Это единственные закодированные точки выхода. Во время испытаний многое шло не так, но никогда — за всю чертову историю — эти врата не открывались где-то еще. Что, блядь, по-вашему, я делаю целыми днями? В «Инопланетных захватчиков» на терминале играю?
Все в погрузочном доке обернулись и уставились на них. К горлу Норы подкатила тошнота.
— Мы в порядке, — тихо сказала она, хотя никто бы ее не услышал и не стал слушать.
— Нет, мы не в порядке. — Джо снова посмотрел на Нору и нахмурился, что теперь означало, что все взгляды устремлены на нее.
Не дожидаясь, пока ее накроет полноценная паника, Нора встала.
— Я ухожу, — заставила она себя сказать.
Холодок пробежал по спине, когда Джо внимательно посмотрел на нее, не отрывая взгляда. Рекс и остальные инженеры, не желая попадать под горячую руку из-за очередного перепада настроения Джо, попятились назад, сливаясь с толпой, которая, Нора могла поклясться, теперь стала в три раза больше.
Но в конце концов Джо снова вздохнул.
— Просто собери эту сумку, хорошо? Я не говорю, что случится что-то плохое — мы в порядке, как ты и сказала. Но иметь под рукой тревожный чемоданчик… это просто хорошая привычка, понимаешь? Сделаешь это?
Это был Джо-в-шапочке-из-фольги. Версия ее дяди, с которой Нора давно научилась не спорить, потому что от этого он начинал говорить только быстрее и громче. Тот самый Джо, который каждое утро нес бред про Вознесенных — группу подростков и двадцатилетних ребят, живущих в самодельных палатках в глуши и поклоняющихся рептилоидам или, иногда, высоким ангелам с серой, как камень, кожей, которые выглядели почти как люди. Те немногие последователи, которым удалось сбежать, каждый раз описывали разных «богов», что только подтверждало для Норы: всё это полное дерьмо, и они явно поехавшие. Поэтому она никогда не вдавалась в подробности, хотя Джо был убежден, что они одержимы идеей ускорить наступление Апокалипсиса на Земле.
Они получают помощь извне, — сказал Джо вчера за обедом. Норе хватило ума не спрашивать, что значит «извне».
Джо ждал, его глаза блестели. Это всё сегодняшний день на него давил, как он сам и сказал. Этого Джо Нора терпеть не могла больше всего. Джо, который любил ее больше, чем она любила саму себя, что, впрочем, было не так уж и сложно. Джо, на чьем загорелом лице пролегли такие глубокие морщины, что он едва напоминал того человека, который застегивал ей куртку, когда ее родители были слишком заняты Тео или раздавлены горем в последующие годы.
— Я соберу сумку, — ответила она, точно зная, что не собирается этого делать.
— И съешь этот сэндвич? Он специально для тебя.
Нора вздохнула. Тот день много лет назад свелся к вчерашнему сэндвичу, за который она должна была быть благодарна.
— Да, Джо. Я съем его на обед. Обещаю.
Глава 2
НОРА
К тому времени, как Нора добралась до медицинского отсека, Лоретта, штатный фармацевт, уже была на месте; рядом с ней на скамейке лежала упаковка туалетной бумаги. Она быстро улыбнулась Норе, похлопав по рулонам.
— Не переживай — я нас обеспечила.
— Полагаю, ты уже слышала новости про груз. — Нора достала из сумки сэндвич, мысленно приказывая своему колену перестать трястись. — Сэндвич с ростбифом?
Голова Лоретты повернулась так быстро, что очки сползли на нос.
— С ростбифом? — Она сунула рулон туалетной бумаги в руку Норы, а другой выхватила сверток. Равноценный обмен, подумала Нора. Лоретта поправила заляпанные очки, чтобы прочитать этикетку. — Это из Вашингтона. — Она подозрительно посмотрела на Нору. — С настоящим мясом. Как ты это достала?
— Мой дядя опять творит какие-то странные штуки с Н-Вратами, — объяснила Нора. Она поставила свою сумку на рабочий стол рядом с местом Лоретты и провела ID-картой, чтобы загрузить систему. Держа сэндвич двумя руками, словно драгоценного младенца, Лоретта бросилась на кухню и спрятала его в холодильник.
Нора смахнула на планшете, открывая программу инвентаризации, и в груди защемило от красных предупреждений о нехватке запасов; уровень инсулина был критическим. Через два дня он полностью закончится, а на борту было четыре работника с диабетом, зависящих от него.
  
Медицинский блок был спроектирован как обычная земная клиника — спокойные пастельные тона и неприметные картины с изображением гор, лодок и цветов. Они вдвоем тихо проработали все утро: Лоретта собирала наборы лекарств для персонала по действующим рецептам, а Нора отмечала галочками пункты на планшете, подтверждая, что их запасы тают. Время от времени Нора возвращалась в кладовую, переставляя коробки в поисках волшебного ящика с инсулином, который мог бы материализоваться из ниоткуда.