Дикорожденный (ЛП)

Осмотрев тело Лаки, он лег на койку, устроив уши у себя на груди и позволив едва уловимому рокоту его урчания успокоить их обоих.
Уши могли чувствовать своих хозяев на огромных расстояниях, даже когда те были вне поля зрения или слуха.
— Ты почувствуешь ее, — сказал Айрик, нежно поглаживая Лаки по переносице, не уверенный, отдает ли он приказ или загадывает желание. — Если что-то случится, ты ее почувствуешь — потому что она наша.
  
***
День и ночь сменяли друг друга. Приходил служитель, чтобы забрать ведро с отходами, использованные ткани для мытья, пропитанные кровью, и поднос с нетронутой едой. Тонкая рука в перчатке просунула в люк поднос со свежей пищей.
Айрик едва удостоил его взглядом, сидя на койке и поглаживая шерсть Лаки.
Скука и ожидание перерастали в бред. Яркий свет был формой пытки, но его чувствительность к физическому и психологическому вреду притупилась еще во время ковки.
Да и у людей был куда более эффективный метод — скрывать от него новости о Норе. Тошнотворный запах ииласа пропитал все его чувства, и он больше не находил в нем никакого утешения. Его пальцы сжимали шерсть Лаки, цепляясь за, возможно, ложную надежду на то, что если Нора покинет его, Лаки проснется.
Время превратилось в густую, удушающую силу, способную перемолоть кости. Если время вообще двигалось, оно делало это без Айрика. Его равновесие, когда-то близкое к идеальному, было нарушено. Эта планета была маленькой, с гравитацией куда меньшей, чем та, для которой было создано его тело. От любого движения у него кружилась голова из-за чрезмерной пружинистости суставов и мышц. Он словно находился на потрепанном штормом корабле, и без Норы под ногами не было твердой земли.
Единственным его утешением было то, что Лаки спал, а значит, Нора была жива.
Когда маленькое окошко снаружи потемнело во вторую ночь, урчание Лаки внезапно прекратилось.
Нет.
Его голова дернулась на коленях Айрика, из горла вырвался сдавленный звук.
Пожалуйста, нет.
— Я здесь, уши-ти. — Айрик наклонился вровень с мордочкой Лаки, осторожно приподняв его за подбородок на случай, если его раны еще не до конца зажили.
Дернувшись, Лаки издал глубокий, зловещий рык, а затем вырвался из его хватки.
Айрик замер с вытянутой рукой.
— Что-то… что-то случилось с Норой…
Челюсти Лаки сомкнулись на его предплечье.
Все чувства Айрика отключились, его уши едва улавливали этот дикий рык. Боль прострелила руку заряженными импульсами.
— Лаки…
Существо рванулось назад со всей силой, которая еще оставалась в его ослабленном теле. Если бы его зубы не были сломаны, он бы оторвал плоть от кости.
Лаки метался из стороны в сторону, хрюкая и царапаясь, его тело дрожало.
— Прекрати, — сказал Айрик, крепко схватив его за загривок. Он заставил свой голос звучать твердо, не желая, чтобы мучительная боль просочилась в него и еще больше навредила Лаки через их связь. — Ты окей…
Издав свирепый вопль, Лаки на мгновение ослабил хватку. Он вгляделся в лицо Айрика; его зрачки дрожали, двигаясь асинхронно.
Меня забыли — снова.
Прежде чем Айрик успел осмыслить этот перепуганный голос в своей голове, который принадлежал не ему, или хотя бы ответить, что Лаки никогда не забудут, челюсти Лаки снова сомкнулись, послав обжигающе острую дрожь вверх по руке Айрика.
Ему показалось, что он услышал шум из динамика на потолке, но единственное, о чем он мог думать, — что это существо не было тем, кто ел с его руки. Кто кормил их всех угрем, которого сам же выловил для них в реке. Кто обвивал хвостом тела Айрика и Норы, защищая их от холода или дождя из осколков стекла.
Четверо в скафандрах, вооруженные пистолетами и другими устройствами, пинком распахнули дверь и ворвались внутрь.
— На землю! — закричал мужчина. Он остановился в одном конце комнаты, пока остальные вбежали и зарядили какое-то устройство в пистолет. Мужчина поднял оружие, целясь в Лаки.
Айрик развернулся всем телом, чтобы закрыть Лаки, даже несмотря на то, что тот пытался разорвать его на части.
— Нет… нет… не причиняйте ему вреда, — взмолился Айрик. — Он ее… он напуган. — Он сжал загривок Лаки, затем перешел на всеобщий язык, пытаясь достучаться до потерянного создания. — Пожалуйста… ты хороший мальчик. Разве ты не помнишь? Так она о тебе говорит. Отпусти меня…
Раны Айрика засаднили, когда Лаки выплюнул его руку, надрывно кашляя. Мурлыканье смешалось с воплями, словно он разрывался между двумя состояниями бытия. Он вывалился из коленей Айрика, отползая по полу.
Раздался хлопок, за которым последовал пронзительный звон. На секунду в глазах Айрика потемнело.
Когда мгновение спустя зрение прояснилось, он заметил Лаки в другом конце комнаты: он вжался в угол, из его шеи торчал цилиндр. Со слабым скулежом Лаки осел на землю, его глаза бессмысленно и расфокусированно метались во все стороны. Когда его взгляд упал на Айрика, его мордочка — такая выразительная, бесценная и любимая — исказилась.
Это создание не узнавало Айрика. Пустота в его глазах вонзилась в его сердце, как дротик.
И все же он оттолкнулся от койки, игнорируя нарастающую слабость в руке.
— Лежать! — Один из мужчин повалил Айрика на пол. Чья-то рука вжала его лицо в холодную плитку. — Я сказал: не двигаться, блядь.
Его заставили смотреть, как двое мужчин набрасывают на Лаки сеть, затягивая ее до тех пор, пока уши больше не мог пошевелиться. Он издал жалобный писк, затем замотал головой, скрежеща зубами по толстым шнурам сети. А затем злобный рев разорвал комнату, когда ему удалось прогрызть дыру.
Один из мужчин бросился вперед и всадил второй цилиндр в бок Лаки. Лаки извернулся, пытаясь достать руку мужчины. Но его челюсть отвисла, а веки отяжелели. Оседая на землю, он снова нашел взглядом Айрика, и в его глазах стояла жестокая паника.
Мне здесь не место.
Горло Айрика сжалось, силясь сформировать слова, но наружу не вырвалось ни звука. Глаза Лаки ярко блестели в комнате, вспыхивая страхом, который, должно быть, охватывал каждое существо, от великого до малого, потому что даже Айрик понимал его ужас.
Я окружен, но я совершенно один.
Мужчины утащили обмякшее тело Лаки. Трое мужчин подняли Айрика с пола и швырнули обратно на койку.
— Пусть кто-нибудь пришлет аптечку в первую камеру содержания. — Последний мужчина пятился от Айрика, пока не достиг двери. — Наш Ромео вот-вот истечет кровью. И пусть кто-нибудь выяснит, болеют ли пришельцы бешенством.
Мужчина исчез, а через несколько мгновений в люк просунули контейнер с припасами.
Глава 82
АЙРИК
Какое-то время спустя, кое-как зашив и перебинтовав руку, Айрик безвольно лежал на койке, а в его голове бесконечно крутилась одна и та же мысль.
Кудра ломает разум. Кудра ломает разум. Кудра ломает разум.
Лаки не вспомнил его. А ведь он подвергался воздействию кудры куда меньше времени, чем Нора.
В дверь постучали.
Айрик не пошевелился.
— Эм… — произнес нерешительный женский голос. — Я должна забрать то, что вы не использовали. Нам это нужно для медблока.
Его сердце забилось от иррациональной мысли, что ему дали материалы, которые могли бы использовать для Норы. Айрик вскочил и протолкнул сумку в люк.
Через маленькое окошко в двери он увидел женщину, стоящую по ту сторону. Она была такой же невысокой, как Нора, и носила круглые стеклышки на глазах, соединенные тонкой золотой проволочкой на переносице.
  
Ее взгляд метнулся вверх.
— Ой! — Она оступилась, выронив сумку с припасами. — Не ожидала вас увидеть.
Айрик отстранился, не испытывая интереса ни к кому из людей, кроме Норы.
— Они его не усыпили, — вдруг сказала женщина.
Обернувшись, Айрик наклонился, чтобы лучше рассмотреть ее через окошко.
— Я про киборга.