Дикорожденный (ЛП)

Портал Норы мерцал ослепительно-белым — завораживая обещанием того, что могло скрываться по ту сторону.
— Уничтожь портал, как только мы пройдем, — прошептал Айрик.
Волна света пульсировала сквозь плазменный щит, регистрируя команду о том, что и он тоже будет уничтожен. Каждая пылинка Эд'уна вырвется в космос, где однажды сможет обрести новую жизнь в рождающейся звезде или упокоиться в неведомых глубинах черной пустоты.
  
По мере их приближения к порталу Айрик замер, затаив дыхание, переполняемый образами Эд'уна и нахлынувшими эмоциями, которые он никогда не ожидал испытать. Скорбящая мать-сета, ищущая своего детеныша, которого уже никогда не найдет. Стая маргороков, не желающая уходить в более изобильные охотничьи угодья, все еще ожидающая возвращения одного из своих больных собратьев. Каждое дерево, под которым спали Айрик и Нора. Цветы рори, которые он вплел ей в волосы, словно корону.
Атмосферные процессоры падали мимо него в коллапсирующее ядро внизу. Айрик с жестоким отчаянием пожелал, чтобы каждая отнятая им жизнь однажды вернулась, как верили некоторые человеческие религии. Если бы ему пришлось заплатить за их воскрешение своим искуплением, он бы с радостью его отдал. Если бы они вернулись, чтобы преследовать его, он бы вынес это.
Мне жаль. Мне жаль. Мне жаль.
Нос дрозекара пронзил портал. Тот пошел рябью в стороны, словно потревоженная гладь воды с радужным отливом.
— Впереди неминуемая опасность. Плазменная буря нарушает пространственно-временную стабильность, Дикий Принц. Энергия нестабильна. Портал выглядит неизученным. Я не могу обнаружить маяк пункта назначения или навигационный сигнал по ту сторону. Риск попадания в бесконечную пространственно-временную апертуру высок. Продолжать движение было бы неразумно.
Рука Айрика дрогнула, сжимая волосы Норы.
— Продолжай.
Слабое шипение эхом разнеслось вокруг, когда стабилизирующие двигатели толкнули их вперед.
А затем они провалились в свет.
Глава 79
АЙРИК
Резкий металлический запах — как от наэлектризованного дождя — ворвался в командный зал. Свет портала исчез, сменившись беззвездной чернотой. Он крепко зажмурился: какой смысл был смотреть? Не было никаких причин, чтобы всё это сработало. В какой-то момент портал между миром Норы и его миром открылся — из-за ошибки в программе, солнечных помех или, возможно, даже по божественной воле.
Либо они выйдут с другой стороны, либо погибнут.
Звук сердцебиения Норы снова набрал силу, застучав в его ушах, прежде чем всё вокруг резко рвануло вперед. Воздух с силой ударил ему в легкие, заставляя их неистово расшириться.
Дрозекар перестал падать и завис в пространстве, покачиваясь, словно лодка в спокойном океане.
Медленно Айрик открыл глаза. Внизу вращалась красная планета. У нее была серая, закручивающаяся ледяная шапка, а сбоку он мог разглядеть, что в этом мире нет видимых океанов. Идеально для его Норы.
Марс.
— Дрозекар, — он едва слышал собственный голос, но кораблю этого было достаточно, — планетарное сканирование. Здесь должно быть человеческое поселение.
Огни в командном зале мигнули, подтверждая команду.
— Я обнаружил единственное скопление разумной активности. Но я не рекомендую эту планету для посадки. Она непригодна для разумной жизни: здесь экстремально холодно, разреженная атмосфера лишена кислорода и заполнена токсичными газами, — доложил корабль. — В этой системе одно солнце, но я не могу обнаружить защитного поля, предохраняющего клетки от солнечного излучения. Почва также токсична и непригодна для земледелия. Здесь недостаточно жидкой воды для поддержания жизни, но есть лед, и если вы дадите мне время…
— У меня нет времени! — Айрик вдавил основания ладоней в глаза, пытаясь соображать.
Блядь. Ну конечно, люди выбрали для колонизации кусок камня, который их убьет. Сердце Норы стукнуло над ним один раз. Он ждал следующего удара; его грудь сжалась. Ожидание длилось слишком долго.
Поскольку система не была нанесена на карты, у дрозекара не было координат для навигации. У Айрика не было времени кружить по орбитам в поисках Земли.
— Отправь сигнал: дай людям знать, что мы здесь. Используй ритм здорового сердцебиения в состоянии покоя. Чтобы они поняли, что мы такие же и не представляем угрозы.
Его собственное сердце бешено колотилось, пока он следовал за сигналом, ведущим его к человеческому поселению, построенному на выпуклости экватора планеты, на плоской равнине, которая, судя по тому немногому, что он успел разглядеть, была в основном испещрена кратерами и разломами.
В поле зрения появилась сеть строений, и он опустил дрозекар до высоты всего в несколько сотен мер над поверхностью. Купола разных размеров, соединенные туннелями, расползались во все стороны, образуя небольшой город. Блестящие черные панели сверкали в ослепительном, но слабом солнечном свете, выстроившись полем вокруг комплекса. Некоторые купола были прозрачными, и внутри виднелась яркая зелень.
Наземные дроны сновали во всех направлениях вокруг комплекса, поднимая за собой шлейфы красной пыли. Айрик опустил дрозекар так низко, что тот почти касался поверхности планеты.
Снующие машины остановили свое движение. Большое здание впереди ярко вспыхнуло, его крыша осветилась мигающими красными огнями. Возможно, герметичный ангар решил, что дрозекар в него не поместится.
— Я фиксирую четырнадцать единиц оптически усиленного оружия, нацеленных на нас. Мне перевести системы в боевую готовность и нейтрализовать угрозу?
— Нет. Транслируй им мои слова.
Запах ииласа ударил по чувствам, такой густой, что он едва мог дышать, наклоняясь к аудиорецептору.
— Я здесь не для того, чтобы причинить вам вред, — сказал он на английском. — Я ничего не заберу. Мне нужна… — Он замолчал, чтобы смахнуть пот с глаз. — Мне нужна помощь. Для человека. Она при смерти.
Красные огни замигали быстрее в неровном ритме. Слова или буквы, подумал он, которые у него не было ни малейшей надежды распознать.
— Я… я не могу понять ваш сигнал, но моя… человек… она должна была прибыть сюда, но потерялась, пострадала. Я нашел ее, и теперь ей нужны ваши лекарства.
В ангаре ничего не шевельнулось, ничто не указывало на то, что его слушают. Каждый удар сердца Норы отдавался ножом в его животе, пока он был вынужден ждать.
Он прижал ее косу к глазам, пытаясь унять набегающие слезы. Он снова нажал на аудиорецептор.
— Со мной Нора Шоу с «Абеоны». Номер 1178. У меня есть технологии… оружие… я отдам вам всё, если вы поможете ей снова проснуться.
Огни замерли.
— Мой корабль, он может менять вес вещей. Я покажу вам, как. Всё, что у меня есть… если вам это нужно, я отдам это вам.
Айрик, ни на миг не забывавший о ней, почувствовал, как по коже побежали мурашки: сердце Норы не билось уже больше полуминуты.
— Пожалуйста. Нет ничего, чем бы я с вами не поделился, если вы поможете мне сохранить ей жизнь.
Стена ангара открылась.
Он издал стон облегчения, когда стена втянулась в потолок, открыв широкую стеклянную дверь, к которой прильнули больше дюжины человеческих фигур в скафандрах. Они были готовы: у них была система наблюдения, которая, должно быть, засекла его еще тогда, когда он выпал из портала.
— Соединись с ними, — приказал Айрик дрозекару.
Дрозекар выпустил вперед самособирающиеся металлические щупальца, потянувшиеся к стеклу. Они были сделаны из того же сплава, что и его корпус. Металл хлынул вперед сияющей серебряной волной, пока не прирос к стене ангара, образовав туннель. Раздалось громкое шипение: туннель герметизировался, и атмосфера внутри наполнилась правильным составом газов.
  
Айрик сунул свой меч и пистолет в оружейный шкаф и приказал дрозекару заблокировать все системы. Получив подтверждение, он бросился обратно к капсулам.
Ему понадобились две попытки, чтобы открыть капсулу Норы. Его сердце оборвалось, когда газ вокруг нее рассеялся. Изо рта и носа сочилась кровь, ее губы были сине-багровыми. Он распутал хвост Лаки, туго обвившийся вокруг ее запястья, а затем сгреб ее на руки. Проверив, заперта ли капсула Торрена, он поспешил обратно в командный зал.